Одно время я начал писать подробный обзор от первого лица истории своих взаимоотношений с Белковским. Первая глава публикуется сейчас.
История одного анализа
Первая встреча
Алло. ДА рад приветствовать, что хорошего происходит, а как там Моё дело? В самом деле! Когда? Это точно? Николай я буду тебе всю жизнь признателен. Итак я приглашен? Превосходно! Я и не мог надеяться. Да, да твой адрес я знаю не волнуйся. Во вторник в шесть. Всего тридцать Рублей?! Не могу поверить своему счастью. Это большая честь для меня. Нарисовать? Непременно, хоть пять нарисую. Жаль сны не снятся, а то бы и снами порадовал. Я свой эдипов комплекс хорошо знаю и не скрываю. Увидимся. Пока.
Короткие гудки на линии. Я не могу поверить, я приглашен. И всего через какие то четыре дня первая встреча. По всему телу пошел приятный холодок предвкушения сродни тому, который появляется, когда садишься в поезд который идёт в незнакомый город. Я приглашен в психотерапевтическую группу! О большем счастье я и мечтать не мог – в этом несчастном провинциальном городке все психологи которые мне попадались в большинстве своём оказывались сентиментальными ничтожествами. Был правда действительно сильный специалист Дима, этот действительно мастер в своей области, посильнее московских. Вот только работает он в сфере НЛП а мне нужен психоанализ. Моя душа хотела долгого анализа детских переживаний на терапевтической кушетке, а не быстрой психотерапии, которая сродни быстрому сексу. Психотерапевтическая группа! И меня будет анализировать настоящий психолог. Если верить словам Николая, а не верить ему нет причин, он работает через неспешный анализ снов и фантазий. Должен раскопать и что-то из детских неврозов, которые, что греха таить, по сей день продолжают мешать жить.
Однако восторг через несколько секунд сменился тревогой. Трансперсональный психолог! Это не фрейдист и не последователь транскатного анализа. Области трансперсонального тесно связанны с «духовными пластами», я для меня – материалиста и экзистенциалиста духовные пласты ассоциировались с низшей сентиментальностью толстых матушек, сладкоречиво зазывающих в утробу и дающих бесконечное счастье с условием отказа от себя. Мне вспомнился эпизод произошедший со мной, какие-то пару месяцев назад. Тогда мне как одному из представителей одной эксцентричной компании предложили пройти тесты у одного психолога. Слово психолог Для меня всегда было, сходным по действию как для советских детей космонавт и я незамедлительно согласился. В разговоре по телефону мне было предложено помочь ей провести тестирование компании. Я пришел в восторг что я стану предметом исследования, наполнила меня до краёв. Эта женщина назвавшаяся Ольгой Владимировной назначила мне встречу в своём доме в ближайшее время. Словно школьник в ожидании первого поцелуя бежал я на эту встречу. Дабы быть эффективного исследованным, я взял с собой свои стихи, пробы пера в прозе, составил подробный список с перечислением своих литературных музыкальных кинематографических представлений дабы облегчить исследование насколько это возможно. Она хорошо меня встретила, представилась трансперсональным психологом и пообещала самым подробным образом изучить всё предоставленное.
Следующая встреча на которую я бежал окрылённый сильнее чем в первый раз разрушила все мои представления о том, каким должен быть психолог. Я приветственно улыбнулся, давая понять что готов приступить к самому тщательному анализу всего пережитого и предоставленного. И вместо ожидаемой готовности работать как и должно аналитику и клиенту – на уровне взрослый – взрослый, она просто эмоционально атаковала меня с позиции родительского превосходства. Из этой гнусной тетки лилось столько материнских эмоций, она причитала что мне нужна помощь, что я не способен любить и только моя полная душевная открытость поможет мне немного оттаять от тех ран которые нанесены моей хрупкой и несчастной душе. В конце концов она стала доказывать мне что надо срочно ехать в какой-то лагерь под спас Деменском, где мою душу очистят от грязи, которая – о, трагедия!- налипла на неё толстым слоем. И я был пробит. Нет, конечно же всего на какой то час, после чего благополучно вернулся в своё обычное состояние, но этот час я был готов ехать куда она скажет, критический разум ушел куда-то в подсознание и на мгновение её удалось унизить меня настолько что я чуть было не стал чувствовать себя «сыном, который должен вести себя хорошо». Всего на один час, что не уменьшало мучительного чувства поражения и стыда. Час, минута или жизнь – какая разница? Да, к унижениям и притеснениям я был привычен с самого детства, и только недавно я начал понемногу расправлять плечи. Но это иное – ко всем унижениям прошлого я был готов, и надёжно закрыт в своём панцире, эта же тварь смогла пробить меня. Я был готов молить всех демонов дабы получить шанс на реванш. Встретиться с ней и покрыть её самыми гнусными оскорблениями. Я хотел бы видеть как её лицо измениться в оскал и она истерично выплюнет ответное оскорбление. Каждый вечер в течении месяца ложась спать я представлял что встречу эту суку в тёмном переулке и у меня при это мс собой будет нож….
