Кицунэ
"В японской мифологии кицунэ - огромный лис-оборотень. Вопреки сложившемуся мнению о том, что зверь является второй ипостасью человека, шкура лиса является более привычной для кицунэ, и превращаются в человека они неохотно, редко и ненадолго. В ранней мифологии же кицунэ - злой дух, посланный человеку в наказание прогневанными Богами."
- Эй, мелкая, чего читаешь? - Пихнул под руку младшую сестру пятнадцатилетний парень, устав глядеть на унылый пейзаж, проносящийся за окном машины. Ехали уже почти три часа, угодив во всевозможные пробки, а до деревни оставалось еще почти сорок километров. На улице ничего интересного не происходило, поэтому великовозрастному оболтусу не оставалось ничего иного, кроме как приставать к сестре.
Зимой темнеет рано, но на деревьях и земле лежало очень много снега, он создавал иллюзию освещения, заливая окрестности мертвенным рыжеватым отражением фар. Машина в темноте была прямо-таки лучом света в темном царстве, со сферой-бутоном в салоне - четырнадцатилетняя Лариса читала книгу по японской мифологии.
Прозвище "мелкая" прилипло к ней в девятилетнем возрасте, задержалось до сих пор, и грозило еще несколько лет не покидать ее, а там уж как получится: несмотря на то что второго января девочке должно было исполниться пятнадцать лет, выглядела она гораздо младше своего возраста. Невысокая, тоненькая, как спичка, с прямыми черными волосами до локтя и светлой кожей, она выглядела младше своего возраста, хоть и очень мило.
У нее были огромные лучистые стальные глаза, именно стальные, а не серые, - в них, казалось, мечутся блестки или пузырьки воздуха; тонкий нежный голос и музыкальные пальцы. Она любила мифологию, фентези и сказки, смотрела анимэ, читала и рисовала мангу, косплеила каких-то персонажей... Что накладывало свой отпечаток на ее поведение. С детством она расставаться не хотела категорически, благо, что года три у нее в запасе было точно.
- Легенду про лисов-оборотней, - улыбнулась девочка, отрываясь от книги, - из Японии. Жалко, что в России оборотнями могли быть только медведи - лисы более милые.
- О, Лариска, а ведь у нас один такой завелся, - внезапно с переднего сиденья к детям обернулся отец, - Местные говорят, крупнее овчарки. Здоровенный такой, наглый, все участки исследил. Бабы кошек на улицу выпускать боятся - он Матроскина сожрал уже.
- Ой, а если я его сосиской угощу, он ее будет есть? - оживилась Лариса, моментально проверяя, положила ли в рюкзачок старенький пленочный фотоаппарат.
- Будет, - засмеялся папа, - Ты положи ее у задней калитки, он как придет участок осматривать, так и съест ее.
- А если я его увижу и предложу ему, он меня не покусает? - Девочка наивно уставилась на папу огромными глазищами, - ведь не покусает же?
- Ну... - отец с сомнением посмотрел на дочь, - ты только одень валенки и ватник на всякий случай. Хотя я не советовал бы тебе особенно надеяться на встречу - лесные животные не просто так боятся людей.
- Но ведь я же не обижу его! - горячо зашептала девочка, прижимая руки к груди, - Я же только сфотографировать!
- Ты это ему объясни, - усмехнулась мама с водительского сидения, - Он же не знает, что у тебя в руках фотоаппарат, а не винтовка.
Лариса задумалась, а потом закрыла книгу и уставилась в окно - наверное, высматривать кицунэ.
***
В печи тихо щелкали дрова, по комнате неуклонно разливалось тепло, и девочка в пижаме, лежащая на кровати, потихоньку начала дремать. До дома доехали без приключений, но температура в нем была минусовая, и поначалу протапливался он неохотно. На фоне тихонько бормотал телевизор, это мама с братом что-то смотрели, папа сидел в кресле и читал книгу, изредка подходя к окну. До полуночи было еще несколько часов, и никто не знал, чем себя занять.
- Лариска, иди сюда скорей, только тихо! - неожиданно замахал руками отец, в очередной раз подошедший к окну, - И фотоаппарат возьми.
Лариса на цыпочках подкралась к папе, выглянула в окно и обомлела от восторга: прямо под окном, принюхиваясь к кустам смородины, стоял огромный черный лис. Длинное, действительно в метр тело, выглядело еще массивнее по сравнению с короткими лапами. Хвост был короче туловища, но ненамного, а в холке лесной обитатель был чуть-чуть ниже метровых кустов. Шерсть была длинной, густой, матово-черной, на спине словно припорошенная седыми кончиками-снегом. Белый кончик хвоста любопытно подрагивал.
Девочка трясущимися руками вытащила фотоаппарат из чехла, "поймала" лиса в "глазок" и щелкнула затвором. В стекле отразилась вспышка, лис подскочил, резко обернулся и удивленно уставился на людей. У него были рыже-карие любопытные глаза эллиптической формы, а на узкую вытянутую мордочку словно пролили сметану, замерзшую на холоде крошками - так неравномерно был окрашен белым черный лоб. Лис медленно и вальяжно ушел из поля зрения, ясно давая понять, что больше он на участке не пробудет ни минуты.
Читать далее...
