И беден ты, мой брат,
Как мышь церковная.                               
Тебя не кормит автомат.
Вся жизнь твоя,- война греховная…

            
И, каково там, лет твоих на склонах
Церковной мышью быть? При дембельских погонах?
 
Нет, я богат, мой брат,
А жизнь моя, -толковая!
И мне дороже во сто крат
Россия, не мошна твоя зеленая…

                         
Ведь православных лет моих на склонах
Я с Родиной моей, при чести и в погонах!!!

          Евгений Бородовицын /Baybeg/

Была, не помню где, на заре новой эры страна Ишахия. И процветал там подпольный тотализатор для богатых клиентов. Для тогдашних богачей организовывали ишачьи бега и ишачьи бои. От команды организаторов в них участвовали ишахи «Джон», «Кузя», «Мамед» и «Вачик». Можно было заявить своего ишаха- за отдельную плату. Ставки делались, по тем временам, космические! Проигрывались бешеные деньги и чужие ишачьи жизни.

Жили все ишахи на общей конюшне с вечно протекающей крышей, ишачили за две охапки сена в день, а за участие в тотализаторе можно было заработать еще и миску зерна… Кроме наших героев подпольный бизнес содержал еще за свой счет ишачку «Розу» и ишаха «Мойшу»,- они были на привилегированном положении. От соломы и зерна брезгливо отворачивали морды. «Производство» и кормило, и поило их досыта. «Роза» занималась сексом с любителями зоофилии. А «Мойша», обладая большими способностями и ловкостью, был исполнительным директором всего бизнеса.

 2.000 лет прошло! Были смены династий, завоевания, возникновение и крах великих империй. А что поменялось-то на белом свете в жизни простых ишахов? Все та же  надежда на светлое будущее. Все тот же криминал. «Джон», «Кузя», «Мамед» и «Вачик» все так же ишачат за пару охапок сена в день, а за миску зерна все так же нужно как следует побегать или поставить на кон свою жизнь. «Роза» ходит на панель. «Мойша» ворочает крутым бизнесом. Да все так же протекает крыша на верхних этажах в стойлах…

                  Евгений Бородовицын /Bybeg/

            

Вечный вопрос! Каких только приманок не изобретало рыбацкое сообщество. В магазинах их ноне тьма-тьмущая. И виляющих, и прыгающих, и с подсветкой, и с сигнализацией, и с электронным сопровождением…тьфу!

Послушайте совета рыбака со стажем, не пожалеете! Было это в Малых Корелах, под Архангельском, на берегу лесной речки Уемлянки. Шел уже домой вдоль реки, без улова. Какие только блесенки ни пробовал- ни одного выхода щучки, ни одного приличного окушка…Только одна радость и была,- от общения с природой!
Повстречался мне дед. Смотрю, ловит кривой многоколенной бамбуковой удочкой с маленькой катушкой, а вместо блесны- белая тряпочка на двойничке…

Подошел, поздоровался, присмотрелся. Смотрю,- дед уже тянет травяночку прямо через камыши, и крючки за траву не цепляются…
Дела…И в рюкзаке уже килограммов 10 рыбки у него. Тут мой рыболов присел отдохнуть. Я его угостил сигареткой и предложил чайку из термоса. Предложение было с благодарностью принято. Разговорились. Дедушка показал свою «блесенку», я удивился гениальности его изобретения.

В двойничок заводится белая ленточка шириной 1,5-2 и длинной 5-6см. Завязывается в кольце простым узелком. Натянутые ленточки по очереди прокалываются крючками два раза, жала крючков оказываются под натянутыми ленточками и препятствуют их зацепу за траву, свободные концы ленточек создают необходимый шлейф. Добрый дедушка подарил мне тут же «запаску». Я, конечно, не утерпел и, пока мой новый товарищ, Митрич, чаевничал, прошелся туда-сюда по бережку, утяжелив двойничок грузиком. Пять минут и травяночка килограмма на полтора уже у меня в руках! Вот это фокус!

Но полный отпад у меня случился, когда Митрич мне рассказал «свой главный секрет». Ленточка-то была не простая, а с женским духом, из старых «панталончиков» его старухи! Чисто х/б ткань безо всякой синтетики. Во как! И другой никакой материал не годится, только из трусиков, только из женских и только из ношеных. Только тогда блесенка и имеет свою «силу»!

Вы можете, конечно, посмеяться над моей байкой. А можете и попробовать. Хорошо работает на любом водоеме, на любой глубине, при ловле любого хищника. Только подбирайте соответствующие ленточки, двойнички и грузики. Акулы даже хорошо берут у берегов Австралии!

Не верите,- поезжайте на берег любого моря-океана, найдите подходящую аборигеночку, садитесь с нею на яхту, режьте ее трусики на ленточки и ловите себе в удовольствие,  на «свежачка"! По системе Митрича!!! 

А наткнется коли супруга Ваша в машине на предмет дамского белья инородного происхождения, ссылайтесь смело на мой рассказ!

ЕВГ. БОРОДОВИЦЫН /BAYBEG/

«Охотники на привале»


Для этой картины В.Г.Перову позируют его друзья: владелец художественной галереи Кувшинников (увлеченно рассказывает байку), доктор Бессонов (подсмеивается) и член Московской городской управы Нагорнов (внимательно слушает). Есть что-то тревожное в природе. Приближается гроза. Природа противопоставляется беззаботным охотникам. В картине гениально соединены анекдотический сюжет и драматический пейзаж. Тема разговора осталась для современников Перова загадкой. Но не для нас с Вами, дорогой читатель! А говорят они о том же, что и все на свете мужики в таких случаях,- о работе и женщинах. Да рассказывают байки из своей жизни. Некоторые из них мы и предлагаем послушать вместе с нашими героями-современниками (меценат, врач и думовец, соответствен-но).