И вот стоило мне забыть её я оказываюсь приглашен в группу к другому психологу который так же как она называет себя трансперсональным. В моей душе боролись два чувства – трепетная надежда что он окажется настоящим психологом, а не ничтожеством наподобие той шлюхи и жажда реванша. Впрочем теперь мне нечего бояться. Я знаю куда иду и готов достойно ответить на любой удар с их стороны. А точнее я ударю первым, и посмотрим чего стоит этот единственный психолог работающий со снами. Сны… А ведь это единственный шанс приблизиться к открытию тайны, которая мучает меня с раннего детства. Сны, страшные сны, где мать превращается в пантеру и трахает меня так что я перестаю быть человеком. Сны, сладостные сны где я встречаю тот идеал женщины, которого похоже в этом мире просто не было. Сны, причудливая неизвестная мифология, никаким боком не попадающая под материалистическое определение «небывалая комбинация бывалых впечатлений». Вдруг Белковский имеет хоть один ключик к тайне снов? Страх и ненависть вызванная неприятным воспоминанием вновь сменилась надеждой на свободу.
В конце концов чего мне бояться? Если он такое же ничтожество как та Оленька, то я получу истинное удовлетворение от реванша. Ох я и поиздеваюсь над ним и этой группой слащавых сентиментальных слабаков! Но если он чего-то стоит, то вполне сможет не поддаться на мои провокации. Страшно, как в окопе перед боем, не то радоваться этому приглашению, кое я осторожно выпрашивал у Николая последние две недели, не то приготовиться к ещё одному поражению.
Впрочем я готов, а он нет, ох и повеселюсь же я. Глумиться над разными религиозными ничтожествами последнее время доставляло мне весьма сильное удовольствие. Интересно что из этого получится?
Я оставил свои мысли и решил отвлечься. Подойдя к книжному шкафу я взял любимую моему сердцу пьесу Альбера Камю «Калигула». Сия пьеса зачитанная мной до дыр, была любимейшим произведением всех времён и народов. Я упивался бунтом Калигулы, его презрением к нормам морали и традициям, его мятежом и исключительным достоинством перед лицом неизбежной смерти. Я знал в этой пьесе каждый диалог, каждую фразу каждый нюанс. Впитывая в себя монологи Калигулы с той же страстью что христианин впитывает неказистые притчи евангелий. Как я хотел бы получить хотя бы один шанс бросить вызов такого же величия и красоты как он.
Ненависть. В самой основе моей души, моей воли к жизни, находилась слепая ненависть, которая помогала идти по жизни надёжно защищённым от страданий и боли. Эта ненависть выращивалась мною словно оранжерейный цветок который, мог убить любой неожиданный порыв ветра или слишком высокая температура в теплице. Ненависть.
Насладившись сотым прочтением диалога Калигулы и его убийцы я отложил книгу и пошел по своим делам. Четыре дня. Подождать какие то четыре дня. Всего-то.
Вряд ли я смогу вспомнить что происходило это четыре дня, жизнь текла как обычно, но я был как бы не здесь. Я ждал. Ждал столкновения с этим неведомым трансперсональным психологом, не пытаясь даже предположить что же мне принесёт это столкновение. Ожидая я мысленно прокручивал те слова, те фразы которые я брошу ему и увидев дешевую экзальтацию буду глумиться над его богами. Однако несмотря на своё воинственное настроение я позаботился о покупке цветных гелевых ручек, - ведь на группе одним из методов анализа было рисование. Мне даже не приходило в голову проанализировать столь вопиющее несоответствие мыслей и действий – мысленно я готовился не оставить камня на камне от неизвестного мне ведущего после чего гордо уйти, но все мои действия, как-то, предусмотрительная закупка бумаги и цветных ручек, говорила о том что на самом деле я хочу совершенно другого.
