Мария Фёдоровна Романова слыла меценаткой, первая задумалась о женском образовании и умела приструнить своего мужа — Павла I, который помимо игры в солдатики, любил приволокнуться за женщинами…

Императрица Мария Фёдоровна родилась в Штеттинском замке. Её биография причудливо переплетается с биографией её предшественницы – Екатерины II, которая также родилась в немецком городе Штеттине, и отец которой также служил комендантом.

Будущая императрица придерживалась взглядов, которые едва ли могли снискать благосклонность современных феминисток. В дневнике, который она вела, как и подобает добропорядочным барышням, была такая запись: «Нехорошо, по многим причинам, чтобы женщина приобретала слишком обширные познания. Воспитывать в добрых нравах детей, вести хозяйство, иметь наблюдение за прислугой, блюсти в расходах бережливость — вот в чём должно состоять её учение и философия».


Мария Фёдоровна вскоре после свадьбы. Портрет Александра Рослина.

Покуда мать Павла Екатерина была жива, Мария Фёдоровна не имела влияния на политическую обстановку в Российской Империи. Мало того, её значение в контексте семейной жизни имело также мало веса: разлад сына с матерью дошёл до того, что два мальчика – Александр и Константин, воспитывались бабушкой. Таким образом, властная Екатерина ещё раз показала, «кто в доме хозяин».
Впрочем, Мария Фёдоровна была женщиной умной: она никогда не перечила царственной свекрови, за что та отвечала ей молчаливым снисхождением.

Строительство дворца в Павловске
Молодую Марию Фёдоровну современники описывали как «близорукую, статную свежую блондинку, очень высокого роста и склонную к преждевременной полноте», которая могла носить с утра до вечера пышное церемониальное платье, утомлявшее кого угодно, но только не её. Даже во время беременности она не снимала парадного платья и неизменно затягивалась в корсет.


Наряду с этим, императрица славилась хорошим вкусом, который имел возможность проявиться в отделке Павловского дворца. Как гласит история, в честь рождения первой внучки Александры Екатерина подарила Павлу Гатчину, которую выкупила у наследников умершего весной 1783 года Григория Орлова – своего блистательного фаворита.

Павел остался доволен презентом, а меж супругами незамедлительно возник разлад: Мария Федоровна вознамерилась создать в Павловске рай на земле, а Павел мало обращал внимания на планы супруги – он увлёкся постройкой военного поселения в Гатчине, где наслаждался буднями обычной солдатской жизни. Таким образом, будущая императрица получила Павловск в своё безраздельное пользование.

Впрочем, видимо, самой судьбе было угодно, чтобы всё сложилось именно таким образом. По изяществу отделки дворец в Павловске не имеет себе равных. Участвуя в работах, Мария Фёдоровна не только думала о цвете новых портьер и рамах для зеркал, она усердно работала на токарном станке, создавая фигурки из янтаря и слоновой кости.

Нужно сказать, что Мария Фёдоровна была натурой талантливой. Она хорошо рисовала и искусно вышивала и, кроме того, интересовалась литературой, пела и играла на различных инструментах, что давало возможность музыкантам, писателям и художникам сыскать у неё понимание и благосклонность.

К слову, в Павловске она организовала первый в России литературный салон, а поэт Василий Жуковский стал её близким знакомым, творчество которого она всячески поощряла.

«Перестань кручиниться и будь уверена в своих прелестях»
Глядя на её портрет в зрелые годы, на котором спокойные глаза словно убеждают в трезвости и разумности их обладательницы, испытываешь удивление, читая по-настоящему нежные и пылкие строчки в письме будущему супругу:
«Я не могу лечь, мой дорогой и обожаемый князь, не сказавши Вам ещё раз, что я до безумия люблю Вас; моя дружба к Вам, моя любовь, моя привязанность к Вам ещё более возросла после разговора, который был у нас сегодня вечером. Богу известно, каким счастьем представляется для меня вскоре принадлежать Вам; вся моя жизнь будет служить лишь для того, чтобы явить Вам доказательства той нежной привязанности и любви, которые моё сердце будет постоянно питать к Вам».