Охотники и лицедеи (от мецената)


Это были…два лицедея, а как еще их назовешь – тех, для кого рыбалка и охота – та же пьянка, только в сапогах. Звенят только. Как бубенцы на кло-унах. Браконьерили они на территории огромного, в семьдесят гектаров, ан-тенного поля одного из соединений под Архангельском. Территория относи-лась к военному ведомству, была огорожена почти сгнившей колючей прово-локой и когда-то даже охранялась специально назначаемыми патрулями. Егеря это место не посещали, оставляя соблюдение Закона на совести воен-ных. И даже тогда, когда из зоны были слышны выстрелы – все списывалось на жизнедеятельность войск. На то, мол, она и армия, чтобы постреливать и попиливать иногда…
Этим наши друзья и пользовались, грешили: приглашали с собою девочек, стреляли в птичек и другую божью тварь из ружьишек, выпивали, закусыва-ли под копенками на заветных полянках, в общем, «культурно отдыхали» в закрытой зоне.
Прижился на антенном поле и старый медведь. «Хозяин антенки» - ласко-во, за глаза, называли его за мирный, покладистый и беззлобный характер люди в погонах. Не обижали старика, да и он пообвыкся, потихоньку дожи-вая свой век. Подкармливался, иногда копался в мусорных контейнерах, да и много ли ему уже надо было. Не трогали, да и ладно.
А как-то зимой потянуло наших героев на «подвиги». Решили добыть на-стоящий охотничий трофей, хотя и не нужен он им был по большому счету. Так, расхорохорились по пьяному делу. Сказано – сделано. Прихватили с со-бой солдатика в помощники, поздоровее, и пошли.
Шли, а в душе каждый надеялся, что закончится все обыкновенной про-гулкой в лес. Не закончилось. Спирта много с собой оказалось. Пара прива-лов на морозце под нехилую чарку сделали свое дело. Взыграло животное начало – решили медведя брать. Берлогу знали все.
Встали по номерам – номер первый, номер второй. Помощника с колом величиной в пол-сосны послали поднимать медведя. Изготовились к стрель-бе. Мишка выскочил неожиданно, не понимая спросонок, что к чему. Солда-тик побежал, уходя с линии огня. Номер первый отстрелялся дуплетом – ра-нил! Номер второй забыл, по-пьянке, снять ружье с предохранителя. От рева зверя даже у фляжки со спиртом захрипело что-то в горлышке. Оба номера уронили ружья и бросились наутек. Медведь было следом,но «помощничек» слегка приложил его колом, вполсилы, и косолапый шариком покатился прочь. Да, не перевились богатыри-то еще на Святой Руси!!! Спаситель по-бежал ловить охотников, пока не разбежались и не заблудились…Споткнулся о второго номера, навалился на него, вдавливая в снег. Оконфузившегося на огневом рубеже номерного, принявшего за медведя одетого в постовой ове-чий тулуп солдатика, охватил ужас: «Это не я! Это не я стрелял!» - вопил он, моля о пощаде. Мишка в это время давал деру в противоположном направле-нии.
Приступ медвежьей болезни, вопреки обыкновению, поразил не самого медведя, а лицедеев. У других участников трагикомедии толи нервы оказа-лись покрепче, толи нечем было на пустой-то желудок. Да…
Разобравшись, успокоились. Договорились не вспоминать случившегося. Да, видать, дембель перед отъездом в Ростов-батю не выдержал, проболтал-ся. История получила огласку. Народ за глаза надсмехался, жалел мишку.
Медведь же после «баталии» разрыл снег под корнями упавшего дерева и зализывал рану. Ждал, когда его привалит снегом. То ли от боли, то ли от обиды из глаз старика катились слезы и, смешиваясь со снегом, застывали на морде. От раны он слабел, его тянуло в сон.
Снег спешил, постепенно заметал горемыку, как бы жалея и укрывая его. Не успел. В природе уже были приведены в действие Законы «альфы и оме-ги», начала и конца, разделяющие мир на живое и мертвое. Подошли охотни-ки. Вожак вчитался в следы, безошибочно погнал оголодавшую стаю за со-бой в ночную тьму. Налетели дружно, с ходу. Опытные клыки прихватили лапы, рванули горло…
В последние секунды жизни «Хозяин антенки» благодарил судьбу за то, что давала ему возможность умереть не на «ночном горшке» в теплой берло-ге от стариковской немощи и хвори, не среди дерьма предавших его клоунов, которых лично давно знал и узнавал по запаху, а под ударами клыков сво-бодной стаи Охотников, в честном и открытом бою смертью воина. Пораду-емся и мы, Мужики, вместе с ним его маленькому медвежьему счастью, по-завидуем.Что тут можно сказать-то еще… На все Божья Воля!



