Неспешно собрав осколки вазы и разломанные орхидеи, что заполняли сладковатым ароматом нашу спальню, я отправил все в мусор, а затем снова вернулся наверх. Усевшись в удобное кресло, я взял с низкого стеклянного столика потрепанный временем роман Чарльза Диккенса. Я знал его практически наизусть, но все равно постоянно перечитывал. Что-то есть в этих простых и доступных строках, какая-то тайная истина, известная, видимо, только человеку.