Как иронична бывает судьба… Колесо времени замерло лишь на миг, оборвало никчемные, запутавшиеся нити и покатилось вновь, подминая под себя новые эпохи…
Мой тлен был извлечён Повелителем из небытия и обрёл новую форму и новые силы. Я соткан из истинной силы, от которой трепещут даже великие маги. Дракон тоже возродился, мы ведь с ним связаны, как день и ночь. Будто ничего не было и последняя битва ещё грядёт. Теперь мы с ним одни в пустоте. Нет Избранных… Нет Ашаманов и Айз’ Седай. Только мы одни. Два дракона. Тьма и Свет….
Битва грядёт и нужно собирать новые силы. Я в упоении создаю невероятных, жутких тварей, от которых слезятся даже мои пустые глаза…
Он пробуждает спящих и даёт им веру. Даёт им оружие для новой битвы.
Колесо крутиться с невероятной скоростью. Войны и примирения сменяют друг друга в мире людей. Мы тесним друг друга, но это не даёт никому преимущества. Начинается новая история. Эпоха страшных легенд.
Вращается Колесо Времени, Эпохи приходят и уходят, оставляя за собой воспоминания, которые становятся легендами. Легенды блекнут, превращаясь в мифы, и даже миф оказывается давно забыт, когда Эпоха, что породила его, приходит вновь.
Ветер поднялся на западе. Взметнул киноварь опавшей листвы и пронёс её вглубь объединённых Драконом земель. Он пронёсся над землями Андора, оросив их редким дождём. Окутал туманом Каймлин. Он промчался над покрывавшей Запустенье тенью и растворился в ней, как ночная прохлада тает в лучах восходящего солнца. Тень наступала. С каждым шагом Тень будто рассеивала перед собой споры хаоса и, питаясь всходами его, обретала всё большую мощь, так что следующий шаг её оказывался длиннее, а шагом, следующим за ним, продвигалась она ещё дальше прежнего.
Битва захлестнула весь мир, опустошены были огромные территории, одни в большей степени, другие – в меньшей, и очевидно было, что пока Тень морила голодом и убивала людей на захваченных ею землях, силы Света не могли поддерживать затяжной войны. Они проигрывали, со всё большей скоростью теснимые к неминуемому поражению, и, если намеревались победить, это должно было быть сделано быстро. Семь “точек сосредоточия” были созданы из квейндияра. Подвижные силы – так их называли, хотя для большинства из вас это показалось бы сильной армией, – подвижные силы, состоящие примерно из двадцати тысяч солдат прикрытия и круга из семи женщин Айз Седай и шести мужчин (наименьшее число, полагающееся необходимым, и все – самые сильные, кого могли отыскать), должны были переместиться в Шайол Гул, единственное место в мире, где так называемое “утончение в Узоре” позволяло обнаружить Скважину, и там установить печати, удерживаемые точками сосредоточия, которые замкнули бы её, тем самым вновь изолировав Тёмного от мира.
Тогда же был предложен и иной план, предполагающий использование двух огромных са'ангриалов, одного, приведённого в созвучие с саидин, а другого – с саидар. Оба, проводящие настолько могучие энергии, что для доступа к себе они требовали пары созданных специально для этой цели тер'ангриалов, выглядевших их уменьшенными копиями. Однако такой план встретил сопротивление не меньшее, ибо столь могущественными должны были быть эти са'ангриалы, что любой из них, возможно, позволил бы направить достаточно Единой Силы для того, чтобы уничтожить весь мир, в то время как, действуя вместе, сделать это они могли без сомнения. Некоторые не испытывали уверенности в том, что столько Единой Силы удалось бы контролировать при любых обстоятельствах. Выступающие же в поддержку плана уверяли, что такое количество Силы позволит обратить армии Тени в бегство, истребить их до последнего и воздвигнуть барьер вокруг Шайол Гул, чтобы после изыскать более безопасный путь запечатывания Скважины.
Те, кто выступал против использования са'ангриалов, указывали на то, что Скважина расширилась с тех пор, как была просверлена, и что за барьером, будучи таковой воздвигнут, увеличиваться она не перестанет, так что, в конце концов, Тёмный сумеет освободиться, пусть даже от остального мира его по-прежнему будет отделять преграда. Могла бы остановить Тёмного преграда, пока лишь тянулся он к миру сквозь небольшое Отверстие, но освободившегося удалось бы удержать его?
Вскоре Зал Слуг раскололся на два стана, и одобрявшие один план высмеивали другой.