Ромео и Джульетта (от думовца)



В 60-е годы в городах Союза началась застройка микрорайонов хрущев-ками и предприятиями соцкультбыта, люди получали гарантированную рабо-ту, жилье и уверенность в будущем. Но не об этом разговор. А о любви. И не только к женщине или ближнему своему. А и о любви человека, созданного Творцом по образу и подобию своему, к природе нас окружающей, его ответ-ственности перед Господом за каждую божью тварь, живущую на земле. И да возлюбит все живое человека, как представителя Бога на земле, преданной, пусть порою и безответной, но высокой и чистой любовью. И установится Мир и благоденствие, и исполнится Завет Божий на земле, и осветит мир Ра-дуга!
В Воронеже на Минской, в том месте, где планировалось строительство одной из пятиэтажек, оказалось природное озеро на ключах. Даже приличные караси водились. Начинали его засыпать, да так и не смогли: ключи били в этом месте, техника увязала. Были и тогда умные головы – «окультурили» озерцо, обсадили ивами, поставили скамейки. Красота получилась. Для большего шарма запустили в озеро белых лебедей, в середине им поставили веселый домик, - «хрущевку лебяжью», - шутили мужики, лепота.…
Весь район там отдыхал. Днем с детишками, ночью с девочками дружи-ли. И все подкармливали лебедей. Угощение принималось прямо из рук, да-же гладить себя детишкам позволяли. Ни у одного хулигана рука не подни-малась их обидеть. Зимовали лебеди в мини зверинце около стадиона «Энер-гия», там и подрезали им крылья каждый сезон, чтобы не улетели.
Один раз то ли забыли, то ли отнеслись с халатностью, только встал ле-бедь на крыло. Взмыл в небо, закурлыкал от счастья, захлебываясь восторгом от власти над воздушной стихией, от беспредельности открывшихся его взгляду с птичьего полета горизонтов, от красоты белого света и всего суще-го.
Долго летать не мог, слаб был еще, крыльям нужна была тренировка. Устроился на крыше 111-го завода. Отдохнул, пришел в себя от нахлынув-ших эмоций. Вспомнил о лебедушке, для которой с потерей любимого на-ступил конец лебединому счастью и пришло отчаяние. Вернулся к вечеру домой. Она так и прилипла к нему, склонила головушку. Обнялись шейками, лаская друг - дружку….
Молва о случившемся молниеносно разнеслась по району. Женщины и дети постарше плакали. Лебеди перестали принимать пищу. Каждый день Ромео кружил над озером. Садился, показывал пример как взлетать. «Это же совсем не трудно», - как бы увещевал он ее. Она била лапками о воду, моло-тила изувеченными крыльями воздух, - без результата.
И так шел день за днем. Дошло до Райкома партии. Приехали с сетями из зверинца, изловить возмутителя общественного порядка. Но не тут то бы-ло, налетели бдительные бабки и дедки, кинулись в драку защищать лебедей. Политическая обстановка накалялась. Вот-вот дело до организованных акций протеста могло дойти. Секретаря райкома партии вызывали на «партъячей-ку» в горком разбирать за упущения в партийно-политической работе среди местного населения. И смех, и грех, а кому и неприятности на работе.
История завершилась неожиданным образом. С верхнего этажа одной из прилегающих пятиэтажек, мимо которой курсировал Ромео, однажды по ве-черу раздался выстрел из охотничьего ружья. Ромео рухнул в озеро. Мили-ция тут же задержала стрелка. Им оказался молодой парень. На дознании он показал, что выстрелил под «галюниками», по пьянке, - испугался большой птицы. Вроде его даже судить собирались. Но как-то шум утих сам по себе. Власти замяли: наркомании-то и пьянства у нас не было тогда еще офици-ально. Впрочем, как и проституции.
Джульетте посадили другого лебедя. Почему-то черного,- второпях на-верно. Не приняла она его, не пускала в домик. Дрались. Плавали в разных концах озера. Пришлось даже перестроить им домик на два выхода. Потом ошибку исправили, в озере появились две пары лебедей. Белые и черные. Об-становка потихоньку начала нормализовываться.
А сейчас там даже лебедей нет. Сначала погибли караси, потом оно за-цвело травой, затянулось ряской и начало попахивать гнилью. «Так бог нака-зал людей за отношение к природе, их окружающей!» Да и город все-таки. Замусорили. Засорили нефтепродуктами из окружающей среды. Потом нача-лась перестройка, и всем стало вообще не до экологии из-за отсутствия средств на поддержание Жизни…. Наступила эра наживы, всевластия денег. И все пошло на самотек, по законам «джунглей». Девки «официально» вышли на панель, пацаны подались в организованные группы. Какая тут, на фиг, любовь к ближнему, не до нее стало человеку. Какая уж тут экология души и забота об окружающей среде!


Макуха (от доктора)


