В Ростове-на-Дону с аншлагом прошел концерт любимой народом Верки Сердючки. Несмотря на то,что в последнее время про Андрея Данилко все как-то подзабыли и даже были слухи – мол, последний гастрольный тур певца в России был провальным. А ведь нет, жив украинский курилка.

После двухчасового концерта «вживую» едва двигающийся от усталости артист согласился пообщаться с журналистам.

- Андрей, почему мы вас довольно давно не видели на российской сцене?

- Мы никуда не пропадали. Давали выступления, но сольных концертов было немного. Я лично от них отказался. Чувствовал вокруг себя отрицательный настрой. Людей просто накрутили и начались каие-то обвинения в мой адрес. Я знаю, что основная причина раздутого скандала — политика. Они газ не могли поделить, а виноватым оказался я. Оттого и выдумали эту нелепую историю с «Рашa, гуд бай»... Недавно на пляже в Египте ко мне подошла русская женщина и попросила: «Скажите моему сыну, что вы не предатель. Он очень любил Сердючку, а теперь только и говорит – мама, не будем смотреть ее выступления, она же - предатель».

Даже коллеги воспринимали меня как предателя. На Славянском Базаре в гримерку приходит Игорь Николаев и шепотом спрашивает: «Скажи, ты пел Раша, гуд бай?»

Мой хороший друг Филипп Киркоров даже не сразу мне поверил. Страшное ощущение, когда ты видишь, что это чашка чая, а вокруг тебя все кричат, что это бензовоз.

- Так все-таки, какие слова звучали тогда в песне?

- «Лашиа Тумбай» я придумал сразу после победы Русланы на Евровидении. Если петь эту песню в разных стилях, то она получается то китайская, то японская, то еврейская, то украинская. Там слова «I want you see Lashia Tombay», что означает «Я хочу видеть тебя Лашиа Тумбай». Причем в изначальном варианте у меня было «tonight». Но это набившее оскомину «tonight» есть в каждой англоязычной песне. Потому я решил его заменить. Мое «Лашиа Тумбай» люди могут трактовать как угодно - к примеру, «Я хочу видеть тебя богатой, счастливой, любимой» и т.п. Но я же не могу высылать каждому либретто песни. Некоторые умудрились услышать «Маша to buy», что переводиться как Маша на продажу. Я и думать не мог бы, что эта песня способна вызвать такую реакцию.

- Но ведь в Украине после Евровидения Вы стали прям героем...

- Да. По-началу меня линчевали в Киеве, жгли чучела Сердючки, а после Евровидения я стал изгоем в России. Зато на Украине нас встречали как героев. Правда, год спустя, под напором общественности Ющенко все же изволил наградить меня званием Народного артиста. Мне казалось, что это какая-то медаль. В реальности же это смешной, невзрачный значок. Спрашиваю - «а льготы какие-то теперь полагаются?». А, как оказалось, что после распада Союза осталась лишь одна льгота — место на киевском кладбище... Вот и натанцевалиы.

- Не возникло желание просто плюнуть на все это и уехать за рубеж, тем более, что после Евровидения Сердючка была очень популярна в Европе?

- Да, на западе Сердючку восприняли лучше, чем в России и в Украине. Там могут оценить оригинальный продукт и профессионализм. В Америке многие мне говорили, что если бы не языковой барьер... Но непонимание языка сильно напрягает... Я принимал участие в нескольких шоу, где нас попросту пытались подставить. К примеру, так называемое «Взрослое шоу» во Франции. Ведущий - мегазвезда, этакий Алла Пугачева и Кобзон вместе взятые. К нему на программу стоит очередь из звезд. Пригласили и нас. Ведущий шутит, но я не могу понять ничего, потому как знаю по-французски лишь Джо Доссен и Мирей Матье. Он зрителям что-то говорит о нас, все умирают от смеха. При этом переводчицу пытаются незаметно от меня отвести. Я хватаю ее за руку: «быстро переведи, что он сказал». Оказывается, он сказал Сердючке: «Тебе показать мой член?». Вот тут у меня планка и упала. Ах, показать. Ну так давай. Наши девченки бэк-вокалистки подбегают к нему и начинают снимать с него одежду в прямом эфире под улюлюканье толпы. Он в шоке. Побледнел. Звукорежиссеры, операторы вышли поглазеть. Ведь такого у них еще не было. А Сердючка тем временем начинает растегивать ему ширинку. Спас ситуацию молодой звукорежиссер, который вместо ведущего разделся догола, а на член надел носок... Вообщем, мы сделали это шоу.

- Не так давно вы пытались баллотироваться в парламент Украины. Что это - очередной пиар-ход или реальное желание стать политиком?

- Это была плохая шутка. Меня чуть ли не убили из-за нее... Поймите, звезду на голове Сердючки и победу на Евровидении почти невозможно переплюнуть. Я подумал, что может быть дальше? Только политика. Придумал целую концепцию. Действо должно было происходить в цирке. Ведь соревноваться с политиками я не собирался - четко понимал, что любой из них намного смешнее Верки... Но эти политики так всем приелись, что народ пошел бы голосовать за Сердючку хотя бы ради прикола! Те, кому надо, это поняли - ко мне начали поступать предложения, звонили разные люди. Богатые люди предлагали мне деньги за то, чтобы только посидеть рядом. В тот момент я понял, что все это может плохо кончиться - меня попросту убьют. И за два часа снял свою кандидатуру.

- Скажите, кем видит себя Андрей Данилко через 20 лет: шоуменом, музыкантом, политиком?

- Меня всегда интересовало кинематограф и музыка. У меня, к примеру, свое личное видение комедии. Мне нравится юмор старых фильмов, которые просто расползались по цитатам. Но чтобы сделать свое кино, нужно знать его технологию. Я бы очень хотел поучиться у какого-то известного режиссера например, у Никиты Михалкова. Но из-за непрошедшего комплекса экзамена не могу на это решиться. К тому же еще узнаваемость и предубежденная оценка со стороны окружающих...

Но ведь каждый выход на сцену - это тоже своего рода экзамен?

- Да, но там я выхожу в гриме и костюме, со звездой на голове... Если бы экзамен сдавала Верка Сердючка, то безусловно его бы сдала.