Портрет российского императора Павла I.

Нужно заметить, что и Павел был влюблён в Софию Марию Доротею Августу Луизу Вюртембергскую, как её величали до перехода в православие. Ещё будучи великим князем, он потерял жену Наталью Алексеевну, которая умерла в родах, произведя на свет мертворождённого младенца.

По настоянию матери, спустя год он отправился в Берлин, на смотрины невесты, которой оказалась принцесса Вюртембергская. Свои впечатления Павел написал в письме к матери:
«Я нашёл свою невесту такову, какову только желать мысленно себе мог: недурна собою, велика, стройна, застенчива, отвечает умно и расторопно. Что же касается до сердца ея, то имеет она его весьма чувствительное и нежное».
Это нежное сердце, о котором говорил будущий император, покажет себя впоследствии в игре между ним, Марией Фёдоровной и фавориткой императора – фрейлиной Нелидовой.

Связь, которая началась ещё при жизни Екатерины Второй, вызывала в Марии Фёдоровне отчаяние и вспышки ревности: положение было настолько тяжёлым, что она даже пожаловалась свекрови, которая в ответ подвела её твёрдой рукой к зеркалу и сказала: «Посмотри, какая ты красавица, а соперница твоя petit monstre, перестань кручиниться и будь уверена в своих прелестях».


Герард фон Кюгельген. Портрет Павла I с семьёй. 1800. Государственный музей-заповедник «Павловск».

Мария Фёдоровна, видимо, вняла советам величавой Екатерины, так как в скором времени объединилась с Нелидовой и начала через неё влиять на мужа. Влияние было настолько сильным и уверенным, что Фёдор Ростопчин, фаворит Павла, писал другому придворному: «Жаль, что на Императора действуют внушения Императрицы, которая вмешивается во все дела, окружает себя немцами и позволяет обманывать себя». 

Ростопчин настолько был испуган и недоволен грозным союзом императрицы и фаворитки, что сумел заменить последнюю новой фигурой – темноволосой Анной Лопухиной, в честь которой влюблённый император давал названия кораблям, наносил её имя на гвардейские знамёна и почти довёл Марию Фёдоровну до положения опальной царицы.

Деятельная Мария Фёдоровна
Ещё при жизни Павла императрица стала известной меценаткой. Незаметно вмешиваясь в политические дела, она, тем не менее, не была всецело захвачена мыслями о власти. Куда больше ей нравилось заниматься благотворительностью.

После того, как Павел взошёл на престол, Мария Фёдоровна была поставлена «начальствовать над воспитательным обществом благородных девиц». Императрица проявила к делу большой интерес и привлекла в его пользу много пожертвований.


Портрет императрицы Марии Фёдоровны

Чуть позже она стала начальницей над воспитательными домами, уделяла особенное внимание покинутым младенцам и даже облагородила Обуховскую больницу для умалишённых, устроив для них загородный дом, где каждый больной имел свой садик.

Современники вспоминали, что императрица была натурой деятельной: вставала в семь часов утра, а летом в шесть, обливалась ледяной водой и после молитвы садилась за кофе, который всегда пила очень крепким. Она обладала крепким здоровьем и, не зная усталости и болезней, ожидала того же и от других. Влияние Екатерины II отразилось на характере Марии Фёдоровны: она была женщиной волевой и не выносила, когда ей перечат.

После смерти супруга она стала требовать послушания от венценосных сыновей и рьяно отстаивать интересы своих родственников — владетельных князей Священной Римской империи, а после вторжения Наполеона стала настаивать на заключении мира.


Портрет вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны. Джордж Доу.

Впрочем, невзирая на возрастающее участие в политической жизни России, она оставалась верна себе: большую часть времени посвящала делам благотворительности и заботам о женском образовании. Благодаря её покровительству было основано несколько женских учебных заведений в Петербурге, Москве, Харькове, Симбирске.

Когда в 1803 году в столице построили больницу, то не возникло сомнений, в чью честь её называть. Мариинская больница – это своеобразный памятник заботам и стараниям императрицы, которая доказала сою любовь к Росси не словом одним, но и великими делами.