Приехал я как-то к моему знакомому егерю на рыбалку. Места заповед-нейшие и по красоте своей неописуемые. Куда же без рыбалки-то, на безвет-ренной глади лесного озера, да на веселый поплавочек. Сказка в картинках!
Егорыч был уже в преклонном возрасте, посвятил охране и защите природы всю свою жизнь и славился неподкупностью и принципиальностью. Продолжал трудиться, не представлял себе жизни без любимой работы. Егерь, что тут говорить. До мозга костей!
Отвел он меня на место лова. Показал, рассказал о повадках местной рыбы. Рыбаки знают, что клев – дело непредсказуемое. Вроде и все условия благоприятствуют, ан нет! «Ни рыбы, ни чешуи!» На такой случай напоследок сказал: «Не будет клевать, - постучи палкой вот по этому пеньку». Не придав значения его словам, я быстренько приготовил две удоч-ки и спиннинг, от нетерпения путаясь в снастях.
Наконец, поплавочки – на воде, спиннинг – в действии. Проходит час, другой, третий пошел! Облом полный. Рыбы как нету в озере. Перепробовал все. Вспомнил под конец совет Егорыча. Улыбнулся. Вы же знаете, я человек больше светский, в суеверия и чертовщину не верю. Доверяю больше «скальпелю» и научным знаниям… Да дай, думаю, попробую. Егорыч же сказал! Егерь, он и в Африке Егерь! Подошел к пеньку. Увесистая палка ря-дом, искать не надо. Стучу. Сам над собою смеюсь, укатываюсь. Смехом и подавился. Услышал сзади характерный шорох, оглянулся и обмер. Удочка в озеро поехала, поплавка как не было вовсе. На вторую – тоже клюет! Мать честная!
Залетел, как был, в воду, - спасать удочку. Тут вторая поехала. Руки за-тряслись, ударная доза адреналина ударила в кровь! Убрал добычу в садок. Сел на пенек, успокоился. Решил, не забрасывая удочек, попробовать на спиннинг. Вскоре пара щучек, «травянок», и пяток приличных окуней по-полнили садок. Да…! Чудеса, да и только. Сел опять на пенек, закурил. Вспомнил совет дяди Егора: «Никогда не жадничай!» Под этим лозунгом и продолжил. Наловился всласть. Себе оставил рыбки на уху нам. Не забыл и про кота Василия.
С тем и вернулся в избушку. Под наваристую ушицу и положенные к ней сто грамм давай выведывать у егеря его «великую тайну». Тот посмеи-вался только, по-стариковски, ехидно так… и молчал как «рыба об лед»! А меня любопытство разобрало так, что я ему даже свой заветный «телескоп» предложил в обмен на «тайну»! «На, забери свою цацку, - вернул он мне по-дарок назад. Молодой ты ишшо! Заядлый. Но дурной! И никакой я не ведун. А пенек… Я об его макуху разбиваю, когда место прикармливаю. Вот рыба как услышит «кожей» знакомую «мелодию», так и собирается на «обед». А за ней и щука с окунем подходят… Дохтур мне, тоже, - под конец съязвил он». Вот перец, мухомор ядовитый, - обиделся я. И покраснел. Крыть-то нечем.


Минтай в лунке (от доктора)


Даже школяр знает, что минтай бывает или в море, или в консервной банке. Но никак не в лунке на зимней рыбалке в средней полосе России. Но, «не верь глазам своим», верьте тому, что я хочу Вам рассказать.
Как-то решили мы с Тимохой сделать перед 8 Марта женам подарок и позвали их в лес, на озеро. Пообщаться с природой. Отдохнуть и отведать рыбацкой ушицы. Поняли чтоб, че такое уха и чем она отличается от рыбно-го супа! Погода на выходные выдалась расчудесная. Воздух дышал весною. В лесу – сказка по мотивам Баженова! Женщины «клюнули» и мы, прихватив детишек, отправились «на природу». Тима, на всякий случай, чтобы не опро-стоволоситься перед «домашними пилорамами», выступающими в качестве таковых во время сборов на охоту или рыбалку, прихватил с собой кило два-три рыбки мороженной, - для ухи. Если с клевом облом выйдет.
Все складывалось, как мы задумали. Глаза женщин и детей были полны счастьем. Природа не подкачала, - предстала во всей своей красе. По лесу разносился звонкий веселый смех. Все говорило за то, что наша идея пре-красно воплотилась. Более шикарного подарка и не придумать, посмеивались мы, довольные сами собой. Рыба подвела. Клева – ни у кого на озере не бы-ло. И тут, из озорства, Тимофей достал минтайчика. Разложил рядом с собой кучкой. Одного хорошенько насадил на крючочек, привязал петлей, чтоб не сорвался, и давай имитировать не просто клев, а жор рыбы. Рыбаки окрест, заметив характерные жесты, начали, инстинктивно, подтягиваться к удачли-вому месту. Видя женщин и детей, слишком близко не подходили, из дели-катности. (Обычно, не подходят ближе, чем длина двух ледобуров, по непи-санным правилам зимней рыбалки). На этот раз ребята «не наглели». Видя, что клев есть, утюжили озеро. Обсверлили все. Устали, сдались! Естествен-но, у них опять ничего.
А Тимоша все «таскает», - одну за другой…. Наконец у мужиков терпе-ние лопнуло. И двое, постарше, отправились в разведку, без удочек, - в знак мирных намерений. Подошли, поздоровались. Похвалили улов. А сами при-сматриваются, что за рыба такая, странная. Сошлись на том, что мутанты ка-кие-то завелись в озере. Наконец самый пытливый обнаружил минтайчика, не только чистенько выпотрошенного, но и с прилипшей этикеткой, - уни-версам «*….», минтай, 1кг - ***. «Пытливый» прихватил минтайчика, затру-сил к друзьям-товарищам, местным рыбакам.
Мы с Тимошей сразу поняли, что щас нас будут бить. Решают только, вот чем. Кулаками или ледобурами. Сдержал пыл «пытливый». «Ребята, так они это для того, чтобы баб и детишек повеселить. Не видите что ли, с семь-ями они!». Мужики увидели, первый порыв угас вроде. Злость ушла и мест-ные сели неподалеку закусить чем Бог послал и выпить по «единой», кото-рой, как известно, никогда конца нету на Руси!
Женщин не обманешь. Шестое чувство им подсказывало, что пора и нам всем домой,- пока местные ребята не передумали после седьмой «единой». Дружно проголосовали за отказ от ухи. Обошлись бутербродиками и чаем из термоса. А рыбу оставили у лунки. Не тащить же обратно. Впечатлений от похода на природу было предостаточно у всех! Мы же с Тимошей по про-щальным тяжелым взглядам «аборигенов» поняли, что нас запомнили. И сделали для себя однозначный вывод,- нам без «сопровождения» путь сюда надолго теперь заказан. В другой раз точно накостыляют!


