Пусть роют щели хоть под воскресенье. В моих руках надежда на спасенье.

Как я хотел вернуться в до-войны, Предупредить, кого убить должны.

Мне вон тому сказать необходимо: «Иди сюда, и смерть промчится мимо».

Я знаю час, когда начнут войну, Кто выживет, и кто умрет в плену,

И кто из нас окажется героем, И кто расстрелян будет перед строем,

И сам я видел вражеских солдат, Уже заполонивших Сталинград,

И видел я, как русская пехота Штурмует Бранденбургские ворота.

Что до врага, то все известно мне, Как ни одной разведке на войне.

Я говорю — не слушают, не слышат, Несут цветы, субботним ветром дышат,

Уходят, пропусков не выдают, В домашний возвращаются уют.

И я уже не помню сам, откуда Пришел сюда и что случилось чудо.

Я все забыл. В окне еще светло, И накрест не заклеено стекло.

                                                                                                              Арсений Тарковский