Ну вот, Алан, Франко и Сэм получили свои аттестаты. Скоро они уедут учиться. Как раз закончит свою учебу Мэди и вернется, наконец-то, домой насовсем.  Хотя Мэди и не хочет, чтобы мы приезжали на ее вручение дипломов, папа сказал, что мы обязательно поедем. И уже вечером начнем собирать вещи.

А все отдыхали, я дорисовывала свою картину, которая, наверное, навсегда будет у меня ассоциироваться с сестрой Алана.

Так спешила дорисовать и избавиться от этого пейзажа, что даже не заметила, как Линн приготовила пирог и позвала всех нас за стол.

Попробовав кусочек, я поняла, что просто обожаю пироги! А Алан тоже хотел есть, но все размышлял как сказать Линн, что он бы куда охотнее выпил кровь из пакетика, а не съел пирог.

Мне поручили помыть посуду, так как Алан все-таки предпочел свой пакетик.

Это ужасно! Ну почему у меня постоянно возникают проблемы с водой?! После того, как я поставила тарелки в посудомойку, она вдруг странно зашумела, и из нее прямо река хлынула!

- Папа! Папа! Посудомоечная машина сломалась! – завопила я.

Конечно же, лужу заставили вытирать тоже меня! Как будто я специально испортила эту ржавую коробку!

В общем, самую большую часть я вытерла, а остальное и так высохнет.

- Может, я посмотрю? – как-то не очень уверенно предложил Алан.

- Нет, это электричество, - возразил папа. – Вызовем мастера.

Ну подумаешь – какая-то посудомоечная машина! Что там может быть сложного? Мастер приехал довольно быстро, прошел к посудомойке и сразу опустился на колени прямо в остатки лужи, легко снял какую-то нижнюю панельку и полез туда своим гаечным ключом.

И, как оказалось, очень зря это сделал.

Вы когда-нибудь видели, как сима подбрасывает в синих молниях, а вниз падает уже обгорелое тело? Это ужасно! Просто ужасно!

Бедняжка Линн бросилась помочь этому злосчастному мастеру – она ведь врач, - слишком резко наклонилась над ним и...

- Линн, не трогай! – заорал Алан, прибегая откуда-то из коридора. Но Линн уже было не  до того.

- Ох, - простонала она.

- Отойди! Отойди от лужи! – аккуратно отвел в сторону ее Алан, потом надел резиновые перчатки и вытащил тело мастера. Послушал пульс на шее и выпрямился.

- Слишком поздно, - глухо сказал он.

А я, поняв, что сейчас вот, прямо на моих глазах умер сим, я оцепенела.

В кухню вошел папа, еще не понимающий, в чем дело. Перед злосчастной посудомойкой корчилась, схватившись за живот, Линн. На полу лежало тело бедного мастера. Алан смотрел куда-то за мою спину и странно присел. А я стояла, и не могла пошевелиться.

- Это моя вина, - вдруг как-то отчаянно крикнул Алан, все так же глядя мне за спину. – Ты не можешь забрать его, это я виноват!

Не знаю, сколько сил у меня ушло, чтобы развернуться. Ох, лучше бы я этого не делала... Страшная черная фигура, парившая над полом, и впрямь отвернулась от злосчастного сантехника и посмотрела на Алана. А потом на меня.

Сзади смутно слышалось, как папа уводит Линн, но все мое внимание было на этом ужасном госте.

«Это не Алан, это все я!» хотелось крикнуть мне – ведь это и вправду я сломала дурацкую посудомойку и плохо вытерла лужу! Но в голову упорно лезло то, что вот ведь – только начала встречаться с парнем, так все хорошо сложилось, я еще и не целовалась ни разу, да и вообще столько всего не попробовала – неужели это конец?

Тяжелый взгляд из-под капюшона, невидимый, но буквально выжигающий след в моей душе, ушел в сторону: фигура развернулась к телу сантехника.

После этого взгляда я вдруг как застыла. Без ужаса или любопытства смотрела, как душа бедняги покинула тело и встала перед темной фигурой. Призрак... Это происходит не взаправду, это не может быть правдой, это глупый сон...

Он был такой беспомощный, такой потерянный – мне так было его жалко! Казалось, что этот бедный ремонтник не понимает, что с ним происходит...

Потом он как бы понял, что сейчас его не станет, упал на колени перед темной фигурой, молил о чем-то, но не было слышно ни звука. Однако темная фигура лишь махнула своим странным предметом – и призрак исчез, как если бы его сдуло ветром.

А за ним исчезла и темная фигура.

- Кто это был? – шепотом спросила я Алана.

- Это Темный Жнец, - севшим голосом ответил он. – Слышала, что он сказал?

- Что?

- Что мне предстоит с ним познакомиться гораздо ближе.

- Я ничего не слышала. А почему ты сказал, что это ты виноват в смерти этого механика?

- Ну... посудомоечная машина не сегодня вечером сломалась. Просто я не смог ее починить.

Странно, но и признание Алана меня не возмутило. Я просто констатировала свои мысли:

- Я думаю, что больше виновата. Лужу ведь я оставила...

- Ну, значит, мы оба постарались. Только вот Жнец встречу обещал мне, а не тебе...

Алан ушел к себе в комнату, я осталась в гостиной. Полоска света под его дверью показывала, что он не спал – ведь папа с Линн уехали в больницу, откуда должны были вернуться с маленьким.

Хотя в другое время я бы ждала этого с гораздо большим нетерпением.

Я села за шахматы, чтобы чем-то занять голову.

Не только Алан слышал слова черной фигуры. Я скрыла от него, но вместе с невидимым взглядом, выжигающим из моей души бывший ранее светлым и радостным мир, я слышала слова:

«Тебе нужно быть осторожной, девочка... За гранью много такого, чему не стоит показывать дорогу сюда. Ты же не хочешь оказаться там при жизни?»

Но слыша этот голос, я поняла, что встреча с миром духов – это моя судьба. Этого не избежать. Она уже произошла – тогда, когда я общалась с Дешоном, и даже, наверное, еще раньше. Иначе я бы его просто не увидела. А поэтому – стоит ли бежать от своей судьбы?