Учитесь политесу, мужики! (от мецената)

А вот случилась со мной невероятная история. И где? В Ростове-Бате! Послали меня, короче!!! Здесь и раньше-то редко даже грубое слово услы-шать можно было. Вокруг только литературный язык. А уж сейчас... Да на фоне экономического кризиса, ненормативную лексику позабывали почти всю. Послушать хоть, что это такое, прям негде стало приличному человеку! И кто послал-то? – жена родная. С филологическим высшим образованием! Витиевато как загнет: « А не пойти ли тебе, - говорит, - прогуляться на хутор бабочек половить, если больше заняться нечем». С другим набором лексиче-ских единиц, правда…
Ну, я не привык отказывать жене, когда обращалась с просьбами, тем более, тут такая мелочь. В дорогу собираться – даже домашних тапочек сни-мать не надо. Развернулся и пошел себе по адресу, в чем был. Тем более и самому мне интересно стало. Сколько раз была возможность сходить, да все некогда – то одно, то другое. Так всегда в жизни бывает. Дай, думаю, прой-дусь, в самом деле. Так вот помрешь и не узнаешь, что к чему.
Ага…. Вернулся, сижу, футбол по телеку смотрю. А у женушки на-строение поменялось уже. Крутится вокруг меня, ждет, когда я с ней сам раз-говор начну. Никак не придумает, как ей из ситуации выпутаться. Тем более – «наши» гол забили! Мне совсем не до нее стало. «Ну, как, сходил,- нако-нец нашлась она, - далеко топать-то пришлось? А я, дуреха, даже тебе в до-рогу ничего собрать не сообразила. Пойдем на кухню, - говорит, как бы из-виняясь и подлизываясь одновременно, - я там тебе твоих любимых пирож-ков напекла, с яблоками…». А я хоть и мелкий предприниматель по жизни-то, но политесу от нее нахватался – 30 лет вместе живем, как ни как. «Да ни-чего, солнышко, – в тон ей парирую я, – сущие пустяки. Не стоило и беспо-коиться». А сам прямиком на кухню. Люблю ее пирожки, сил нет!
Тем же, кто в том месте, куда я ходил, ни разу не был, могу в двух сло-вах рассказать, а подробности при личном посещении узнаете, что выглядит оно как большое футбольное поле, только огромных размеров. Конца края не видать. На одной половине те, кого послали на хутор, на второй, – кого по-слали по иному адресу, на другую половину поля в противоположном на-правлении… Единой формы у игроков нету, все – кого в чем послали, и мужчины и женщины, а кто и ни в чем, прям, как послали, так и явился. И смех, и грех!
Сразу и не определишь, на какой ты половине, и в какие ворота мяч пи-нать. Половина поля, куда я попал, правда, не хутор называется на самом де-ле. Не помню как, на старости лет. Раньше я всю лексику знал и адреса, назу-бок. Надо жену спросить. Ей по молодости на этот стадион частенько прихо-дилось бегать. По несколько раз на дню отсылал ее туда. Должна помнить. У нее память хорошая, не то, что у меня. Склероз шестой степени. Обниму ее ночью, и забуду зачем. Лежу, вспоминаю. А она, умница, обязательно на-помнит…
Так что, мужики, один мне вам совет. Учитесь политесу смолоду, не гоняйте жен по адресам, чтобы самого туда не послали на старости лет. И пусть она, ваша милая, будет всегда под рукой, это лучшее в мире лекарство от склероза, изобретенное человеком! И будет вам счастье…



Трещотка (от думовца)

Охота и рыбалка в цивилизованном обществе – это не промысел. Это со-стояние души человека, получающего огромное удовольствие от общения с природой и миром, в который нас поместил Всевышний, дав неограничен-ную власть над ним. Живи и радуйся. Не нарушай заповеди Его. Господь многое дал человеку, но и спрос за содеянное будет очень строг. Не хотят понимать этого многие.
От рыбалки уже ждать было нечего и компания развела костерок, «заря-дила» чайничек и перешла к разговорам и пересказам охотничьих баек. От-дыхали. Только Семену все «свербило». Бегал туда – сюда с удочкой по озе-ру. Искал «клеевое» местечко, где у него будет, а у других нет. Ох, жадность человеческая. А за грехи надо расплачиваться. Вот и решили устроить с без-обидную шутку, которая чуть не закончилась еще одним грехом, еще более тяжким.
Забыла компания, что общение с природой обостряет животные ин-стинкты и пороки человеческие, подспудно сидящие в нас в повседневной жизни.
А начиналось все весело. Решили подшутить. Егор достал из походного рюкзачка запасную катушку с трещеткой, спрятал. Дождались, когда Семен с удочкой отошел от своего спиннинга с прицепленной кормушкой. И обо-значили мощную поклевку. В «боевом» состоянии оставался один спиннинг, и Семен им секунды не сомневался, у кого клюнуло. Бросает свою удочку и летит к спиннингу. Подсекает, тянет, глаза горят, руки трясутся. Вытягивает – пусто. «Сошла,- сокрушается Сема». Поправляет и обновляет наживку, за-брасывает по-новой и возвращается к брошенной удочке. Посматривает за спиннингом. Только он отвлек внимание на поплавок, трещетка запускается в действие. Семен опять рвет когти к спиннингу. Опять пусто. Мы укатыва-емся втихаря.
Решаем усложнить правила игры. Нашли пластиковую пластинку вели-чиной с половинку бумажной страницы для печати, написали фломастером на ней обращение: «Семен, хватит бегать, давай к костерку. Пора и по чарке пригубить. Клева все равно нету!!!» Дождались, когда Семен отойдет по-дальше, заменяем кормушку с поводками на «письмо», тихонько забрасыва-ем.
Трещетка: «Тррр, тррр, тррр.» Сема, как угорелый, летит к своей снасти. Подсекает, тянет, пластинка в воде «играет», гнет спиннинг в дугу!!! Мы, уже в открытую, помираем со смеху. Семен достает дощечку с письмом. Чи-тает. Егор показывает ему катушку, крутит…
Другой бы посмеялся вместе со всеми, но не Семен. Прорвался у него животный инстинкт. Всего его захлестнула волна ярости. Выдернув из воды вросший уже в илистое дно громадный кол, который давно использовали для подставки под удочки и спиннинги, он бросился на товарища, направив на него всю злость. Егор,- бежать с перепугу. Сема за ним. Откуда прыть взя-лась,- оббежали вокруг озера и не запыхались даже. Остановили обоих. Разо-ружили Семена. Посадили к костру. Налили по «единой», чтобы окончатель-но снять стресс. Успокоились все. Но рыбалка была испорчена. Зло и жад-ность несовместимы с состоянием души человека на природе.
В нашем коллективе Семена больше не было, но неприятные воспоми-нания остались надолго.



