я уже научилась без выходок и истерик мой пустой человек, вот твой глянцевый рот с афиши. можно я приду умирать под твои двери?как к старой собаке подходят: -ну как, еще дышит? - дышит. и до утра ничего с ней не происходит. и сонную свою лапу печально лижет. и скоро уже никто ее не услышит.

а можно потом молчать у твоей парадной?секунда от "поздно ночью" до "утром рано" и значит уже домой приходить не страшно. швырнуть себя в кухню и умирать от жажды. швырнуть себя в кухню и умирать от раны. но ты-то конечно тут не причем, приятель.

а можно еще напиться в твоей квартире?переломать манстеры и пару кружек, а с собой привести тот февраль и своих подружек и знать, что меня не выгонишь под это небо. и знать, что на утро нам будет смешно и стыдно.

а можно еще я убью всех, кому ты нужен?и тогда ты заплачешь, придешь ко мне поздно ночью (да потом все пройдет, с непривычки бывает туго) и скажешь мне - ты последняя, кто остался. ты - моя единственная подруга. я притворюсь, что мне тебя жалко очень.

послушай, приятель, ты сегодня какой-то странный. зачем-то постригся и стал на три лета старше. иди снова курить в своей сине-белой ванной весь в этой весне, потрепанной, грязной, рваной. иди, пожалуйста. и не помни меня дальше.