Советско-германские военные проекты были запущены в 20-е годы, в 1922-1933 годы – это время т. н. Веймарской республики. А Веймарская республика была вполне демократическим государством, в Германии существовало мощное социалистическое и коммунистическое движение. Была надежда, что Германия в итоге станет социалистической республикой.
Вопрос – кто у кого учился?
В 20-е годы СССР представлял из себя аграрную страну с только начинавшей восстанавливаться после Первой мировой, Гражданской войн экономикой.
Учить немцев танковому делу и боевому использованию авиации мы, в принципе, не могли.
Так, за время Первой мировой войны Берлин выпустил 47,3 тысяч боевых аэропланов,
мы – 3,5 тысячи,
у немцев было 70 танков,
у нас первый выпустили в 1920 году.
Первый танк России - «Борец за свободу товарищ Ленин» - скопировали с трофейного французского «Рено» и выпустили в Нижнем Новгороде (завод «Красное Сормово»). Совсем плохо было с выпуском авиадвигателей.
По наличию квалифицированных специалистов Россия также уступала Германии, в Германии обязательное среднее образование ввели ещё в 1871 году, у нас в конце существования Российской империи было две трети населения неграмотных.
Кто кого в такой ситуации мог учить?
Почему Москва пошла на сотрудничество с бывшим врагом?
После поражения в Первой мировой войне Россия и Германия оказались наиболее «обиженными» государствами. Их территории были отторгнуты, армия Германии была превращена в декоративную.
России было надо строить новые вооружённые силы, почти с нуля, в условиях международной изоляции.
К тому же надо помнить, что Россия сильно отстала от передовых держав в ряде военных технологий, для нас сотрудничество с технологически развитой державой стало вопросом выживания. Можно провести параллель с современной РФ: нам бы в настоящее время союз и широкомасштабное сотрудничество с Берлином очень не помешали.
В этой тяжелейшей ситуации две страны-«изгоя» протянули друг другу руки. В апреле 1922 года в ходе конференции в Генуе Берлин и Москва подписали Рапалльский договор. Страны отказывались от претензий друг к другу, Берлин признавал национализацию всей немецкой собственности в России. Традиционные торговые связи были восстановлены.
Договор не содержал военных статей, но мог послужить основой для сотрудничества и в военной области. Германия нуждалась в полигонах, где можно было испытывать технику вдали от наблюдателей Антанты, Россия - в германском опыте производства и применения новейшей техники. Поэтому в середине 20-х годов были созданы авиационная школа в Липецке, танковая школа в Казани, две аэрохимические станции под Москвой и под Вольском.
Авиашкола в Липецке
Договор о создании авиашколы в Липецке был подписан 15 апреля 1925 г. в Москве, летом этого же года её открыли. Она была создана на деньги немцев и немцами, немцы купили самолеты в Голландии якобы для Аргентины.
Немецкие курсанты приезжали в Россию под видом туристов и служащих фирм. Школу возглавлял немецкий офицер: в 1925-1930 гг. майор Вальтер Штар, затем с 1930 по 1933 гг. майор М. Мор и капитан Г. Мюллер. Преподавателями лётного дела были немцы, постепенно численность немецкого персонала выросла до 60 человек.
Немецкие курсанты Липецкой авиашколы
Школу закончили 360 лётчиков, из них 220 немцев, 140 русских и ещё 45 русских авиамехаников. Это довольно немного, например, только в 1932 году в школах в Брауншвейге и Рейхлине немцы подготовили почти 2000 пилотов.
Расходы на содержание также взяли на себя немцы, они же доставляли все авиационные материалы и оплачивали транспортные расходы.
В целом школа в Липецке обходилась Берлину в 2 млн. марок ежегодно, в некоторые годы больше. Это без учёта расходов на строительство.
То есть, немцы на свои деньги готовили немецких и советских пилотов, механиков, делились уникальным опытом, новейшими техническими достижениями. А после прихода к власти Гитлера школу закрыли, всё оборудование досталось СССР. В итоге, можно сказать, что немцы ковали «советский меч».
Основу парка самолетов составили купленные немцами истребители "Фоккер D-XIII", летом 1925 года 50 упакованных в ящики аэропланов перевезли морем из Штеттина в Ленинград. Летом 1926 годы были поставлены 8 двухместных разведчиков «Хейнкель HD-17». К концу 1929 парк ещё более вырос.
Фоккер D-XIII
Хейнкель HD-17
Танковая школа в Казани
Школа была создана в конце 1926 года, принципиальный подход был таким же – немецкий штат при вспомогательном персонале с советской стороны: столяры, слесари, шофёры, маляры, кухарка, сторож, охрана и т. д. Начальник и преподаватели - немцы. Размещалась школа в бывших казармах 5-го Каргопольского драгунского полка.
Опять же, все расходы по содержанию, обустройству были возложены на немцев.
Немцев заставили заплатить даже за съезд частей и военно-учебных заведений, которые здесь располагались.
Учебные танки предоставлялись тоже немцами.
До закрытия в 1933 году школа успела сделать три выпуска, всего она выпустила 30 немецких танкистов (маловато для «немецкого меча») и 65 человек начсостава для танковых и механизированных частей Красной армии.
В мифе утверждалось, что там учился и знаменитый Гудериан, но это не так. Гудериан был в Казани, но как инспектор, с кратковременным визитом.
Руководил школой с 1929 года подполковник В. Мальбрандт, в честь него проект получил название «КАМА» (КАзань + МАльбрандт). Затем школой руководил Л. фон Радльмайер, в 1932-1933 гг. – полковник Й. Харпе.
Й. Харпе
Как и в случае Липецкой школы, немцы на свои деньги готовили своих и наших танкистов.
