190 страниц – не так уж много, когда есть идея и вдохновение... ну, или злость на кого-то. Я закончила писать свой опус про приставания известного политика к молодой девушке еще до  обеда. Редактор была в восторге.

- Это станет бестселлером – такая история, такая история! – верещала она в трубку. Я довольно улыбнулась: мой талант еще ни разу не подвергался сомнениям!

В гостиной уже явно полным ходом шло переоборудование, поэтому я побыстрее оделась и отправилась в книжный магазин за сборничками рецептов.

В магазине все было по-прежнему. Только вот на стойках уже появились и мои собственные книги. Увидев парочку книг мамы, я ласково погладила корешки: ну вот, мамочка, теперь и я тоже писательница.

Продавец, узнав меня на обложке, попросил автограф и сделал приличную скидку на рецепты для чайников, которые я выбрала.

Я вышла на улицу, когда снова зазвонил телефон.

- Мисс Блинг, а обложка для вашей книги – вы сделаете ее, или вам подать эскиз?

- Сделаю сама, конечно.

- О, прекрасно, тогда она должна быть...

Переругиваясь со своей редакторшей по поводу деталей обложки, я мельком глянула на фигуру, преградившую мне дорогу. И только пару раз попытавшись обогнуть эту фигуру, которая продолжала появляться на моем пути, и закончив разговор, поняла, что передо мной стоит Леопольдо Гот-Стенли, и ему что-то от меня нужно.

- Ну что, известная писательша, - насмешливо начал он. – Как дела у нашей сестры?

- А с чего бы это вас так вдруг она заинтересовала? - сказала я осторожно: помню, что он кулакам волю дает очень даже просто. А я давно не тренировалась...

- Да ни с чего, просто завязываю разговор.

- Извините, мне пора.

- Куда же, мы еще только начали милую беседу. Недавно заглянул в вашу книжицу про розы Луны – это ж просто поэма! Умереть не встать!

И он ехидно процитировал несколько неудачных фраз. Ну, точнее, раньше они мне казались очень даже удачными. Но в его исполнении зазвучали как полный бред.

- Не нравится – не читайте! – выпалила я, не сдержавшись.

Он высоко поднял брови.

- Не нравится?! Вы себе льстите! Да это недостойно даже плевка! Милочка, вы бы нашли себе занятие получше: полы, к примеру, мыть. Или еду в забегаловке подавать. Да, в конце-концов, детей рожать! А то научили мартышку на машинке печатать...

Мне было так обидно – я даже слова сказать не могла! А из глаз сами-собой покатились слезы.

А он не успокаивался:

- Вот-вот, порыдайте, полезно будет. Жизнь жестока, девочка! И чем скорее вы выберетесь из своих розовых кустов, тем лучше!

Я готова была развернуться и убежать, как в детстве, но тут вдруг сквозь туман перед глазами я увидела еще одну фигуру.

- Ты, придурок, заткни варежку!

Судорожно сморгнув, я увидела, что это Джабари, который оттолкнул от меня Гота.

- Обошла тебя в тиражах Мэди, а тебе и завидно стало?!

- Что, еще один любитель помадных историй выискался?! – в ответ заорал этот хам.

- А что, все должны гнать такую чернуху, как ты, козел?! Или нет: никто вообще не смеет писать и должен утопиться в унитазе, чтобы не переходить дорогу такому бумагомарателю, как ты?! Тайная мечта бездарного графомана?! Между прочим, свой талант надо доказывать делом, а не оскорблять других авторов!

- Понятия не имею, что за бред ты несешь!

- Еще как имеешь! Вон, как рожу воротишь! Между прочим, я могу подать на тебя жалобу в Совет книголюбов – знаешь, что с тобой сделают?!

- Ты ничего не докажешь!

- Ха-ха! – оскорбительно заржал Джабари.

Это стало последней каплей, потому что Гот набросился на него с кулаками!

Да уж, навык драк у него явно побольше, чем у Джабари!

Я уже думала, что вызывать: полицию или скорую. Но Джабари вскочил на ноги и заорал:

- Ну, козел, конец тебе: теперь я точно подам жалобу, а Мэди подтвердит, что ты не соблюдаешь правила Союза книголюбов!

- Все, Джабари, пойдем! – вцепилась в рукав одноклассника я, боясь, что Гот-Стенли снова набросится на него. В спину мне понеслось насмешливое:

- Вали-вали, писательша! И не забудь, что я тебе сказал!

Отойдя от хулигана, Джабари как-то слишком уж быстро пошел вперед, я едва успела его окликнуть.

- Ну что тебе, Блинг, - насупился он. – Понравилось, как меня отмутузил этот гад?

- Спасибо, что вступился... У меня против него точно не было шансов – ведь я только на беговой дорожке упражнялась, да и то давно...

- Да ладно, тебя бы он не тронул. А вот меня теперь на весь город ославит, как слабака...

- Ты чего? Какой же ты слабак? Ты ведь за меня вступился!

- Да ладно, - сказал Джабари, все еще не глядя на меня. - Если бы не драка, то мои слова весили бы куда больше. Но этот козел взял манеру: втихомолку зажимает начинающих писателей и берет на понт своей брехней, что они пишут фуфло! Ты думаешь – ты первая?!

- Джабари, - серьезно говорю я, глядя ему в глаза, в то время, как мое сердце колотится все быстрее и быстрее: я уже точно знаю, как отблагодарю Джабари за его рыцарский поступок.

- Что?

- Спасибо тебе.

- Вау, – слышу я, еще не открыв глаза. – За это стоило получить по башке!

И я с ним согласна. Стоило выслушать все эти гадкие оскорбления от Гота, чтобы поцеловать парня не ради эксперимента, а из благодарности. Совсем другие чувства бушуют сейчас во мне – и эта буря эмоций не поддается описанию!

Но я знаю, что этот поцелуй – единственное, что будет между нами. Потому что... Потому что Джабари просто не герой моего романа.