Ратующие за использование са'ангриалов и те, кто не мог одобрить рискованной попытки запечатать Скважину, сплотились вокруг женщины по имени Латра Посаэ Декуме. Пользовалась она, по всей видимости, немалым признанием, значительные силы поддерживали её, и собрала она вокруг себя многих, но победы добилась тем, что заключила союз с каждой женщиной Айз Седай, которая обладала изрядной силой и сражалась на стороне Света (Манускрипт говорит об этом союзе как о “Роковом Соглашении”, хотя вряд ли так называли его многие). План Льюса Тэрина выглядел слишком непредсказуемым и опасным чрезмерно, участия в нём не приняла бы ни одна женщина, заключившая Соглашение. А так как точное наложение печатей, по мнению большинства, обязательно требовало круга, план этот казался теперь неосуществимым, ведь мужчины могут лишь вступать в круг, уже созданный женщинами, но не способны образовать круг сами. Работы над са'ангриалами, по форме напоминающими две огромные статуи, стремительно продвигались вперёд.
И лишь только работа над ними была закончена, грянула катастрофа. В месте, от са'ангриалов достаточно удалённом создавались открывающие доступ к ним тер'ангриалы (по-видимому, из-за опасности “неконтролируемых резонансов во время заключительных стадий”, что бы это ни значило), и край этот был захвачен армиями Саммаэля. Лишь то было хорошо, что сами тер'ангриалы удалось сокрыть, а место их создания было уничтожено (само существование их оставалось тайной величайшей всё это время), потому ни Саммаэль, ни любой другой из Тени не догадывались о том, что находится в их власти. Свет по-прежнему владел са'ангриалами, но уже не имел способа воспользоваться ими безопасно: не вызывало сомнений, что без тер'ангриалов даже сильнейший Айз Седай мгновенно будет выжжен дотла огромным потоком Единой Силы.
Льюс Тэрин тогда вновь стал настаивать на своём плане, признавая риск, но утверждая, что теперь остался лишь единственный шанс, однако Посаэ противостояла ему по-прежнему. Уверенность в опасности от неточной установки печатей распространялась, и гораздо больше женщин Айз Седай приняли “Роковое Соглашение”, хотя многие из них вовсе не были столь сильны, чтобы участвовать в атаке. Страсти накалялись, и раскол, по-видимому, беспрецедентный, стал назревать между всеми мужчинами и женщинами Айз Седай, пусть даже его и не было в самом Зале Слуг. В конце концов, Зал принял решение продолжать осуществление плана Латры Посаэ, и её люди начали работать над возвращением тер'ангриалов с подвластных Тени земель.
Почти незамедлительно, пользуясь успехом Саммаэля, армии Демандреда и Бе'лала нанесли страшный удар. Тогда уже остановка в продвижении Тени стала лучшим, на что можно было надеяться; за два последних года ничего из завоёванного отбить не удалось. Разгорались кровавые битвы, Демандреда и Бе'лала сдерживали из последних сил, и натиска они не ослабляли. Саммаэль начал новое наступление, противостоять которому также едва удавалось, и упоминается о тяжёлой войне ещё где-то. По всей видимости, под угрозой оказывались два великих са'ангриала, но, возможно, именно они и были целью. Некоторые города, всё ещё удерживаемые силами Света, пали в результате крупных беспорядков, и говорится также о “партии восстановления мира”, которая, по-видимому, требовала переговоров с Отрекшимися. Не за горами было окончательное поражение; воля людей к сопротивлению таяла, и если бы хоть один из трёх главных ударов, нацеливаемых Отрекшимися, увенчался успехом, конец стал бы лишь вопросом времени, возможно, лишь нескольких месяцев. В свете этих событий Латра Посаэ всё так же отстаивала свою точку зрения, и женщины Айз Седай оставались верными данному слову, создание круга делая невозможным (черта, пролегшая среди Айз Седай, становилась всё резче, и многие женщины отказывались говорить с мужчинами, а те не разговаривали с женщинами). Тогда решился Льюс Тэрин исполнить свой замысел без одобрения Зала и даже уведомлять о своём намерении не стал его. Очевидной была невозможность удерживать огромные са'ангриалы до тех пор, пока утраченные тер'ангриалы не будут возвращены. Для Льюса Тэрина больше не оставалось выбора.
Группа молодых мужчин Айз Седай, наделённых немалой силой и высказывающих своё мнение открыто (по-видимому, до такой степени, что несколько раз они срывали собрания Зала), объединилась в поддержку Льюса Тэрина в ходе его борьбы с Латрой Посаэ. Мужчин этих называли Сотней Спутников, хотя, видимо, их было сто тринадцать. Как верховный полководец сил Света мог Льюс Тэрин собрать без ведома Зала около десяти тысяч солдат. С этими силами и Сотней Спутников он нанёс удар по Шайол Гул.
