Один мальчик ни во что не верил. Он просто жил так, как считал нужным. И за это его все любили. Девочки крутились вокруг него, как мухи возле... наисладчайшего лакомства. Как, собственно, и мальчики. Только по другой нужде.
И этот самый мальчик был счастлив (как он думал). Каждый день ему был в радость, потому что беды обходили его стороной, а удача никогда не отворачивалась. мальчик вдруг начал понимать, что это все ему вовсе не нравится. Что он вовсе не счастлив, потому что девицы уже надоели, а от мальчишек нет никакого проку - они в беде не помогут, а радостью не поделятся и не поделят.
Мальчик стал горевать, а все, кто раньше его окружали, вдруг начали уходить.
И тут он понял, что вовсе не хотел такой жизни, а, скорее, обратного. Поэтому мальчик собрал свои пожитки и отправился жить в монгольскую степь.

Мальчик уже успел стать волосатым-преволосатым дяденькой, а в ушах уже несколько лет жужжал лишь ветер или тишина. Дяденька даже не слышал своего собственного голоса - разговаривать уже было не с кем.
Но однажды, на тридцать втором годе жизни, дяденька понял, что вовсе не хотел такой жизни. Теперь дяденька вообще не знал, чего хотел. Но он уже слишком много прожил в степи, чтобы бросать ее.
Ночью дяденька в вате тишины услышал шорохи, как будто кто-то крался к нему. Дяденька вскочил и попытался разглядеть незнакомца. Тот стоял на четвереньках, как кот перед прыжком и шептал что-то о тайнах.
- Кто ты? - во весь голос спросил дяденька, от чего незнакомец дернулся.
- Тайна? Это ты? - прошептал незнакомец.
- Тайна? Нет, я дяденька, который раньше собирал возле себя много людей, а сейчас живу в одиночестве. - Незнакомец как будто не услышал этого и пополз дальше.

Дяденька не мог спать уже третью ночь, он думал о том человеке. Душа дяденьки как будто прыгала по всему телу, уговаривая его сделать шаг.
И он сделал шаг, а затем побежал на поиски незнакомца.
- Неужели, я потратил тридцать два года, чтобы всего лишь узнать, что мне нужен друг? - подумал дяденька и усмехнулся своей мысли. Он не стал себе отвечать, потому что знал, что был прав.