и тем не менее есть что сказать, но зачем? - молчу.
она меня отправляет то в задницу, то к врачу.
а я уже не хочу отвечать, но думает, что сдаюсь.
хотя наверно прикинуться мол так и есть мне в плюс.
на этой я обещал не жениться, а с той не ложиться в постель.
в обоих случаях еле сдержался, но я - герой.
там ни души среди целой оравы вспотевших тел,
я до сих пор удивляюсь тому, что ещё живой
и не пускаю соплей в подушку по вечерам,
по-мазохистки читая с памяти ряд картин,
в которых я совершенно случайно сплю не один
и притворяюсь счастливым придурком на радость вам.
к чему весь этот скандал?
опять "обманул, соврал".
она под корень меня с потрохами взяла
и стал
я однозначным числом, легко делимым на три,
за то, что "с виду святой, но такое дерьмо внутри!".
но вот себе-то не ври и признайся хотя бы раз,
что ничего ты не делаешь не для отвода глаз.
а я, "такой пидарас", пусть и поздно, но всё просёк,
пустив события в пик откровения на самотёк.
и в эту энную степень я слишком легко возвожусь.
но я уже не хочу ни за что отвечать - сдаюсь.
не очень помню как всё началось, как закончилось тоже...
но приблизительно знаю кому говорить "спасибо".
конечно, выгляжу, может, не очень, но так же моложе
своих реальных по паспорту данных, и тёплым дымом
себя кормлю вместо завтрака с горьким холодным кофе.
по вечерам иногда краем глаза - канал культуры.
и так случайно сегодня я не забрызган кровью
и не засыпан железными крошками арматуры.
я засыпаю, когда рассветает и на зелёной
ты допиваешь из кружки с поломанной ручкой чёрный.
ты можешь быть сотни раз забытым, чужим, прощёным.
но только в первый - таким одиноким, таким свободным,
держа под локоть какого-то... ( ладно, кого не знаю )...
и проскочить за 15 минут мимо "до" и "после".
как хорошо, что я вовремя что-то всегда теряю.
как хорошо, что за месяц я ( больше чем за год ) стал очень взрослым
и я не помню как всё началось ( как закончилось тоже ) .
ты проспал, ну а я поменял все свои маршруты.
но никогда нам уже не выглядеть так... моложе.
спасибо всё же, родной, за то, что я спал этим утром
да что она может? размазать меня каблуком,
пусть не всего целиком, но хотя б ладошку.
замахнувшись пустой бутылкой, а то кулаком,
слышишь "женщин не бьют". ну не бить же её понарошку.
да и что она может? дверь не открыть с утра,
заплевав меня бранью так, хоть святых выносите.
а потом очень тихо спросить где я был вчера.
и подруг умолять, утопая в слезах, "спасите!".
там у них на меня ряд претензий и характеристик.
может, даже уже завели с фотокарточкой личное дело.
но ни одна не допустит случайной мысли,
что такого она-то как раз ждала и хотела.
да и что она может? надо её пожалеть.
пусть не очень, конечно, но можно хотя б немножко.
ведь в конце-то концов я могу это всё потерпеть
в оправдание факту, что и люблю понарошку.
засыпая под шум дождя за окном в полпервого,
не забудь подумать о том что где-то сейчас
я лечу сигаретами струнами ставшие нервы
и пускаюсь по клавишам ноута пальцами в пляс.
терафлю остывает.джин с тоником на подоконнике.
телефон завибрирует в правом кармане джинс.
и уже не спасут ни коньяк ни афганская поника
ни визин ни таблетки ни жидкость для снятия линз.
я ворую тебя, прячу бережно слева под рёбрами.
под язык - сахар капает, тает и нёбо прожённое.
ни к чему не привык, хоть и часто жестил, много пробовал.
но подсел очень плотно на эти звонки телефонные
по ночам, по утру, когда веки дрожат, разлипаются.
на движения рук в неизвестной для физики плоскости.
это сердце по швам разойдётся и точно сломается,
если кто-то из нас сдавит тормоз и выключит громкости.
я глотал эти старые кадры и месяц за месяцом
запивал их и дымом закутывал в выцветшей памяти.
поднимался едва на второй, чуть не падая с лестницы.
собирал соль в глазах, но скорее от силы, чем слабости.
и пока я носился по городу в хлам перелеченный,
снег и дождь размывали как пятна картинки из прошлого.
засыпал на сиреневой ветке, проснулся - конечная.
в этом мало смешного и вряд ли найдётся хорошее.
но мне кажется год я проспал, намотав километрами
каждый угол метро.в полукоме, в полупрострации.
но услышал на ухо твой шёпот, сбиваемый ветром:
"просыпайся скорей.мы выходим.уже наша станция".
Вчера от меня ушла Лиза.
Не обнаружив ее на привычном месте я не мог найти места себе.
Метался,рвал волосы.
Хотел напиться,сочинить мерзкие стихи,перебирал в голове все что могло послужить причиной,хотел догнать.
Но ничего этого сделать так и не успел.
От меня ушла Лиза..
Как выяснилось через пол часа- она ушла за хлебом.
Сегодня я принес в наш дом 8 батонов,3 каравана,9 пончиков,4 кирпичика,половинку черного,пряников 3 кило...
Лиза, не уходи больше.
Да и куда ей идти? сидит и ест.