Цитата сообщения Lusidus Тухлые шедевры.

Искусство есть сообщение чувства.
Лев Толстой
Я богат, потому что мир полон кретинов.
Сальвадор Дали

Пятнадцать лет назад неизвестный англичанин Дэмиан Херст купил за гроши мертвую акулу и за 5000 фунтов переправил ее в Лондон. Он опустил труп акулы в стеклянный куб и залил ее формальдегидом. Свое произведение он назвал (обратите внимание, название должно быть достаточно заумным. – А.К.) «Физическая невозможность смерти в сознании живущего». В 2004 году эта работа была куплена за 12 миллионов долларов американским коллекционером, который передал ее в дар Нью-Йоркскому музею. Эта покупка сразу поставила Херста в ряд самых дорогих художников в истории наряду с Кандинским, Малевичем и Джаспером Джонсом. Самое интересное, что об этой, можно сказать, жульнической операции, ничего не имеющей общего с искусством, пишут с восторгом, а Херст снискал славу «супермодного» продукта современной британской культуры.

Я не виню Херста – для многих деньги сегодня важнее художе­ственной ценности. Херст отличный бизнесмен: фокус с трупом акулы может войти в учебники по маркетингу искусства. Хочу надеяться, что британец пытался честно разобраться, есть ли у людей здравый смысл. Но обнаружил, что Дали был прав: большинство из ценителей современного искусства – кретины. И цена «шедевров» Херста (разрезанные туши свиней, коровьи головы с ободранной кожей и т.д.) это доказывает. Я даже не сомневаюсь, что Херст понимал, что ЭТО не искусство – он ведь учился в Академии искусств. Давайте разберемся, почему ЭТО – не искусство.
За тысячелетнюю историю цивилизации развитие искусства проходило разные этапы, но имело несколько общих характеристик.
Чему должно отвечать искусство? Четырем условиям. Первое – талант, дар Божий. Художник испытывает чувство и в художественной форме передает его нам. Как говорил Толстой – «искусство есть сообщение чувства». Без способности чувствовать художника просто не сущест­вует. Думаю, великий Пушкин, если бы он был однолюбом, вряд ли смог написать такое количество любовной лирики.
Страдание, смех и ужас – как маски античных трагедий – эти чувства составляют основу искусства. Истинные произведения искусства не требуют лишних слов – их названия просты: «Мона Лиза», «Давид», «Война и мир», «Героическая симфония». А пояснения к какому-нибудь «Черному квадрату» занимают сот­ни страниц.
Но почувствовать мало, надо уметь выразить. Для этого и необходимо мастерство – второе условие для существования искусства. И если талант бывает от рождения, то мастерство – это постоянный труд. Поэтому большой художник, даже когда он гениален, для овладения мастерством должен упорно трудиться. Китайцы вообще считают, что настоящий мастер может быть только в пятом поколении.
Третий признак истинного произведения искусства – сообщение чувст­ва прекрасного. Благодаря искусству мы способны увидеть Красоту. Человек всегда был восприимчив к красоте природы, звуков, образов... В творчест­ве большого художника обязательно присутствует некая высокая идеальная цель. Как сказала Татьяна Толстая, иногда художнику удается привстать на цыпочки и на мгновения увидеть то самое – непостижимое и Великое...
И четвертым условием для существования искусства является богатство культурных ассоциаций. Начиная с древнейших эпосов и заканчивая постимпрессионизмом, все европейское искусство было насыщено многообразием ассоциаций с мифами, с вековыми культурными архетипами и с традициями. Вплоть до середины XX века Художник не стремился творить вне традиции. Можно «бороться» с традициями, когда ты знаешь, с КЕМ имеешь дело, разбираешься в этом. Знание традиций и способность по-новому взглянуть на них и создает большое произведение искусства. Если ты смотришь на работы великого итальянца Микеланджело Буонаротти, то узнаешь в них и древнегреческого скульп­тора Фидия. Художник-модернист Френсис Бэкон, пародируя Веласкеса, понимал, какие традиции в искусстве он «разрушает».
