* * *

«…
…Такое впечатление, что должно было быть как-то иначе, не так. А иначе и быть не могло. Как же еще?
…
Этот рок – часть меня, как голова или палец. Эта моя тяга к одиночеству гнетет меня, да что сделаешь-то? Я привык к этому в повседневной жизни, но иногда, во время праздников особенно, или бывая в людных местах, не будучи отягощенным подгоняющей тебя необходимостью, я вдруг с тоской ощущаю, что я один-одинешенек, и это ненормально.
И если б не это, единственное, у меня, в общем-то, все замечательно.
…
С чего же начать? Так давно не верил, что, написав, сделаю что-то стоящее. В принципе что-то сделаю.
…
Как непросто…
…
…не понимая…
…
…,…
…
.
…»
* * *

Чтиво это вызвало лишь ощущение пустоты под ложечкой и боль в висках.

* * *

Как-то, толпой идя с тренировки, повстречали девушку, выгуливавшую премилого пёсика. Ольга Б., полукапризничая, заявила своему мужу:
-Паша! Вот бы и нам такую завести!
Я же, пользуясь своим правом свидетеля (поздняя ремарка: свидетеля на свадьбе), встрял:
-Вам не собачку, а ребеночка пора бы уже завести.
Ольга на секунду задумалась и выдала:
-Нет, лучше собачку. По крайней мере, ясно, что заводишь.

* * *

А ведь было время, когда я пытался начать (замечательная формула неисполненного задуманного) ухаживать за ней. И было затеяно сие с бухты-барахты. Я тогда вообще мало что планировал.
Мишель явился, уже заранее озадаченный необходимостью подыскать нам с Максом объекты предстоящего внимания. Впрочем, задание выполнено не было, поэтому Мишель уже готовился изворачиваться, как уж. По всей повадке было видно, что готовился.
…»