За три часа до назначенного времени мне вновь позвонил Николай: «Да, я конечно помню, обязательно нарисую! Больше ничего? Договорились, пока. И В спешке сел за первое в своей жизни рисование. В этом рисовании было что-то от нарушения запрета – когда-то давно, лет пять, или семь назад, я выстраивал в воображении миры, каждая игрушка, каждая песочница была таким огромным источником фантазий, что мне вполне могли бы позавидовать иные писатели, у которых кризис идей. Это фантазирование, где я представлял себя всемогущим цыплёнком побеждающих чудовищ поглощало огромное количество моей энергии и отвлекало от реализации себя в реальности, и я боролся с этой привычкой фантазировать с таким же упорством, как иные пытаются бросить курение. Борьба эта началась где-то с момента как я узнал что я это я, то есть примерно лет с пяти, а закончилась в шестнадцать лет – получив паспорт я взял ту игрушку, которую до сих пор не мог заставить себя выбросить, пошел на мост и торжественно с камнем на шее утопил.
И вот сейчас в преддверии моей интеллектуальной дуэли с этим неизвестным Сергеем я смиренно выполнял требования его группы и рисовал. О горе! Руки сами стали рисовать тех персонажей которые жили в моём игрушечном мире в детстве. Когда из-под цветных ручек вдруг сами вынырнули цыплёнок и змея – два любимейших персонажа детской игры моей - мне пришлось серьёзно обеспокоиться – я возвращаюсь в детство. Если я останусь в его группе, я скорей всего стану инфантильным ничтожеством живущим в мире своих фантазий. Мне захотелось порвать всё что было нарисовано, но в следующее мгновение стало стыдно за этот секундный порыв – ужели я так слаб что даже не могу хоть немного пофантазировать если таковы правила этой игры? Не думая над содержанием рисунка я решил закончить его полностью, спонтанно. На нём появлялись узоры, звери стены, силуэты человечков и прочие прелести свойственные детским рисункам. Если Белковский сможет проанализировать это, он и впрямь что-то стоит. Может быть дать ему его проанализировать, а потом напасть. Впрочем эти мысли развеялись тут же как я вспомнил искривлённое материнской заботой лицо той Оленьки которая некогда назвала себя трансперсональным психологом.
Погруженный в свои мысли я тем не менее не забывал смотреть на часы, и увы каждые пятнадцать минут глядя на часы с сожалением замечал что прошло только пять. Наконец время пришло и я полный тревог и надежд бросил свой рисунок в пакет и направился в группу.
Группа эта проходила не в каком либо казённом заведении, а дома у Николая, что заочно внушало мне доверие к этому человеку. Сам Николай, судя по его рассказам очень уважал, потому у меня не было особых причин не доверять Сергею. Однако он принадлежал к одной психологической школе с той мразью оленькой, а потому я воспринимал его как потенциального врага. Напомнив себе что я иду к врагу, но не к другу я постучал в дверь квартиры Николая, поскольку звонка там не было. От моего стука дверь открылась, что наглядно свидетельствовало что она не заперта и этот дом сегодня ждёт немало гостей. Разувшись я прошел в комнату, где судя по всему и будет проходить занятие после чего игнорируя тот факт что большинство участников группы сидели на стульях занял самое удобное кресло. Оглядевшись я с удивлением обнаружил, что если не считать Николая, группа исключительно состоит из одних женщин, и увы женщин старше пятидесяти. Где же чёрт возьми ведущий, подумал я, и стоило мне это подумать как в дверь вошел мужчина, на вид лет тридцати пяти, очень располагающей внешности. Мы пожали друг другу руки и представились. После этого Сергей стал продолжать с одной из сидящих женщин разговор, видимо прерванный его походом на кухню. Кажется он объяснял ей какую книгу стоит прочитать чтобы лучше понять тему. О какой теме идёт речь, мне явно было понять затруднительно, и напомнив себе что моя симпатия может быть ложной и скорей всего он сентиментальное ничтожество как и все подготовился к столкновению.
