- Закрой глаза. Выпусти пару Нитей из Кружева. Сосредоточь Силу на концах их Узлов. Что бы не запутались. Потом выпусти слепок Силы. И слушай….
- И всё? И я смогу услышать эфир?
Голос юноши дрожит, он просто не верит, что всё так легко. Но ответ слегка остужает его пыл.
- Если есть способность…. То да.
Есть ли у него она, вот в чем вопрос. Но это можно узнать, а точнее проверить лишь одним путем. Попробовать. А там посмотрим. Ах да, и задницу не отморозить! Ей, бедняге, что-то слишком часто достается. Наверное, сама в шоке от такого жестокого хозяина. В принципе, сделать всё то, что описано в инструкции оборотня не сложно, даже легче чем использовать пентаграмму. Но одно дело посадить семя в землю, и совсем другое вырастить его как подобает. Об эфире известно довольно много, как и о Покрове в целом. Верхние слои достаточно тонкие и хрупкие. Хотя, нет. Они больше похожи на студень. Да, так будет точнее. Нити с легкостью проходят сквозь них, и именно так можно прослушать голос всего сущего. Звучит, как сказка, не так ли? Но есть одна маленькая загвоздочка. Не сможешь сдержаться, упустишь момент – считай, что лежишь в свежевыкопанной могилке или на койке в психушке. Нити Силы напрямую соединяются с Кружевом Разума. Повредишь его, и тебя ждет либо смерть, либо сумасшествие. Замечательные перспективы, не считаете?
- Хорошо. Я попробую.
Урюу не знает к чему всё это. Он хотел лишь ответы на свои вопросы. Те ответы, которые не смог отыскать сам. Да, вот такой он лентяй! Но вместо этого его вдруг учат слушать эсу-тэру. Неожиданно. Или же здесь кроется нечто иное? Мол, научись слышать и я расскажу всё, что знаю. Как интересно, что не говори. А любопытство так и гложет, любовно обсасывая косточки. Так и видно, как оно довольно жмурится и сыто урчит, словно нажравшаяся вдоволь тварь. Противно, и хочется скривиться, но пока нельзя. Ведь Нити послушно и немного напугано скользнули призрачными ленточками в воздухе, развеваясь в потоках, словно змеи переплетаясь между собой в неведомом танце замерзшей в янтаре времени страсти….
Прекрасно…. И тоненькие ручейки Силы струятся по ним, медленно наполняя сутью, словно ветер помогает воздушному змею взлететь. И так тепло и хорошо становится, что и словами не передать! Только на губах расплывается глупая улыбка, и под закрытыми веками пляшет молния, обжигающие искры которой согревают холодную кожу. И всё тело, казалось бы, наполняется этим светом, само становится им, и хочется закричать об этом…
« Разве не чудесно?.... Разве не прекрасно?.... Кисло-сладко…. Сладко - горько.… Как слёзы…. Как печаль…. Как печальные слёзы!» И смех, словно сотни монет звенит в голове. И это заставляет смеяться, чувствовать себя живым и удивляться, какой же нежный голос у эфира. Это женщина, несомненно.… Даже нет, женщина и ребенок. Девочка. Смеются и шепчут тебе на ухо всякие глупости, шутят, и гладят по волосам призрачными руками. И хочется просить их не останавливаться, что вся твоя жизнь может в миг потерять свой смысл, что ты умрешь прямо здесь, если они замолчат. И только невесомые губы скользят по вискам, успокаивая, лаская….И шепчут….шепчут…кричат.…Кричат?!
«СМЕРТЬ»!
Дико, словно неведомая тварь порвала им горло, и их голоса захлебнулись в крови. Словно когти скребутся по тонкому стеклу, скребутся, прорываются, ломают! И перед глазами, закрытыми! глазами всплывает уродливая, пенящаяся морда с узкими красными глазами. И скалит беззубую, но не менее опасную пасть, роняя шипящие капельки слюни на пол. Казалось, тело этого существа полностью заполнило собой комнату и оно стояло так близко, что можно было ощутить жар, исходящий от него, жар адского пламени…
И его смех…. Хриплый, надтреснутый, и безумно довольный. И этот запах…. Черт, словно пережаренное на камнях мясо. И что-то рвется, где-то там, в углу и слышно предсмертный хрип. Тихий, словно умирающий до последнего хотел быть безмолвным.
