Несколько потрясших меня снов. Я вижу очень яркую и экзальтированную женщину. Предположительно - она стриптизерша. Её партнер - негр блюзмен поющий странные песни то тоскливые то полные радости и счастья. Этот негр как бы я, но при этом не совсем.
Во сне становится ясно, что эта женщина оказалась в конфликте с кем то из очень сильных бандитов. И тогда один из них решил убить негра, чтобы отомстить ей. Кадр меняется, я вижу как убийца подходит к негру сзади и приставляет пистолет к виску.
Затем я ощущаю как открывается сердце у этого негра, как он смотрит в небеса и с счастливой улыбкой говорит что то вроде "ну что моя Госпожа, похоже пора". В его движениях нет ни сожаления, ни страха, ни желания сопротивляться, ни наоборот - стремления к смерти из за неполноценности или несчастливости. Он говорит что то вроде того сколь совершенна была его жизнь и как он рад сейчас вручить эту жизнь небу. Он оказывается абсолютно полон и исполнен. После чего убийца роняет пистолет, и не может убить его, хотя по сну до этого он убивал очень многих.
Почему то этот эпизод особенно зацепил меня, как крайне значимый, и имеющий глубинное послание ко мне в настоящей точке индивидуации. Так же с этим сном связана забавная синхрония.
В эту же ночь - другой эпизод. Море. Очень холодное море. Мост. Мост петендующий на то чтобы пересечь море, но это невозможно. Поэтому это не мост но только пирс. И каждую ночь он осыпается. Я очень далеко от берега. Я должен вернуться на берег. Холод. Внизу - очень холодное и бурное море, но страшна не бурность, а именно холод - если упасть вниз смерть от холода неминуема. Я бегу. Берег вдалеке. Внезапно я осознаю что я бегу с какой то нечеловеческой скоростью, потому что перепрыгиваю прорывы и дыры такие какие человеку не перепрыгнуть. Мне страшно от моего бега, но я не могу остановится. Кажется я добегаю. Самое странное что море оказывается там где вокзал.
Теперь Ассоциации. Негр должен был бы быть тенью. Но я не ощущаю его как тень, субъективно я ощущаю его как Самость, это Пабло из "Степного Волка", адепт абсолютной жизни даже в смерти. Высшая форма религиозности, абсолютная чиста жертвенность. Важно что он побеждает, но побеждает не сражаясь.
Инструкция - принимать реальность именно так. С благодарением - радости, но без привязывания и без страха. Высшая форма бытия.
Интересно, что снов так или иначе связанных с фигурой Самости у меня не было давно. К чему бы такой прорыв.