- Пожалуй, можно начинать занятие, - сказал Сергей со своего стула, повернувшись к группе.
- Кажется, у нас сегодня новый участник. Что привело вас к нам, Олег?
Никакой ожидаемой религиозной проповеди не последовало и мне явно придётся честно ответить на заданный вопрос.
- Эдипов комплекс. Если вы конечно знаете, что это такое. Мерзкая, скажу вам, штука, особенно
когда тебе с 13 лет сниться, что мать хочет трахнуть.
Боковым зрением я с удовольствием отметил, как лицо одной из участниц искривилось, однако тот для кого была направлена эта эпатажная тирада явно оставался непроницаемым.
- Вы, я надеюсь, работаете по нормальным психологам типа Фрейда, или всё, чем вы работаете это разные магические пассы сродни Кашпировскому?
- Странное у вас представление о трансперсональной психологии, - не меняясь в лице, произнёс Сергей.
- Я это всё к чему, - вновь пошел в атаку я, - меня интересует только эдипов комплекс, и возможности его преодоления, а вот на всякую духовность я глубоко хотел срать. По убеждениям я атеистический экзистенциалист и ни к какой религии не испытываю ни малейшего
уважения. А судя по тому что я слышал, вы зачем-то исследуете религии, это мерзкое скопища
заблуждений.
Боковым зрением я с всё возрастающим удовольствиям замечал как кривятся лица у почтенных матрон, однако лицо Сергея оставалось всё таким же спокойным и не выражающим никаких сильных эмоций.
- Так это очень хорошо что вы экзистенциалист! По крайней мере это говорит о том что вы уже смогли разрушить в себе все ненужные социальные условности, обычно воспринимаемые за аксиомы, и теперь вашей задачей является найти для себя свой путь. Можно сказать, вы уже сделали половину дела.
Должен сказать, что от такой реакции я изрядно обалдел. По моим представлениям после всего мной сказанного он должен был подскочить с диким криком «Да как вы смеете!», или расплыться в слащавых сочувствиях к которым столь склонны бесонечный приторно сладкие сентеменатльные ничтожества. Вместо этого он вполне нейтрально порадовался, что полдела во мне уже сделано. Не поняв до конца, что он сказал, я, без прежнего остервенения, продолжил атаку:
- Вы, возможно, не понимаете – для меня, как для экзистенциалиста понятие «вера» просто отсутствует (Тогда я не читал Ясперса и Къеркигора, сводя экзистенциализм только к Сартру и Камю). То есть меня интересует исключительно научный подход, но не утешение для слабых, коим является религия. Я хочу чтобы вы проанализировали меня НАУЧНО. Вы это можете, не пытаясь менять моё мировоззрение? Кстати, я сатанист и недавно ночевал на кладбище.
На почтенных барышень было жалко смотреть, но Белковский меня просто потряс: он расхохотался. - Ох и интересный же вы человек, веру отрицаете, любой оккультизм за сто метров не подойду, а сами называете себя сатанистом. Всё же в ваших убеждениях царит огромная каша, только не обижайтесь. Анализировать я вас буду абсолютно по научным методам, как и остальных, веры в трансперсональной психологии однозначно не требуется – только знание и внимание ко всему что происходит. Главное - будьте последовательны, в той же степени как экзистенциалисты, и, думаю, вам очень много нового откроется. Работа по Фрейду для вас была бы пустой тратой времени – во-первых, он устарел, а во- вторых, рассчитан он на тех, кто, увидев, что все страхи и комплексы идут из эдипого комплекса, так в штаны наложили, что забыли про все эти страхи и комплексы. С вами, если я правильно понял, такой номер точно не пройдёт.
Его свободная манера говорить и полная отсутствие религиозной экзальтированности коя, была мне всегда так отвратительна, вызвало у меня самое сильное уважение к этому явно необычному человеку. Мне было приятно слушать этого человека и я благодарил судьбу что она нас свела в этой небольшой квартире. Внезапно Сергей сказал:
- Вот мы всё о теории, а могу ли я увидеть что-то с чем мы будем работать с вашим эдиповым комплексом? Сновидение, которое мы проанализируем всей группой или скажем мандалу, думаю, Коля объяснил что это такое?