Рамонь

Прежде, чем перейти к очередному рассказу, необходима историче-ская справка, без которой сам текст будет совершенно непонятен большинст-ву читателей. Излагаю все устами героев с моими личными комментариями. Повествование следует воспринимать как очередную «байку», а с подробно-стями можно ознакомиться в Интернете по соответствующим ссылкам. Да простят меня историки и филологи…
Слово Рамонь ( Рамень, см. Википедию) происходит из языка эрзя ( го-сударственный язык Мордовии, угро-финская семья языков) и переводится как «я Ра». Распространенное название деревень и сел в лесной зоне евро-пейской части России. Племена эрзя распространились на восток через сла-вянские земли до территории Венгрии и Скандинавии. Поклонялись Богу Ра. Отсюда и пошло название самой России. Ра се я! Эрзя древнее Киевской Ру-си. Боевой клич русских «у-ра» пришел к нам из эрзянского языка. Широко шагала Мордва!
Рамонь находится в 40 км севернее Воронежа. Название областного цен-тра происходит не от общепризнанного, механического, соединения слов во-рон и еж, а от слова воронжец (ворожба). Область,- известный мировой центр магии и знахарства. Крупнейшая аномальная зона. Знаю не по наслышке,- моя бабушка по отцу родом из Пчельников, а вся родня сейчас проживает в Ступино (не путать с одноименным городом). Оба поселения находятся ря-дом, в пяти верстах от Рамони. Сегодня это деревни, а раньше там стояли церкви, стало быть были они когда-то селами.

Егерь Трифон (от мецената).

Вот тут доктор рассказывал уже про егеря Егорыча. Хотел бы поведать вам другую, прямо-таки мистическую историю, в которую очень трудно по-верить.
Был я как-то в гостях у своего дальнего родственника дяди Трифона. Жил он в Пчельниках. Вокруг леса. Своей земли у селян не было и испокон века их кормил лес и пасеки. Отсюда и название. Домик его стоял у самой опушки, огород переходил в густые заросли терновника. Не дом, а овощи, ягоды и мед в одном «флаконе». Да коровка своя, да птичка домашняя, да да-ры леса: дикие яблоки и груши, ежевика, земляника, костяника, ежевика, тё-рен. Грибочки, боровая и полевая птичка, зайчики, дикие кабанчики и лоси. На стол всегда было чего подать поесть и выпить-закусить. Не погребец, а скатерть-самобранка! Шубейка и сапожки из бобра. Лошадка верховая.
Жил он с тетей Дусей вдвоем,- детей им господь не дал, всегда сторони-лись людей почему-то, а потому принимали меня всегда как родного сына, радовались каждому моему приезду.
Трудился дядя Триша егерем в местном заповеднике. И вот зашел у нас как-то разговор о наездах на его «владения» алигархов и начальства всех мас-тей. «Да, беда была с этим»,- признался егерь.
Вот, зачастил в свое время ко мне один секретарь райкома партии с ком-сомолочками. Пьянка и разврат. А куда денешься,- начальство… Да ладно бы только это! Повадились стрелять зверей на кормовых базах, где я им ка-менной соли подкладывал и подкармливал в голодное время зимой, учет вел. Со смотровой вышки повадились стрелять зверюшек, почти в упор! А они ж меня лично все знали, доверяли, волки не трогали. Приходилось,- ночевал с ними в яру рядом с логовом, с одним топором за поясом.
А помогла мне легенда о Рамонском замке, рассказал ее «гостям», при-гласил посетить в лесу памятник волку ночью. Они же атеисты,- в чертей не верят. Согласились тут же! Порешили идти.

Колдун (от автора).