Исида не знает, как очнутся. Да, точно! Это глупо, это творится не с ним! Нет! Он сейчас сидит в комнате у приятеля! Не там! Не в том доме, где всё пропитано ужасом! Не там, где свирепствует эта тварь….Не там….
«Боишься, малыш? Правильно, бойся. Меня все должны бояться. Но ты мне по душе, я дам тебе возможность убежать. Беги как можно быстрее, и если ты мне не попадешься, у тебя будет возможность уйти нетронутым….» - и горящие голодным огнём глаза, в которых отражается…. Что там? Не видно…. Очнуться… Нужно очнуться!
И он приходит в себя. Хочет вдохнуть, но получается лишь хрип. Из-за пальцев, довольно крепко сжимающими его шею. Оборотень был чертовски спокоен. Даже слишком. А глаза, больше похожие на переспелые вишни, следят за каждой эмоцией на лице. На лице существа, которое судорожно пытается глотнуть воздуха. Повторная попытка ничего не дает, но пальцы немного ослабляют хватку, но делают это так, будто это величайшее одолжение.
-Что…. случилось?
На больше не хватило, ему нужно было только одно - воздух. А голос то жалко звучит, сплошной хрип, как помехи на телефонной линии.
- Нити. Ты забыл.
Смотритель мучительно хмурится, дергается, но рука держит крепко, плюс- бедро зафиксировано коленом. И не сдвинешься, не скинешь. Ясутора и сильнее его, и намного тяжелее. Это не бой на равных, это избиение младенцев. Если сравнивать их как противников, конечно.
-Что…. я забыл?
-Ты не человек. Узлов стало больше.
Уже от этих слов юноша подавился тем самым желанным воздухом. О Боже! Какой же он кретин! Ну, такого просто в мире больше не найти! Узлы, на которых должна была осесть Сила! У людей их шесть, а у вампиров и прочей нечисти восемь! Пропустил, разрешил появиться бреши, и запу…. Минутку! Если были пропущены концентраты, значит, его Нити переплелись с чужими. С Нитями того, кто находился ближе всех. О нет, только не говорите, что….
- Мне жаль.
Два слова. И эти два слова он едва заставил скатиться с языка. Они словно свинцовые шарики столкнулись друг с другом, и укатились куда-то. Но их тяжесть осталась. Вервольф хмурится, ему определенно не нравятся произнесенные слова. Несколько мгновений он тратит на размышление, что могло заставить пожалеть его. Нашел. Вспомнил. И пальцы еще сильнее сдавили многострадальную шею вампира, заставив того дернуть ногой и судорожно прогнуться. А глаза совсем шальные, голубые и почти прозрачные, как вода. Только пузырьков нет….
- Не нужно. Это было давно.
Слишком давно, так давно, что и сны перестали сниться об этом происшествие. Только вот лихорадочно блестящие, но не напуганные, глаза матери иногда привидятся. В Анате. Он ничего не терял, и мать его не умирала. Она рядом, каждый день. Просто зовут иначе.
-Это было…. ужасно. Мне плохо….
И брюнета чуть действительно не тошнит от того, как жалобно звучит его голос. И где-то внутри что-то булькает, пытаясь вырваться наружу. Секунда размышления и пальцы разжимаются, являя свету некрасивые, словно рубцы от верёвки на шее висельника, синяки. Еще немного, и к ним прибавятся налившиеся бордовым кровоподтеки. Юноша встает с перекрученного покрывала только со второго раза и, покачиваясь, бредет в ванную, где около 5 минут плещет холодную воду в лицо, не решаясь посмотреть в зеркало. Он не хочет видеть свои глаза, глаза, в которых так и плещется страх. Настолько концентрированный, что, кажется, еще мгновение и зрачок треснет. Отметины на теле пугают, и заставляют поморщиться. И где, спрашивается, ваша хваленая регенерация?! Почти не болит, конечно, но и проходить не собирается. А всё равно трясет, качает, словно тонкое деревце в бурю, в которой и столетние дубы гнутся. Страх постепенно рассасывается, будто его утянуло в водосток раковины. Только тогда Надзиратель возвращается в комнату.