Ни слова ни говоря, я достал из пакета заранее нарисованную мандалу. Сергей взял её поднёс близко к лицу, секунд двадцать внимательно изучал её. Интересно, чего он стоит? Скажет что или нет? В подсознании вдруг родилась другая мысль, которая меня испугала – а вдруг он так силён, что, посмотрев на мандалу, сразу поймёт, что я шизофреник? Мысли роились в голове, наползая одна на другую, пока наконец Сергей не положил мою мандаллу в центр комнаты дабы всем в группе она была видна.
- Что мы можем по ней сказать?
Похоже, группа была столь шокирована моим выпадом что разом позабыла все некогдад полученные знания. Выждав пять секунд Сергей продолжил, уже обращаясь ко мне.
- Олег, наиболее характерной чертой является вот эта стена, которая разделяет вашу мандалу на две половинки, это означает что вы сейчас проходите необходимую стадию отделения от матери – очень важную и необходимую стадию. В вашей душе как бы две армии, посмотрите на рисунок, в нём всё как бы по разные стороны баррикад – птицы, люди, животные, думаю, вы пройдёте эту стадию и выйдете на другое мироощущение, когда материнский образ перестанет быть таким угрожающим.
Эти слова вызвали в моей памяти мои детские игры. Всегда в любой игре у меня были две армии – хорошие и плохие, причём всех плохих я размещал в комнате моей матери, а на её кровати в моём воображении был штаб главной агрессии. Никогда не придавая значения своим детским играм, я вдруг стал обнаруживать очень любопытные психологические параллели. Похоже, эта самая битва с драконом о которой говорит Сергей у меня была практически с первого момента жизни. Но это же я, если я буду избавлен от этой битвы – то кем буду я, пронеслось в моём сознании. Тем временем Сергей продолжал
 Дабы нам лучше понять что из себя представляют отдельные субличности я рекомендую вам написать от каждого из них некую фантазию. То есть вы представите, что вы являетесь нарисованным вам персонажем и от лица каждого из них напишете такую небольшую … презентацию. Со временем мы сможем объединить все разрозненные части вашей души в нечто единое.
Не совсем понимая, что имеет в виду Белковский, я на всякий случай начал защищаться.
 Но я не хочу ничего объединять! Я хочу избавиться от эдипова комплекса, и только. Действительно, отдельные образы нарисованные мной на этой мандалле вызывали почти непреодолимое отвращение, за которым скрывался страх в котором я не мог признаться даже себе. Сергей на полминуты задумался, после чего глубокомысленно ответил.
 Видите ли, психика как целостная система имеет свои законы, и согласно одному из них ничего нельзя уничтожить безвозвратно. Это сродни закону сохранения энергии, согласно которому никакая энергия не унечтожатеся безвозвратно. Вы выгоняете своих демонов в дверь, а они влезают в окно, при этом гораздо сильнее. Если вы останетесь на занятиях со временем понять эти очевидные законы не составит для вас труда.
У меня возникло ощущение что этот человек решил меня надурить и потихоньку, под предлогом интеграции субличностей сделать меня хорошим человечком, паинькой с христианскими убеждениями.
 Я не пытаюсь выгнать демонов, как симпатизирующий Люциферу, напротив я хочу, чтобы они были сильны во мне. Я если угодно наоборот хочу выгнать, ангелов что ли, я надеюсь вы не христианин?
Вопрос заданный мной долен был окончательно сказать мне кто передо мной и насколько я могу ему верить. Весь этот город был полон гнусных экзальтированных паинек христиан, и хотя Сергей не производил такого впечатления, во первых оное производило его группа, а во вторых всегда стоит перестраховаться.
 Я трансперсональный психолог (при слове трансперсональный холодок пошел у меня по спине от воспоминания о оленьке), и потому для меня одинаково интересны Христос, Будда, Магомет им Лао цзы. Я ученый, но не верующий, и наука которой я занимаюсь как раз исследует те состояния которые лежат в основе всех религий, но при этом могут быть пережиты каждым из нас – тех кто практикует духовные техники.