Европейское искусство было разрушено постмодернизмом, который с середины XX века пытался избавиться от традиций, забыть их. Помните, у Маяковского – «Мне наплевать на бронзы многопудье, мне наплевать на мраморную слизь...»
Итак, пресловутая «мертвая акула» Херста не соответствует ни одному из четырех вышеназванных условий, необходимых для создания произведения искусства. Она не сообщает чувств, а вызывает только интеллектуальное любопытство. Нет тут и мастерства – опустил труп акулы в формалин. И естественно, эта «работа» не способна вызвать чувства прекрасного. Тогда, спросите вы, почему же ЭТО столько стоит?
С таким же успехом можно задать вопрос: а почему столько стоит «Квадрат» Малевича, также не соответствующий ни одной из этих категорий? «Квадрат» выкуплен нашим государством и включен в Музейный фонд России. Рыночная стоимость «Квадрата», признанного «памятником государственного значения»(!), может, по оценкам экспертов, доходить до двадцати миллионов долларов.
Есть ли в «Черном квадрате» мастер­ство? Есть ли талант? Есть ли ощущение прекрасного? Нет. Есть мастерский рекламный трюк. Есть желание «взорвать», вызвать скандал, шокировать зрителя. С этой точки зрения Малевич такой же «художник», как Герострат – архитектор, а Чикатило, извините, – хирург.
Не могу удержаться и не вспомнить моего любимца по части надувания кретинов Энди Уорхолла. Он как-то позвонил в свою мастерскую и поручил фотографу нанести на шелк определенное изображение, после чего он приехал и на готовый холст... помочился. Ткань со следами урины Уорхолла была продана в Нью-Йорке за 10 млн. долларов! «Ценители искусства» знают, какое участие Уорхолл принял в создании этого «шедевра», но перекупают его, буквально вырывая друг у друга из рук!
Дельцы, собирающие по своим галереям очевидный хлам, знают, что делают. Ведь существуют критики, которые «подведут» глубокий смысл под этот мусор и выдадут свои оценки за общепринятые истины. А предприимчивые знатоки с тугими кошельками заплатят за ЭТО солидные деньги, памятуя признание Дали, что «мир полон кретинов», и через какое-то время они смогут перепродать «шедевр» раза в три дороже. Какой великий обман!
Создать моду можно на что угодно. Как писал в статье «Исчерпание культуры» Солженицын: «Сперва вкусы к ним воспитываются (навязываются) самими ухватками подачи, затем производятся «общественные опросы», обнаруживаются эти же самые «вкусы»... Пошлость искаженного искусства, уже давно псевдоискусства, расширяется победно, (...) калечит слуховые и зрительные восприятия людей, захламляет души». В мире искусства теперь можно преуспеть, абсолютно не имея таланта. Достаточно быть хорошим антрепренером и дельцом. Се­годня рыночная стоимость подменила художественную ценность – вот в чем главная трагедия европейского искусства.
Кстати, Херст, похоже, всерьез озаботился сохранением своего творческого «наследия» – он решил заменить мерт­вую акулу в своей знаменитой работе 1991 года. У творца тогда не было денег, и он законсервировал акулу сам. А поскольку не был специалистом, акула начала протухать. Тем не менее в начале этого года музей известной фирмы в Сеуле купил еще одну такую акулу – она обошлась корейцам всего-то в 4 миллиона долларов. В связи с этим Херст сообщил, что он работает и над другими авторскими копиями своего прославленного «творения».
Сальвадору Дали хватило смелости признать, что больше всего на свете он любит деньги и что он удовлетворяет свою страсть при помощи кретинов, ничего не смыслящих в искусстве.
Браво, старик Дали, – мир действительно полон кретинов!
Андрей КОНЧАЛОВСКИЙ