Мы потеряли вещественный мир. Жизнь превратилась в набор текстов, написанных стандартным шрифтом Word'a.

В моем отделе сидят 10 человек, и я обмениваюсь с ними только парой слов в день. В нашем офисе теперь почти никто не здоровается. Причина проста - люди не знают друг друга в лицо. Из 50 человек в моем контакт-листе в лицо я видел только 5, причем одна из них - жена, а остальные - старые знакомые.

Недавно я вдруг понял, что моя дочь скорее всего не получит за свою жизнь ни одного написанного рукой письма. Она не будет заглядывать в почтовый ящик в надежде увидеть заветный конвертик, не будет знать, когда приходит почтальон.

В моем The Bat валяется 500 личных писем за 5 лет. Друзья мне пишут о любви, карьере, детях, смысле жизни. Я им отвечаю. Но все это остается прозрачной невесомой пленкой на магнитных носителях и никогда не станет реальностью. Я не смогу через 30 лет посмеяться над почерком друга или рассматривать адрес, написанный по-немецки.

У меня началась паранойя. Меня словно не существует, я иллюзорен. Самый страшный кошмар моих снов - о том, как вирус снес безвозвратно информацию на моем компьютере. Если это случится, исчезну и я. Не будет писем, не будет незаконченных рассказов, не будет фотографий, не будет признаний в любви и поздравлений.

На моем домашнем ноутбуке хранятся 3000 фотографий дочери. Ей 492 дня от роду. Это по 6 фотографий в день. Спросите у ваших родителей, сколько у них фотографий в возрасте от 0 до 2 лет. Сосчитайте, сколько у вас. Но у моей дочери нет ни одной. Потому что мы все время забываем их распечатать. Моя жена любит взять пустой альбом, купленный год назад для дочкиных фотографий, и планировать, куда какая фотка лучше подойдет. Но пока ни одна ячейка не заполнена.

Я читал в мужском журнале, что дневной словарный запас мужчины - 15000 слов. Последние 5 лет я говорю не больше 3 тысяч. Мне кажется, даже с женой я больше общаюсь по аське, ведь вечером, когда я прихожу домой, у нас остается время только на <Секс в большом городе> и просто секс.

У меня 7 подчиненных в разных городах по всей стране и я не знаю точно даже их имен. Они для меня - ники в конакт-листе. Когда они присылают мне документы, то на конвертах адрес всегда распечатан на принтере. Разве это не бред? Я даже не видел их почерка.

В моем офисе есть только одна реальная вещь. Это трусики моей соседки напротив. Ее стол стоит так, что когда она садится в короткой юбке, то нижнее белье хорошо видно. И в этот момент я становлюсь шестиклассником, который подглядывает за самой красивой девушкой в классе. Я становлюсь реальным человеком.

Мой мобильный телефон не звонит уже целую неделю. Все, кому я нужен, могут связаться со мной по электронной почте.

С редактором Just Business я не виделся уже 3 года. И хотя время потрепаться по аське мы иногда находим, но черты его лица постепенно стираются в моей памяти.

Я хочу, чтобы эпитафия на моем надгробии была набрана шрифтом Arial, 30 кеглем. Что мы оставим будущему?

Я начал свою программу сохранения артефактов. Начал распечатывать все письма от друзей с моими обратными ответами. На каждом листе ставлю подпись. Я подписываю послания к электронным открыткам на обычной бумаге, фотографирую и отправляю JPG файлом. Я подписываю всю корреспонденцию своей рукой. Скопировал все данные на CD. Переписал смешные голосовые сообщения с автоответчика на CD. Стал изменять своему любимому Arial, меняя шрифт по настроению.

И вот теперь встал перед такой проблемой. Собрался менять мобильник, а на нем хранится SMS с таким текстом:

Rodilas devochka v 1:45! Ves 3670 rost 52. Pohozha na menya!!!

Как его теперь сохранить? Может, что-то посоветуете?