Что в точности произошло в тот день, не будет узнано, возможно, никогда. Но к чему привело это, известно. Ни одного человека из тех десяти тысяч не вернулось назад, ни мужчины, ни женщины, чтобы поведать о случившемся. Печати были установлены должным образом, Скважина осталась цела – то, чего так опасались, не случилось. По случайности, все тринадцать Отрекшихся находились в Шайол Гул (были призваны на совет Тёмным?) и были пойманы в ловушку силой Печатей. Одним ударом была обезглавлена Тень, и, хотя большая часть мира лежала в её власти, окажись этот результат единственным, в ближайшие годы она была бы стёрта с лица земли окончательно. Люди сохраняли сплочённость гораздо большую на землях, удерживаемых Светом, чем на тех, что захвачены были Тенью. Лишившиеся своих предводителей (и также потому, возможно, что исчезло влияние Тёмного) Предавшиеся Тени пали в сражениях друг с другом за власть, погрязнув в непримиримой вражде, и уязвимые превосходно, покуда Разлом не сделал войну меньшим, о чём следовало беспокоиться. Как бы то ни было, можно сказать, что Война Тени завершилась в тот день в Шайол Гул. Так отмечается почти во всех летописях.
Но то был, конечно же, не единственный результат. В момент запечатывания Тёмный нанёс ответный удар, и сам саидин оказался запятнан. Льюс Тэрин и шестьдесят восемь оставшихся в живых Спутников утратили рассудок тотчас. Не прошло и нескольких дней, как стали они оставлять за собой следы смерти и разрушения. Ко времени, когда порча на саидин была обнаружена, сотни мужчин Айз Седай сошли с ума, и то, что оставалось нетронутым войной, сгинуло в начавшемся хаосе. Даже предупреждение сохранивших разум мужчин об опасности было уже невозможным. В тот роковой день в Шайол Гул была окончена война и положено начало Разлому Мира.
Сейчас я вспоминаю всё это… я чувствую, всё повторится… но иначе… Я помню последние слова Льюса Тэрина, которые он оставил в своём дневнике: «Кто бы ни прочёл здесь сказанное, ежели будет, кому читать, восплачьте о нас, ибо мы не имеем больше слёз. Молитесь за нас, проклятых заживо.»
Я теперь знаю о другом пророчестве… оно сулит миру людей ни с чем не сравнимые беды:

The seals that hold back night shall weaken,
and in the heart of winter shall winter's heart be born
amid the wailing of lamentations and the gnashing of teeth,
for winter's heart shall ride a black horse,
and the name of it is Death.

Ослабнет сила охраняющих печатей,
И в стуже лютой изо льда забьётся сердце,
И к средоточию зимы сквозь плач людской
Промчится чёрный конь как вестник смерти.

Скорчившись за поваленным деревом, Осан'гар задыхался после долгого бега. Месяцы, проведённые в облике Корлана Дашивы, так и не заставили его полюбить подобные упражнения. Едва не убившие его взрывы смолкли, затем зазвучали вновь, но на этот раз где-то вдалеке. Осторожно он поднял голову, оглядываясь по сторонам. Конечно, от куска дерева мало проку, но, по правде сказать, солдатом он не был никогда. Его таланты, его одарённость в другом. Троллоки - его творение, а значит и Мурдраалы, что произошли от них. И другие существа, что потрясли весь мир, прославив его имя навсегда. Ключ доступа полыхал саидин, но он чувствовал и меньшие его количества, что направлялось вокруг.
Он так надеялся, что остальные Избранные окажутся проворнее, и, когда он придёт, всё уже будет кончено, но теперь стало ясно, что это не так. Должно быть, ал'Тор взял Аша'манов и, судя по количеству саидин во взрывах, Калландор в придачу. Может, и ручных тварей своих привёл, так называемых Айз Седай.
Спрятавшись вновь, он облизал губы. Этот лес оказался крайне опасным местом - куда более опасным, чем он полагал. Да уж, хорошее местечко для гения. Но факт оставался фактом - Моридин пугал его. Он всегда его пугал, с самого начала. Он еще до их заточения сошел с ума от власти, а теперь, после их освобождения, он, похоже, возомнил себя самим Великим Повелителем. Моридин узнает, сбеги он сейчас, как-нибудь, но узнает - и убьёт его. Хуже того, если преуспеет ал'Тор, Великий Повелитель может решить убить их всех. И Осан'гара в придачу. На других ему, конечно, плевать, но только не на себя самого.
Он не слишком хорошо определял время по солнцу, но не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять - полдень едва наступил. Поднявшись с земли, он принялся было отряхивать грязь, но тут же перестал, не сдержав гримасы. Затем начал красться от дерева к дереву, сочтя это правильной манерой поведения. Да, да, он крался к открывающему ключу! Кто-нибудь мог прикончить ал'Тора и до него, но, если нет, ему выпадет участь героя. Осторожного героя, естественно.