ЗИГМУНД
На его памяти в Вене ни разу не было такой холодной зимы. Каждый раз, когда открывалась дверь, и в кафе влетало облако холодного воздуха, он слегка ежился. Долгое время никто не появлялся, и Зигмунд успевал впасть в легкую старческую дрему, но вот дверь снова хлопнула, и он поднял голову.
В кафе вошло двое новых посетителей – господин с бакенбардами и дама с высокой прической. Дама держала в руках длинный зонт. Господин нес небольшую женскую сумочку, отороченную темным блестящим мехом, чуть влажным из-за растаявших снежинок.
Мужчина снял плащ, повесил его на крючок, а потом нацепил шляпу на одну из длинных деревянных шишичек, торчащих из стены над вешалкой. Затем он засуетился за спиной у дамы, помогая ей снять шубу. Освободясь от шубы, дама благосклонно улыбнулась, взяла у него сумочку, и вдруг на ее лице появилась расстроенная гримаса - замок на ее сумочке был раскрыт, и в нее набился снег. Дама укоризненно покачала головой, вытряхнула снег и защелкнула замок. Она повесила сумочку на плечо, поставила зонт в угол, отчего-то повернув его ручкой вниз, взяла своего кавалера под руку и пошла с ним в зал.
- Ага, - тихо сказал Зигмунд и покачал головой.
Они сели за стол и им подали закуски. Дама поглядела на рыбу в блюде и, что-то вспомнив, хлопнула ладонью себя по лбу и стала что-то говорить своему спутнику.
Тот поднял на нее глаза, послушал некоторое время и недоверчиво скривился, затем выпил стакан вина и стал аккуратно заправлять сигарету в конический красный мундштук, который он держал между мизинцем и безымянным пальцем.
- Ага, - снова сказал Зигмунд, не отрывая от них взгляда.
Дама успела перейти к десерту – в ее руке была продолговатая трубочка с кремом, которую она понемножку обкусывала с широкой стороны. Она уже собиралась откусить порцию побольше, но вдруг заметила на себе пристальный взгляд и отчего-то смутившись, положила пирожное на тарелку.
- Ага! – воскликнул Зигмунд, и господин, повернувшись, смерил его заинтересованным взглядом.
После этого он снова закурил новую сигарету, вставив ее в мундштук и, сделав несколько быстрых затяжек, принялся пускать дымовые кольца.
Его спутница с интересом наблюдала за происходящим, машинально трогая рукой грушу,
лежащую в фруктовой вазе.
Еще раз, набрав в легкие дыма, господин выпустил две струи, одна из которых прошла сквозь верхнее, а другая сквозь нижнее кольцо, где они соприкоснулись и слились в мутный синеватый клуб. Дама восхищенно вскрикнула.
-Ага! – беспокойно крикнул Зигмунд. – Ага! Ага!
На этот раз, на него посмотрел не только господин с бакенбардами, но и все посетители кафе и даже хозяйка заведения.
- Какой у вас красивый попугай, - сказал хозяйке господин с бакенбардами. – А какие он еще слова знает?
- Много всяких, - ответила хозяйка и просунула кончик толстого пальца между прутьями.
- Ага! – изо всех сил закричал Зигмунд. – Ага! Ага! Ага!
.
