Майя Гортхауэр больше не существует. Есть Жестокий, ненавистный всем. И себе тоже. Что же, остается одно — выполнять свой долг и получить свое воздаяние ото всех... Теперь — настоящее одиночество. "Что же мы делаем с тобой, Учитель? Почему всегда между нами разлад? Почему я всегда делаю что-то не так..." Да нет, не все. Долг воина выполнял, и воистину, не было военачальника лучше его. "И это все... Я способен лишь на дела крови и разрушения... Пусть. Даже если прикажет — я не стану другим. Я это я, и меняться не стану даже в угоду ему. О, что же я делаю, я уговариваю себя... Знал бы кто — на брюхе приползти хотел бы, умолять о прощении... Но ведь я не буду каяться. Нет. Пусть это гордыня, да только все остальное уже перегорело..."

И, с трудом разлепив тяжелые веки, Гортхауэр в первый и последний раз увидел глаза Мелькора, полные нежности, теплоты и страха. После была лишь суровость. Но и этого хватило, чтобы отдать ему душу навсегда...