Теперь одеяло было аккуратно сложено на кресле, а окно плотно закрыто и задернуто шторами. Казалось бы, ничего не могло напомнить о происшествии, кроме…. Самого хозяина этого помещения. Тень вины в его фигуре всё же есть, да и глаза смотрят на свою руку как на чужую. Мол, не его пальцы чуть не сломали другу тонкую шейку.
-Знаешь, Садо-кун, ты меня чуть не убил….
Осторожно сказал Урюу, плавно сползая в свободное кресло, подгибая под себя ноги, будто желая стать еще компактнее.
-Нет.
Короткое слово резануло по нервам, словно отточенная полоска стали. Это стало последней каплей. Кричать было бесполезно, и голос сбился на вполне различимое шипение:
-Да я когда лежал буквально ощущал, как у меня кожа растягивается и вот-вот лопнет! А эти видения и твое отрицание их!!! Да как можно быть таким спокойным?! Их же убили! Твоих родителей! И ты знаешь причину, так почему так спокойно реагируешь?! Разве это не больно?
В конце сбился и принялся растирать горло, ибо там першело и жгло, словно в пустыне. Он не знал, от чего сорвался и зачем устроил это представление, просто…. Люди бояться того, чего не понимают.
- Это было давно, и их не вернуть. Вот почему. И если бы я хотел тебя убить, то просто перегрыз глотку. Так удобнее.
Сказано всё это было с той же отрешенной миной, что и раньше, но…. Голос как-то подозрительно сбивался. Исида непонимающе вскинул голову, и заметил, что у оборотня дрожат руки. Едва заметно, но это явно говорило о пошаливающих нервах. Значит, хваленый пофигизм сдает свои позиции. А ответ заставляет Смотрителя морщиться.
-Перегрызть? Тебе бы пришлось превратиться.
-Не совсем так. Можно было просто трансформировать челюсть. И всё
« И всё» похоже, относилось к жертве удушения. Но, как не странно, Исида не злился. Боялся – да, но не злился. Его привели в сознание как умели, и он благодарен, что тот кошмар оборвался. Да его отец ангел божий по сравнению с этой тварью! Тварью…
-Кто….точнее, что это было? Это ведь не какой-то левый вервольф, верно? Призрак? Демон?
Спрашивает, а сам прячет лицо в ладони, постепенно выравнивая дыхание. Казалось, горячее дыхание до сих пор касается его. Противно и мерзко, оставляя на коже испарину….
-Нет, это «черный пёс».
Но в эти слова лучик не мог поверить. Он довольно неплохо изучал мифологию, поэтому с уверенностью мог сказать, что Черный Пес - Самый известный в мире призрак. Водится в Англии, Ирландии, США, иногда встречается в других европейских странах. Обычно появляется на проезжей части или на обочине дороги. Предупреждает о скорой встрече со смертью.
Говорят, эту собаку безобразную можно обмануть, если три раза плюнуть через левое боковое стекло, вернуться в пункт начала поездки, а потом изменить маршрут таким образом, чтобы объехать место встречи с призраком. Он не может убивать! И уж залазить в дома точно!
-Слушай, я понимаю, тогда ты был напуган и всё такое, но это просто невозможно,- как можно мягче сказал юноша.
-Может. Черный пес всего лишь кличка. На самом деле его зовут Джара (итал. giara).
Пожатие плеч и взгляд как на конченого идиота, каким, собственное, и чувствовал себя парень. Он был достаточно начитан, даже мог поспорить со многими учёными по поводу мифической стороны жизни, но о существе с таким странным именем не слышал ни разу. А ведь должен был, в конце то концов! Загадка, еще один ребус на и так покоцаной дороге его существования. И этот взгляд.…Словно прожигающий в тебе дыры, коверкающий, предвещающий погибель, и довольно скорую. Исида внезапно охнул, когда его схватили за руку и притянули к себе.
-Закрой глаза. Это мои воспоминания. Ты их знать не должен.
Вампир лишь молчал, глядя, как в зрачках напротив вспыхивают желтые огоньки, а воздух загустел от призрака Покрова. Его что, убьют?....