Фандом: Bleach
Автор: sublimeparadigm
Перевод: Kuroi Ichi
Бета: Mero
Пэйринг: Ичиго/Ишида
Рейтинг: NC-17
Примечания: PWP (лично для меня это ПВП == )
Дисклэймер: Блич принадлежит Кубо Тайто, фик - автору.
Комментарии переводчика: фик переводился долго и нудно, я и не догадывался, что это ПВП == да,я тормоз == переводилось к дню рождения Рюичи
"его тело отделилось от мозга" (с)


Это было похоже на электрический разряд. Мягкий, потрескивающий шум движения сотен крошечных пузырей, когда ты открываешь банку Колы. Легкое чувство покалывания на языке, когда делаешь первый глоток. Непрерывный поток молекул, медленно проникающий в кожу через поры, вторгаясь в клетки, заражая кровь. Его рейацу инстинктивно вытянулась, заставляя желудок сжаться, а кости задрожать. Словно мотылек, который тянулся к яркому свету лампочки, только лишь для того, чтобы сгореть.

Не то, чтобы власть Ичиго была ужасна или смертельна. Возможно, она была немного опасна, но вряд ли ее владелец хотел намеренно доставить кому-то неприятности. Хотя, можно было бы много рассказать о специфическом блеске в его глазах, который появлялся всякий раз, когда они были вместе.

Ичиго не сжигал, не царапал, не повреждал. И, действительно, он не управлял. Правдой было то, что он держал все под контролем только тогда, когда был с Исидой, как сейчас, но никогда не принуждал. Он не заставлял, поэтому Исида находился в приятном заблуждении, что он сможет остановиться в любой момент. Урью был не против такой власти.

Его дедушка сказал ему это однажды, много лет назад. В то время он не обратил на это внимания, считая, что это слова, которые старики говорят молодым для того, чтобы казаться мудрее. Теперь он понял, что надо было слушать деда.

Власть всегда развращает.

Его сознание приказывало ему вмешаться, запаниковать, начать сопротивляться.

Если быть честным, то он хотел быть здесь. Здесь, в кровати Ичиго, прижимаясь к его красивому телу. Не существовало никакого другого места, в котором он хотел бы оказаться так сильно. Но эта власть, этот контроль – они раздражали его. Он должен был убедиться, что он не был игрушкой Ичиго, рабом Ичиго, домашним животным Ичиго.

Итак, он сказал ему «нет». «Не сегодня вечером». Они зашли слишком далеко. Они должны были отдохнуть в течение нескольких дней, недели, месяца. Он хотел найти причины для отказа, пусть и только физические. Таким образом, он сказал ему «нет».

Но такой ответ был не принят. Не тот, с какого следовало бы начинать.

Пусть и неуместно, но Исида задавался вопросом, где же Ичиго научился таким уловкам. Вероятно, Куросаки просто подавил его своей физической и той, неудавшейся, духовной. Но он сделал еще что-то. Что-то, о чем Исида не знал.

***

Они не ранили кожу, когда держали его. Не было никакого физического дискомфорта, только духовный, да и тот был незначительный. Напротив, нити приятно щекотали те места, до которых смогли дотронуться, и казалось, что они сводили его с ума низкой статической дрожью духовного давления – удовольствие пробирало до самых костей.

Шелковистая лента обвивала руку, затем дотрагивалась до плеча и чувствительной шеи. Другая протянулась от руки Ичиго, легко коснулась щеки, затем провела по губам, заставляя задыхаться от удовольствия. Приятные ощущения. Нет, не просто приятные, а божественные. У него стояло так, что он мог чувствовать головку своего пульсирующего члена, оставляющего огромное влажное пятно на штанах, несомненно, видимое через его белую одежду.

- Ммм… - Ичиго облизнулся. Он был рад реакции Исиды - его стонам и то и дело приподнимающимся бедрам. «Если бы я знал, что ты хочешь этого, я бы связал тебя давным-давно». Он присел на колени, так, что его лицо оказалось на уровне с бедрами Исиды, и, смотря прямо в глаза партнеру, начал облизывать головку члена через нижнее белье.

