Александра Шульман, главный редактор британского Vogue, для Vogue.co.uk: «Я считаю, что Гальяно совершил ужасную ошибку и его оскорбительное поведение не может быть проигнорировано. Но не стоит забывать, что он очень талантлив и внес огромный вклад в воскрешение Dior».

Франка Соццани, главный редактор итальянского Vogue, в своем блоге на Vogue.it: «Я осуждаю любое проявление расизма и все поступки, которые демонстрируют неуважение к какой-либо религии. Но я также уверена, что если вы действительно ссоритесь с кем-либо, то у вас нет времени, чтобы достать мобильный телефон, включить видеозапись и с хихиканьем снимать, что человек говорит. Те люди, которые решили сыграть на известности Джона Гально, вызывают у меня отвращение. Хотя я и осуждаю его слова, но думаю, что они были сказаны в тот момент, когда он не мог себя контролировать. Мне страшно от того, как быстро эти молодые люди прославились и получили деньги, разрушив образ гения».

Сюзи Менкес, директор моды International Herald Tribune: «Недавно гнусные заявления, сошедшие с уст пьяного мистера Гальяно, появились на видео в интернете и стали доступны для всеобщего обозрения. С тех пор в рассматривании того, как один из самых знаменитых и самых высокооплачиваемых дизайнеров мира держит стакан с выпивкой в баре, появился некий пафос. Давление со стороны фаст-фэшна и интернета, требующих создавать всё новые и новые вещи, сумело подавить не одно известное имя. Марк Джейкобс лежал в психиатрической лечебнице. Келвин Кляйн злоупотреблял психотропными препаратами. Ив Сен-Лоран посвятил жизнь борьбе с демонами... Самоубийство Александра Маккуина, произошедшее почти за год до дня позора Джона, — призрак, который кружит над индустрией моды».

Хилари Александр, директор моды The Daily Telegraph: «Какие черти в тот момент овладели Джоном Гальяно, мы никогда не узнаем. В каком личном аду он живет, останется столь же неузнанным. Ясно одно: он нуждается в помощи. Я ни на минуту не оправдываю его поведение. Придет время, когда ему придется побороться со своей внутренней гадюкой. Но прямо сейчас ему нужна помощь и любовь той индустрии, которой он отдал свою жизнь».

Оливье Зам, главный редактор Purple Fashion, в блоге Purple Diary, до момента появления видео: «Дорогой Джон Гальяно, что случилось с вами в ту ночь в милом парижском кафе La Perle, когда вы поссорились с этой парой? Я знаю, что вы вовсе не расист, что бы вы им ни сказали, будучи пьяным или нет. Ваши мультиэтнические шоу, показывающие нам красоту кочевого мира и красоту забытых малых народов, из года в год доказывают это. Мы живем в темном мире, где мода может использовать талантливых людей до тех пор, пока они нужны ей, и может уволить их в один момент из-за одного несчастного случая. Надеюсь, что вы сохраните свою позицию в Dior. С любовью, Ольвье Зам».

Карл Лагерфельд, креативный директор Chanel и Fendi, в интервью WWD: «Если хотите знать, то я в ярости. Я возмущен даже не тем, что это произошло, и дело даже не в том, мог ли он это сказать. Новость разлетелась по всему миру. Это ужасно для моды, потому что теперь все думают, что каждый дизайнер и представитель индустрии такой же. Дело в том, что мы, деловые люди, должны быть более осторожными, особенно в эпоху интернета. Если вы являетесь публичным человеком, вы даже не можете просто выйти на улицу и выпить. Я зол на Джона Гальяно еще и из-за вреда, который он нанес LVMH и лично Бернару Арно, поддерживающему Джона как ни одного другого дизайнера. Потому что Dior — любимый бренд Арно. Это для Бернара равноценно тому, как если бы боль причинили его ребенку».

Роберто Кавалли, дизайнер, в видеоинтервью для The Daily Telegraph: «Я не могу поверить в это. Потому что знаю Джона Гальяно уже много лет, он такой замечательный человек. Я не верю в то, что его можно обвинить в расизме, потому что он прекрасно относится ко многим нациям. Хочется верить, что это лишь попытки причинить ему вред. Думаю, Dior должны расстелить перед ним красную дорожку, потому что именно он сделал их такими, какие они сейчас. Я не хочу никого судить и, Джон, я с тобой».

Патрисия Филд, дизайнер и костюмер «Секса в большом городе», в интервью WWD: «Каждый сезон люди ходят на шоу, чтобы увидеть театр Джона. И он показывает им свои представления. Для меня его поступок стал таким же представлением. Но люди из индустрии моды не признали в этом фарса. Они вдруг отказались знать Джона. И то, что в „Продюсерах“ Мела Брукса поют „Весну для Гитлера“. Думаю, Гальяно просто играл очередную роль».

Шанель Иман, модель, для The Hollywood Life: «Я люблю Джона Гальяно. Я работаю с ним в течение многих лет, он один из самых удивительных и гениальных мужчин в бизнесе. Он всегда открыт людям, поэтому желаю ему всего самого лучшего».

Джессика Стэм, модель, в своем Twitter: «Я скучаю по тебе, Джон, ты такой талантливый. Я уважаю евреев, и то, что ты сказал, ужасно. Грустно видеть, как Dior покинули тебя».