Говорят, что кокетство, а точнее умение быть женщиной, передается от матери к дочери. И если цепочка разорвана, то приходится начинать постигать эту науку с самого начала. К этому стихотворению было множество комментариев, но от их копирования я решила воздержаться. Мария Ватутина Всем! Всем! Всем! Девочка наша стала ходить в бассейн! - Растрясись, толстожопая, растрясись, - разрешила мать. И давай ее собирать. Положила ей полотенчико, приговаривая: «Ничего! Я тебя еще младенчиком заворачивала в него». Положила вьетнамки, подстилку и мыло, шапку, купальник свой. Говорит: «Чтоб совсем не стала дебилкою, не ходи с сырой головой». И пошла наша девочка да вразвалочку, с сумкой толстою на ремне. И пришла она в раздевалочку, и сидит себе в тишине. Вдруг заходят четыре девочки, словно ангелы во плоти. Наша смотрит во все гляделочки, хочет даже уйти: - Дал же бог очертания, - думает, - разве снимешь при них белье?! У меня трусы «до свидания, молодость», и грудь отродясь не стояла, горе мое. А те всплескивают космами, руками взмахивают, прыгают на одной ноге. А у девочки нашей весь баул в чесноке. - Возись потом с тобой, - говорила мать, - принесешь заразу, а то и грипп. А чеснок отбивает. Она проветривала по дороге, но дух прилип. О, как же они прекрасны, нагие, невидящие ее в упор. Она снимает колготки, не снимая юбки, потом головной убор, Влезает в купальник по пояс, потом снимает юбку, потом сквозь рукава Вытягивает лифчик. Поднимает купальник на грудь, снимает кофточку. Какова! Через час они одеваются, возвратившись из душевой. Ага! Говорила мама: не ходи с сырой головой. Вот сидит наша девочка под сушилкой, смотрит, как брызгаясь и блажа, Эти грации с голубыми жилками, достают средства девичьего вийзажА, Говорят слова прекрасные: Буржуа, Сен-Лоран, Клема…. Она уходит сразу в свою комнату. Мать приходит сама. Что, поплавала? что угрюмая? что назавтра задали? что молчишь? А она, наша девочка, сидит, как мышь. Смотрит точками, плачет строчками, запятыми молчит. А потом говорит. Вот ты мама, мама, где твои штучки женские, ручки бархатные, аромат на висок, Ножки бритые, ногти крашены, губы в блеске, каблучки цок-цок. Из-за этого твоего невежества, из-за этого мужества, из-за всей твоей изнутри И я вот такая неженственная, не отличу Пани Валевску от Красной Зари. Не умела сказать, наша девочка, что в условиях нелюбви Человек сам себя не любит, и любить-то бывает нечего – не завезли. Не возлелеяли, не согрели, не счистили скорлупу до белка, до любви. Девочка, ты наша девочка, нелюбимая наша девочка, плыви, плыви.

Оригинал