Дождливым летом 1879 года в маленький городок Рамонь приехала Ев-гения Максимилиановна, по отцу- герцогиня Лейхтенбергская, по матери- Великая княгиня Романова (племянница Александра II от сестры Марии Ни-колаевны ), по мужу- принцесса Ольденбургская. Она принимала свадебный подарок своего дяди- императора Александра II.
За четыре года был возведен двухэтажный замок в староанглийском сти-ле. Перед ним искрился фонтан, а на заднем дворе перед ступенчатым спус-ком к реке была сооружена медная статуя сказочной рыбы, из уст которой струилась вода.
Принцесса страшно любила охоту. Все свободное время скакала верхом по окрестным лесам и долам. Там, видать, и познакомилась с молодым кра-сивым оборотнем, коих множество окрест. И разгорелась между ними нече-ловеческая любовь, и страсть завладела обоими.
Все бы и продолжалось, да муж принцессы заподозрил неладное, послал верных людей. Выследили колдуна и принцессу. Его убили осиновым колом и тело сожгли. Проклял колдун перед смертью и лес, где нашел он свою по-гибель, и замок. А принцесса с той поры так и прожила одна до глубокой старости. А в память о своей любви приказала поставить памятник волку на месте гибели любимого.
Не ходят туда сельчане,- очень тяжелое это место, с сильной темной энер-гетикой. И всякое там случается в полнолуние. Боятся люди. И только влюб-ленные чувствуют себя здесь прекрасно и днем и ночью. Только им откры-ваются здесь красоты этого поистине сказочного по красоте места. Им поют птицы и посвящаются по ночам трели соловьев. Не коснулось их это прокля-тие колдуна.

Бег (от Трифона).

На другой день подговорил местных ребят, те прихватили с собой своих дворняг, завязали им морды,- чтобы не тявкнули ненароком, и затаились во-круг назначенного места в назначенное время. Я же у зав. клуба выпросил на прокат из театрального инвентаря накладные клыки на зубы, примерил их перед зеркалом,- самого в дрожь кинуло от страха!
Пришли на место, развернули костерок, разложили выпить-закусить-запить. Комсомольцы начали приглядываться к ближайшим кустикам в по-иске ложа любви на природе. И я дал условный сигнал сообщникам.
Гости увидели мелькание светящихся в свете костра зеленых глаз привя-занных дворняжек и услышали прямо нечеловеческий вой их хозяев. «А ну, щас посмотрим, кого это принесло нам на ужин,- прорычал басом один из них, используя вместо громкоговорителя пустое ржавое ведро. И вурдалаки, за которых их, безусловно, приняла подпитая уже компания, со всех сторон начали приближаться к костру с вытянутыми вперед руками замедленной, как в кошмарном сне, поступью. Гуляки метнулись ко мне со страху. А тут я в клыках и с загадочной улыбкой Моны Лизы на морде…
Мне по-человечески жалко их стало даже. Как они рванули! Ко мне в из-бушку. До утра никто глаз не сомкнул, а ранехонько их и след простыл! Так вот и отвадил всех помаленьку, закончил свой рассказ егерь.

Замок (от думовца)

Извини, что перебиваю, но я тоже слышал про рамонский замок «по своей линии». Архитектурный памятник федерального значения. Сейчас он на рес-таврации. Лет 30 уже реставрируют. Администрация и областная дума боятся решать этот вопрос. Кто пытается, на того и его близких тут же начинает действовать проклятие. Реставраторы и строители через неделю разбегаются! А потому начальство «спит и видит»,- кому бы его сбагрить! Объявили даже конкурс для сдачи в долгосрочную аренду, да все никак не пристроят. Охот-ников нет!
Признанные экстрасенсы и ученые-физики доказали, что замок пронизы-вают энергетические фонтаны, нещадно влияющие на психику нормальных людей. Подозревают также, что это портал для выхода в другие измерения. Недаром на гербе Рамони- замок с привидениями…

Экскурсия (от доктора)

А ведь и я был в рамонском замке! Приезжали к нам из Германии специа-листы по установке новой техники. И у них в плане было обязательное посе-щение дворца,- чтут немцы свою историю. Вот меня и командировали с ни-ми.
Скажу сразу, эта поездка оставила у меня неизгладимые впечатления. За-мок стоит на высоком холме, с которого открывается вид на синюю ленту ре-ки Воронеж, темный лес заповедника, сахарный завод, переоборудованный принцессой Ольденбургской в конфетную фабрику, продукция которой была хорошо известна в Европе, и старую пристань, построенную Петром I при основании черноморского флота Российской Империи (в конце 17, начале 18 веков здесь существовала корабельная верфь). Здесь, кстати, получал под свое командование боевой корабль «Таймолар» знаменитый полярный мо-реплаватель В.Беринг в 1711 году. Говорят, Ю. Лонго посвящался здесь в колдуны, отсюда родом изобретатель трехлинейки С. Мосин, поэт и философ пушкинской поры Д. Веневитинов и много других известных в России и за ее пределами людей.
Одна из башен въездных ворот украшена курантами швейцарской фирмы «Винтер». Сам замок сложен из красного кирпича, с метровой толщины сте-нами, и отделан белым кирпичом. Автор проекта неизвестен.
Тайны подачи воды в фонтан, системы обогрева и акустики не разгаданы до сих пор современными инженерами и учеными! Воистину несимметрич-ный замок в английском стиле с привидениями. Там не живут мыши и кры-сы, мухи дохнут. Кошку или собаку туда никакой едой не заманить! Фото и видео аппаратура выходит из строя. Кошмарное место…

Сказка (от мецената).