- Ааах…Боже… - Исида скулил в бессилии. Его тело, по-видимому, отделилось от мозга. Или, по крайней мере, от гордости. Он не хотел такой ситуации, но, в то же время он желал её так сильно, что ради нее он сделал бы все, что угодно. Зубы Ичиго ласкали его, доставляя невероятные ощущения, и Исида хотел почувствовать их на голом члене, хоть он и знал, что это повредит.

- Сними их.
Он хотел сказать «Отстань» или «Прекрати это», но язык двигался сам по себе. Он захныкал, когда рейацу, стянувшее его руки и бедра, внезапно потянулись к кровати. Ичиго снял с него штаны и нижнее белье прежде, чем мягко опустить Урью на кровать.

То же самое, что и обычно. Короткая и снисходительная прелюдия Ичиго. Исида узнавал это по жаркому дыханию на его бедрах, по мягким губам на его члене, по языку, лениво циркулирующему по его заднице, что доставляло Ичиго наслаждение. Он любил это делать. По крайней мере, это успокаивало роящиеся в его голове странные мысли.

Тот факт, что он не мог прикасаться, в известной степени расстраивало его, но нежное прикосновение духовных нитей Ичиго, ласкавших его, более чем восполняло эту неприятность. Он сжался, когда ленточки добрались до его слабых мест, скорее, чтобы обмануть его, они проскальзывали глубже, достигая более чувствительных частей его тела. Один поток рейацу ласкал грудь, легонько задевая соски, второй обследовал пупок, третий качал в колыбели его уши и шею, четвертый поглаживал член. Исида выгибался от явного, захватывающего дух удовольствия, мерцавшее на его коже, просачивающееся в его дух. Это опьяняло.

Внезапно, одна из нитей сжалась вокруг его шеи, легко ударяя концом по подбородку. Он посмотрел в глаза возбудившемуся Ичиго.

- Ты наслаждаешься этим, неправда ли? – прошептал он с ухмылкой, а затем жадно его поцеловал, Исида ответил, покусывая губы шинигами. Ичиго медлил. Урью закинул ноги на его талию, Куросаки удивился, но затем улыбнулся. Исида начал задыхаться, поскольку нить сжала немного сильнее.

- Будь самим собой. – Ичиго ухмыльнулся и встал, для того, чтобы раздеться. Квинси окинул его голодным взглядом. Он хотел дотронуться пальцами до его груди, почувствовать во рту горячий член. Но, инстинктивно, он боролся против красных лент.

Ичиго улыбнулся и, слегка наклонившись, провел большим пальцем по губам Исиды.

- Не сопротивляйся. Ты же не хочешь навредить себе, не так ли?

Естественно, Урью задергался еще сильнее. Он напрягся, в глазах появился испуг, и возбуждение увеличилось, как и захват нити вокруг шеи, сжатой на грани удушья. Ичиго заметил эту реакцию.

- Ты ведь любишь это, правда? – рука Куросаки была столь же нежна на его шее, как духовные ленты были резки. На мгновение его глаза омрачились сомнением.

- Исида?

Нить ослабилась, и брюнет смог выровнять дыхание.

- Что? – тихо прошептал он, а затем закашлялся.

- Тебе действительно это понравилось?

Исида не знал, что на это ответить. Он был сердитым, смущенным, но нетерпеливым и все-таки невероятно хотевшим этого.

Ичиго лег рядом и стал ласкать тело Урью, и все местечки, которых касались руки шинигами, продолжали ласкать духовные нити. Он провел ладонью по щеке Исиды и требовательно его поцеловал.

- Я собираюсь поиметь тебя. – Прошептал он в рот квинси, посылая дрожь удовольствия прямо в пах. Исида застонал, подался бедрами вверх. Рука Ичиго погладила ягодицы, скользнув пальцем в маленькое отверстие.

