Человек остановился возле широкого дерева, глубоко вздохнул и попросил:
— Дерево, одолжи мне смысл жизни.
— Зачем тебе смысл моей жизни? — проснулось Дерево.
— Я запутался... — признался Человек. — Не знаю, куда идти, не знаю зачем. Время проходит, а я даже не понимаю, кто я... Я устал. Устал от неопределенности, устал бояться, что сделаю что-то не то, устал блуждать впотьмах, устал совершать ошибки...
— Понимаю, — сказало Дерево. — Но чем могу помочь тебе я?
— Одолжи мне свой смысл жизни, — повторил Человек. — Может, поможет.
— Хорошо, — согласилось Дерево. — Вот мой смысл жизни: расти.
— Расти? — переспросил Человек. — Просто расти? И все?
— Да, — сказало Дерево. — Просто расти — и все.
И оно замолчало.
— Дерево! — крикнул Человек. — Погоди, не засыпай! Объясни, что значит «просто расти»? Ведь я и так — просто расту! Вернее, — поправился он, — раньше рос, сейчас-то уже вырос...

Но Дерево не отвечало. «А дубы-колдуны что-то шепчут в тумане...» — насвистывая популярную мелодию, Человек спустился с холма и оказался... в тумане. У реки.
— Река! — позвал Человек. — Эй, река-а!
— Что? — отозвалась Река.
— Одолжи мне свой смысл жизни!
— С какой стати? Своего, что ли, нету? — спросила Река.
— Нету...
— Вот как... Тогда слушай. Мой смысл жизни — течь.
— Течь... — повторил Человек.
— Да-да, течь, — и Река, вспенившись, устремилась куда-то по камням.

Человек решил подождать, не пояснит ли река свою позицию. Он выбрался из тумана, лег на берегу и стал греться на солнышке.
— Как дела, Человек? — спросило Солнце.
— Вообще-то не очень, — пожаловался Человек. — Смысл жизни не могу отыскать. Дерево говорит — расти, река — течь, но мне расти и течь что-то не очень хочется... Может, ты чего прояснишь? Какой у тебя смысл жизни?
— С удовольствием, — сказало Солнце. — Мой смысл жизни — дарить свет.
— «Дарить свет»! — всплеснул руками Человек. — И это все?
— Все, — подмигнуло Солнце. — А, нет, есть еще.
— Что?
— Тепло. Дарить тепло. И свет! — напомнило Солнце и укатилось за горизонт. Стало темно.

«Место, где свет... Было так близко, что можно коснуться рукой...» — зазвучала в голове старая песня.
— Нет, ну краткие все, куда деваться! — не допев, возмутился Человек. — А мне-то как быть? Расти? Течь? Или, может, дарить свет? Дарить свет... Лампочку, что ли, на нос повесить и болтать?
— Луна! Эй, Луна! — взмолился Человек.
— Что? — Луна показалась из-за гребня горы и ярко осветила окрестности, чтобы посмотреть, кто это воет.
— Какой у тебя смысл жизни? — спросил Человек.
— Ощущать Пустоту, — с тихой нежностью ответила Луна, и ее голос торжественным эхом отразился от гор.
Человек устал удивляться ответам, но и тут не смог сдержаться:
— Как можно ощущать пустоту? Ведь это когда ничего нет! — воскликнул он.
— А как можно не ощущать Пустоту? Ведь это то, откуда берется все, — мягко возразила Луна и уплыла за черные облака.

Человек закрыл глаза и попытался осмыслить услышанное. Не получалось. В голове все перепуталось. «Расти, течь, дарить свет, ощущать пустоту... Бред какой-то...» Человек тряхнул головой, открыл глаза и от неожиданности подпрыгнул. Перед ним стоял ребенок.

— Здластвуй! — сказал Ребенок.
— Ты-то как тут? — испугался за ребенка Человек. — Мамка где? И почему без штанов?
— Мамка там! — Ребенок сделал жест, каким обычно отмахиваются от комаров. — А станы я... это... потелял! А ты чего сидис? — не по годам ловко переменил он тему.
— Смысл жизни ищу... — злобно ответил Человек.
— И сто, насол?
— Не-а, не насол!
— А я насол! — сообщил Ребенок.
— Да что ты говоришь! И давно?
— Не знаю, — хихикнул Ребенок.
Человек начал выходить из себя:
— Ну и какой у тебя, о мудрейший из карапузов, бегающих по ночному лесу без порток, смысл жизни?
Но ребенка уже и след простыл. И только из темноты донесся его переливчатый смех:
— Игла-а-ать!!!
— Ах, играть! — упер руки в боки Человек. — Играть, да? Играть!
Раздосадованный, он метнул вслед дитяте пучок травы. Не попал.

Когда Человек проснулся, уже рассвело. Про смысл жизни спрашивать никого не хотелось. Он встал, вытер перемазанные ладони о штаны и пошел куда глаза глядят. По дороге попытался придумать, чего бы такого для поднятия настроения спеть, но не успел. В груди зашевелилась неизвестная, загадочная мелодия. Она не была похожа на что-либо слышанное — будто в каждое мгновение рождалась заново, из самой Пустоты, потихоньку наполняя Человека струящимся теплым светом. Словно почувствовав, что ее заметили, удивительная мелодия начала расти и вскоре заполнила Человека целиком. Будто игривая волна устремилась в открывшееся русло. Он долго сдерживался, пытаясь понять, что происходит, почему на душе так свободно и радостно, почему хочется петь, не зная о чем, но наконец махнул рукой — и просто запел. Поначалу едва-едва, чуть слышно. Но только поначалу.