Приобрёл у инспектора ГИБДД квитанцию за 200 рублей. Теперь она мне стала не нужна а в ГИБДД её обратно не принимают. С рук тоже продать не удалось .

Я дважды (в 1991 и 1993 г.) защищал Белый дом от сволочей. Результаты совершенно разные. Первый раз мне дали орден, а второй раз посадили в тюрьму. Объясните, пожалуйста почему такая разница? .

Я был единственным в ночном клубе, кто вел себя адекватно. А охранника пригласил на медленный танец, потому что это модно и адекватно.

Я плюнул в очки продавца потому, что мне его стало жалко, и я решил не разбивать ему очки, а просто в них плюнуть. Разбил же я ему очки потому, что он не оценил моей доброты и стал кричать.

У меня есть несколько версий произошедшего, но формат объяснительной не позволяет мне их привести полностью. Ограничусь простой: я этого не делал, почему меня задержали — не знаю.

Предъявил вместо проездного кукиш, так как перепутал карманы.

Рыбу я не глушил, а наоборот, бросил динамит в озеро, чтобы потушить случайно загоревшийся фитиль. А огромное количество рыбы у меня в лодке — из магазина «Продукты». А чек за рыбу утонул.

Я кидался гнилыми помидорами, потому что они мне были не нужны. А то, что попали они в машину «Мерседес», госномер Я111ЫУ, виноват «Мерседес».

Четырнадцать зимних шин и пять бетонных блоков, обнаруженных у меня дома, мне сама милиция и подбросила, чтобы «висяки» закрыть, а сам я не знаю, чего с ними делать.

В окно женской бани я не заглядывал, потому что у меня в котельной есть специально оборудованный глазок в женское моечное отделение, установленный без моего ведома неизвестно кем.

Стягивая плавки с купающихся в бассейне, я хотел, чтобы ихнее тело дышало.

Намыливая веревку, я хотел показать тёще преимущества хозяйственного мыла над нынешними стиральными порошками.

Видеокамеру я красть не хотел. Так случилось. Ничего не поделаешь. С каждым может произойти.

Зная о своем дурном характере по пьянке, я решил подраться пораньше, сразу после тоста за родителей, чтобы не омрачать молодым дальнейший ход свадьбы.

Унитаз в квартире гражданки Сидоровой я вырвал не с корнем, а с шурупами, потому как у унитазов отродясь корней не бывает.

А зеркало в магазине я разбил потому, что увидел своё хулиганское поведение со стороны, и мне стало стыдно.

Увидев табличку «Не курить!», я сразу же потушил об неё окурок. Кто же знал, что она из легковоспламеняющегося пластика.

Соседская курица была грязная, и я решил вымыть её. Я поставил греть воду и нечаянно забыл про курицу в кастрюле. Я требую, чтобы соседка впредь сама купала своих кур, а не бегала по милициям.

Прошу изнасилование таковым не считать, потому что я вымотался на нём больше всех.

Я вовсе не спаивал несовершеннолетних, а наоборот, всегда наливал себе больше.

К уголовной ответственности я не привлекался, причем достаточно давно…

Я бросил в лицо кассиру Сидоровой свои выплаты по кредиту, чтобы она подавилась! И она подавилась…

Я не говорил, что незваный гость хуже Абдуллы Фигадуллина, я просто не знал, что он татарин, а не поляк. Кстати, из поляков тоже гости задрипанные, о чем я участковому Кобелевскому так и сказал.

Я сразу же промямлил, что я филолог, но подонков это не остановило, а может быть, они просто не поняли меня.

Я распил с господином Дерябиным 2 (две) бутылки водки, после чего предложил позвать баб. Как может проснуться весь район, если, к примеру, бабы так и не услышали, а до них было не больше двухсот метров?

В подворотне ко мне подошла компания из 20 молодых людей и попросила закурить. У меня при себе было 19 сигарет, поэтому одному из них сигареты не хватило. Я, шутя, показал ему фигу. Проезжавший мимо наряд милиции меня за это арестовал. Я больше не буду…

Мне совершенно нечего добавить к сказанному Львом Николаевичем Толстым в «Войне и мире» на стр. 34, 36 и 328.

Да, я выставил пакет с мусором на лестничную площадку, потому что я уже пять лет так делаю. А соседка, которая недавно переехала, просто этого не знала и развонялась…

Да, я громко рассказывал в трамвае матерный анекдот. Милиционеры, кстати, тоже смеялись.

Обозвал соседа Элтоном Джоном, потому что он громко поет по вечерам и мешает мне слушать упреки жены.