- Я собираюсь засунуть свой член в твою горячую небольшую задницу и трахать твой мозг.

Стоны Исиды превратились в беспомощное хныканье и толчки его бедер. Палец Ичиго дразнил. Нити всюду напряглись: вокруг шеи, груди, рук.

- Ты хочешь этого? Хочешь, чтобы я поимел тебя, поглаживая твой член, водя рукой вверх и вниз, пока ты не станешь твердым и послушным, горячим и липким между моими пальцами?

- Боже мой… - Исида стонал, нити Ичиго, беспощадно напрягавшиеся вокруг него, медленно душив его, слова Ичиго, делающие больно, но заставляющие испытывать острую сексуальную потребность. «Пожалуйста» - это было последнее слово, которое он смог сказать. То самое, которое Куросаки больше всего хотел услышать. Нити, все еще шелковистые, сжали его сильнее, держа на грани безумия, лишая возможности говорить. Он подумал, что не может больше дышать, но отдаленное чувство воздуха, заполняющего его легкие, говорило, что это не так.

Затем его ноги были широко раздвинуты, бедра перемещены вниз, колени прижаты к плечам. Ичиго был внутри него. Его тело трясло, как будто он сдерживал себя, и Исида знал, что тот был близок к оргазму, поскольку и сам квинси испытывал то же самое. Он чувствовал себя неопределенно, слабо удовлетворенным, зная, что Ичиго так же беспомощен к удовольствию, как и он сам.


Куросаки двигался резко и с трудом, а Урью заполняла смесь удовольствия и боли.

- П-прости… - голос Ичиго был шатким, как мираж, и именно тогда Исида понял.

Контроль. Власть. Сила. Что же действительно здесь находилось под угрозой? Он осознал, внезапно и четко, что был неправ во всем. Недооценил себя и, что более важно, недооценил Ичиго. С самого начала единственная вещь, над которой они имели власть и контроль, был их собственный выбор.

- Ичиго… - выпалил он между выдохами, сдерживающими его здравомыслие, - Ичиго, подожди…

Сопротивление не последовало. Куросаки ждал.

Исида накапливал силы, чтобы поднять голову, чтобы изучить глаза Ичиго. Теперь он не был уверен в своих словах или действиях. Бог знает, что Урью не хотел, чтобы Ичиго останавливался, но теперь уже было поздно.

- Поцелуй меня… - он искал себе оправдание.

Шинигами застонал, когда их губы соединились, Исида застонал в ответ, поскольку Ичиго продолжал трахать его, то медленно, то быстро, так, как они оба любили это. Рука Куросаки гладила его все время, вверх и вниз, медленно, стирая любую боль и заменяя ее срывавшим крышу удовольствие.

Оргазм Исиды был настолько ярким и резким, что он прикусил Ичиго язык. Тот издал несколько удовлетворенных звуков, поскольку его бедра вжимались в любовника яростно, неудержимо, и он беспомощно прокричал что-то в шею Урью.

Нити духа распались наряду с духовной энергией, иссушаемой из него интенсивным истощением. Он упал на квинси, втайне надеясь, что тот не оттолкнет его, не разозлится и не сбежит, теперь свободный в движениях.

К счастью, немного оцепеневшие руки Исиды нежно гладили его по спине. Куросаки прижался к парню, сорвав с губ того маленькую улыбку.

- Все шинигами так приятны после секса? – Урью усмехнулся.

- Заткнись. – Прорычал Ичиго без особого энтузиазма, затем, передумав, поцеловал партнера в ключицу, надеясь извинится этим действием за свое неподобающее поведение.

- Где ты научился этому?

Рыжий парень напрягся. «Фактически, я импровизировал.»

Исида усмехнулся, не поверив.

- Но это правда!!

- Тогда научишь меня? И могу ли я связать тебя в следующий раз?

Немедленная реакция Ичиго должна была означать «нет», но внезапное движение определенного органа по бедру Исиды, заставило бы его ответ казаться довольно глупым.

КОНЕЦ .