Дааааа… Ну, мужики, все это была присказка, теперь слушайте саму сказку,- историю, что приключилась со мной в тех местах. И хотите верьте, хотите нет.
Послушал я дядю Трифона и посмеялся над незадачливыми атеистами. «А что здесь смешного-то»,- вдруг сказал он и переглянулся с тетей Дусей, сидевшей около печки и внимательно прислушивавшейся к каждому нашему слову. И показалось мне, что на какой-то миг у обоих сверкнули клыки. Я не придал этому значения тогда, показалось, мол. А зря…
«Все вы герои, а дойдет до дела,- драпаете без оглядки от страха. Вот, се-годня как раз полная луна. Как на заказ,- прищурился он,- пойдем, сходим, здесь недалече совсем». И начал собираться, не дожидаясь моего согласия. Мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать его примеру, хотя внутренний голос просто вопил, предостерегая от опасности этой затеи.
Дальше все было как в кошмарном сне наяву. Пришли, тут же нас окру-жила волчья стая. Один здоровенный такой зверь, порыкивая пошел на меня, но тут вышла старая волчица и ударилась о земь. Глядь, а это тетя Дуся соб-ственной персоной! « Нельзя его трогать,- улыбнулась она. Он нашего роду-племени». Тут все приняли человеческий облик. Ко мне подошла молодая девка, писаная красавица, взяла за руку и повела за собой. На нас никто не обращал никакого внимания. Вели себя как на обычной посиделке в деревне.
Подвела к костру, как на Ивана Купала, прыгнула через костер, маняще позвала к себе. Я прыгнул следом, приземлился уже на четыре лапы в облике волка,- таков ритуал обращения «новенького», почему-то сразу догадался я. Необыкновенные чувства нахлынули на меня. И главное из них,- неземная страсть к лесной красавице.
Не буду описывать, как всю ночь напролет мы любили друг друга и в че-ловечьем и в волчьем обличии, охотились на зайцев, раздирали их клыками и уталяли голод, жадно хватая тепые куски мяса, глотали не спекшуюся еще горячую кровь. Лес далеко разносил рев и подвывания взбесившейся от ласк самца молодой волчицы, душераздирающие стоны и вопли молодой девицы на пиках неуемной страсти…
Под утро она привела меня к избушке егеря. Поцеловала. «Я буду ждать тебя в нашем измерении ровно 5 человеческих лет»,- сказала на прощание и исчезла, растворилась в зарослях.
На следующий день я проснулся, когда хозяева уже хлопотали по хозяй-ству. По избе разносился аромат свеженьких яблочных пирогов. Вот при-снится же такое! И не удивился даже при виде запекшейся крови на губах и щеках, у меня и тогда частенько десны кровоточили. Плечи и спина были расцарапаны. Ни фига себе, присвистнул я. «Ну и здоров ты спать,- хохотнул вошедший в избу дядя Трифон,- прям за столом отключился, еле дотащили тебя до кровати». Ну, точно приснилось, и всякие сомнения окончательно ос-тавили меня. Это все наливочки да настоечки виноваты. Пить надо меньше, меньше надо пить,- как всегда в таких случаях продекламировал я вслух и громко рассмеялся!
Смеяться было рано. С той поры во сне начала являться мне при полной луне моя девица-краса, звала к себе. А однажды вообще явилась не ко време-ни! Бухнулась на колени: охотники изловили ее девочку, просила вызволить. Пошел я, разузнал. Нашел волчонка. При виде меня тот прямо кинулся мне на руки! Охотники-друзья подивились, но щенка отдали. Отвез я его дяди Трифону, тот велел не беспокоиться, обещал пристроить. А девица явилась тогда в последний раз, подарила вот это колечко на мизинчик. Наказала: «Бе-да какая приключится, сними колечко и надень на другую руку».

Другое измерение (от автора).

С этими словами меценат снял с руки изумительной красоты кольцо из неизвестного ювелирам металла с изумрудом в форме волчьего глаза, пока-зал друзьям. «Кольцо подарили во сне, а ношу его вот уже пять лет,- улыб-нулся он». Появилась полная луна, вынырнувшая из облаков, а с нею пять волков, сидевших в каких-то пяти метрах от костра. Доктор и думовец впали в оцепенение, прилегли к огню, заснули.
Один из волков обернулся прекрасной женщиной, которая подошла к ме-ценату, поклонилась. «Пойдем со мною в мой мир, последний раз прошу,- с мольбой в голосе простонала она. Там жизнь течет в другом измерении, там вечная молодость, там моя любовь, там путешествия в другие миры ждут те-бя. Там нет места злу. Что тебе эта грешная земля?».
Меценат молчал. Тогда она низко, до самой земли, поклонилась ему: «Прощай,- произнесла со слезами на глазах,- повернулась и ушла в предут-реннюю ночь». Волки тоже обернулись двумя девицами и двумя парнями, поклонились молча и ушли вслед за своей матерью. Одна задержалась, по-дошла к меценату: «Спасибо, папа, что спас меня тогда от охотников, не пы-тайся найти маму. Там тебя ждет смертельный поединок с ее новым спутни-ком жизни. И тебе не одолеть обладающего нечеловеческой силой оборотня, и оружие там бессильно, и помочь тебе будет некому». С этими словами она сняла с его пальца заветное кольцо, поцеловала в губы и ушла вслед за ос-тальными сородичами.
Меценат проплакал до самого утра. Он только сейчас осознал, что поте-рял семью. Дороги назад не было. Его ждал земной путь, который он сам вы-брал для себя. Его ждали воспоминания, похожие на сон.

Евгений Бородовицын (Baybeg)