Никто из великих немецких военачальников в СССР не обучался, они приезжали на инспекции (как Гудериан с Лютцем в Казань летом 1932 года). Или приезжали на манёвры Красной Армии наблюдателями: полковник Браухич, подполковник Кейтель, капитан Кречмер приезжали на 4 дня посмотреть на учения Белорусского военного округа; майор Модель на 2 недели в расположение 9-й стрелковой дивизии в Ростове и т. д.
Химический объект «Томка»
Договор о проведении совместных аэрохимических испытаний был подписан в августе 1926 года. Картина была примерно такой же, как в Липецке и Казани. Только в Саратовской области задачи были другие – совместные исследования.
СССР предоставлял полигон и обеспечивал условия работы, немцы брались обучать советских специалистов в ходе опытов. Ставились в основном задачи не подготовки кадров, а исследовательские. Техническое руководство было в руках немцев, административное в советских.
Первые испытания проходили под Москвой на полигоне «Подосинки»; было проведено около 40 вылетов, и доказана возможность применения авиацией иприта против живых целей, для заражения территории и населенных пунктов. В 1927 году завершилось строительство объекта «Томка» около города Вольска в Саратовской области и испытания были перенесены туда. Работали над способами химической атаки, проверялись средства химической защиты, изучались на животных поражающие свойства иприта, способы очистки местности. Первым руководителем проекта со стороны Германии был полковник Л. фон Зихерер, с 1929 по 1933 годы генерал В. Треппер. Большую часть финансирования проекта брали на себя немцы.
Было ли полезно это сотрудничество?
Без сомнений – да!
Берлин, нарушая международные обязательства, за свой счёт создавал новейшие военно-учебные и исследовательские центры в СССР. Мы же никаких договоров не нарушали – в Версаль нас даже не пригласили.
СССР приходилось создавать многие военные направления с нуля, и тут помощь Германии была бесценной. Немцы делились своим опытом, знаниями, технологиями бесплатно!
Так, за десять лет почти с нуля были созданы советские химические войска, были организованы научные исследования, налажено производство химического оружия и средств защиты. В 1931 году у СССР уже было, помимо 400 тыс. старых снарядов Первой мировой войны, которые подлежали перезарядке, 420 тыс. новых боеприпасов (с ипритом, фосгеном, дифосгеном). Были испытаны дистанционные химические снаряды и взрыватели к ним. На вооружение ВВС приняли 8-ми и 32-х кг бомбы с ипритом (для заражения территории), 8-ми кг осколочно-химические бомбы с хлорацетофеном для поражения живой силы противника. К концу 1931 года готовились принять на вооружение 50-ти и 100 кг бомбы с ипритом дистанционного действия, ударные с фосгеном. Имелось 75 комплектов выливных авиационных приборов ВАП-4 и планировалось в 1931 году создать ещё 1000. Были созданы разливочные станции мощностью свыше 5 млн. снарядов и бомб в год.
Таким образом, СССР в кратчайшие сроки ликвидировал отставание от ведущих держав в области химоружия и стал с ними вровень. В СССР была создана своя отличная школа военных химиков.
Другие направления сотрудничества
Красная Ария и СССР, благодаря сотрудничеству с Германией, получили отличные кадры лётчиков, танкистов, химиков, а после прекращения сотрудничества и сами объекты с оборудованием. В Липецке была открыта Высшая лётно-тактическая школа Военно-воздушных сил, в Казани – Казанское танковое училище, в Саратовской области нам остался полигон, часть имущества «Томке» пошла на развитие Института химической обороны.
Но были и другие направления – сотрудничество в области развития современных вооружений.
В конце 20-х годов немецкий конструктор Э. Хейнкель разработал для советских ВВС истребитель HD-37, в СССР он выпускался как И-7, всего с 1931 по 1934 годы выпустили 131 самолет.
Ещё один самолет, построенный Хейнкелем для Москвы, – это морской разведчик «Хенкель-55», у нас его назвали КР-1, и стоял он на вооружении до 1938 года.
Кроме того, у Германии заказали катапульту К-3 для запуска КР-1 с линейного корабля «Парижская коммуна», в конце 30-х купили две катапульты К-12 для крейсеров «Ворошилов» и «Киров».
Для танкостроительной отрасли: в Т-26, БТ, Т-28 сварные корпуса немцев, приборы наблюдения, прицелы, идея спарить орудие с пулемётом, электрооборудование, радиооборудование.
Для артиллерии: 76-мм зенитка 1931 года, путём её модернизации создали 76-мм зенитку образца 1938 года и 85-мм зенитную пушку 1939 года, ещё и система 76-мм корабельных зениток.
Приобрели у немцев 37-мм противотанковую пушку, путём её модернизации создали знаменитую 45-ку образца 1945 года. С 1932 года по 1942 год их было построено более 16 тысяч. На её базе создали 45-мм танковое орудие, ими были вооружены почти все советские танки, которые выпускали перед войной.
Для ВМС СССР были спроектированы подлодки «серии IX», в конце 1934 года на Балтийском заводе заложены 3 ПЛ: Н-1, Н-2, Н-3, с 1937 года «С» - «средние» (иногда называют «сталинцами»). Многие конструкторские решения и механизмы «немок» применялись и в последующих, уже советских, проектах. На основе этого проекта запустили «серию IX-бис», главное их отличие от «немок» - это замена немецких дизелей советскими и в небольших изменениях ограждения рубки. К началу Великой Отечественной войны были построены, или почти готовы 20 ПЛ, ещё 18 строилось.
Таким образом, не «немецкий меч» ковался в Союзе, а скорее наоборот, немцы помогли нам в 1920- начале 1930-х годов создать основы современных танковых, военно-воздушных, химических войск и отраслей ВПК.