Слово «духовные» меня насторожило, ибо не раз мне приходилось слышать его от кастрированных «правильных» человечков, однако сам ответ и ориентация на науку мне понравились. Я вдруг очень захотел ознакомиться с этой трансперсональной психологией сам, но на мою просьбу порекомендовать почитать что-нибудь по этой теме Сергей сказал что такие вопросы решаются после занятий, а сейчас предложил таки разобрать мандаллу положенную посреди комнаты более тщательно. Рисунок и впрямь мог много сказать тому, кто достаточно хорошо разбирается в психологии. Мандалла представляла собой круг, разделённой двойной линией, красного и чёрного цвета. В центре каждой половины круга было нарисовано по две человеческие фигуры – чёрная и голубая. Чёрная фигура была нарисована в образе чёрта, голубая в образе человечка с безмятежной улыбкой. В нижней части рисунка были нарисованы змея и цыплёнок, а в верхней чёрное солнце и чёрная луна. Чёрт был на солнечной стороне, а безмятежный на лунной. В самой нижней точки рисунка, между разделяющих линий была нарисована маленькая фигура девочки, рядом с которой написана заглавная буква «И». На чёрта был направлен лук, непрерывно стреляющий в его сердце, а в вернем углу лунной стороны танк с отличительной свастикой. С четырёх лет я любил рисовать танки и практически всегда это были танки с фашисткой свастикой – зло мне казалось привлекательнее добра. Чуть ниже середины лунной стороны простенько изображена птица падающая вниз. Какой хаос, подумал я, из этой мандалы он не сможет выжать ничего как бы крут он не был. Между тем Белковский взял в руги рисунок и стал покручивать разными сторонами.
 Если вы не против мы начнём вот с этой фигуры девочки. Если пофантазировать кто она могла бы быть и что могла бы значить эта буква «И»?
 Но я не могу точно знать, это просто так, я могу случайно пустить вас по ложному следу, стразу стал инстинктивно защищаться я.
 Бояться абсолютно не стоит, что бы вы не сказали – это будет сказано вами и о вас. Сдаётся мне, что в этой девочке самое главное значение. Почему она заточена в стену и кто её заточил. Мне кажется если вы сможете освободить её то очень многое будет решено. Как джин из бутылки!
Выпускать джина из бутылки мне не очень хотелось, что я и собирался сказать, однако в это мгновение меня пронзила мысль.
 «Ирина»! очень громко крикнул я, подскочив с дивана на котором сидел. НА какое то мгновение я переживал состояние, некогда пережитой купающимся Архимедом. Увидев вопросительный взгляд Белковского я продолжил: - Ирина – это девочка, с которой я играл в песочнице. Она первая вдохновила мой бунт, именно благодаря ей я стал человеком, а не рабом бабушки с мамой. В четыре года я уже считал себя влюблённым в неё, каждый раз засыпая мысленно произносил её имя, боясь что бабушка прочитает мои мысли и сделает что-то.
Воспоминания стали литься сплошным потоком, вот я в пять лет играю в песочнице, и Ирина зовёт меня к яме около соседнего подъезда. Испытывая лёгкий страх я иду туда, но тут же выбегает моя бабушка и затаскивает домой, проклиная «Эту проклятую девчонку». Я конечно сопротивляюсь, даже пытаюсь поднять топор, но в пять лет вряд-ли кто сможет хотя бы приподнять топор от земли, а не то чтобы им кого-то зарубить. Я уничтожен и раздавлен. А вот я дарю Ирине значки, вынесенные из дома. Бабушка тут же идёт к родителям Ирины и заставляет её отдать значки, я вижу как родители Ирины загоняют её домой до срока, в полной уверенности что она их «Выманала». Ненависть, злоба и желание отомстить кипит в моём сердце, я ненавижу их и себя остро чувствуя что во мне их часть, их продолжение. А вот ещё одно воспоминание, мне уже восемь, бабушка умирает, а я предаюсь радости по этому поводу, наслаждаясь образом «бездушного чудовища». Я мучаю бабушку, говорю ей что она скоро умрёт, кидаю в неё кошку, и вообще рассказываю каждому встречному как я рад скорой смерти бабушки.
А вот ещё воспоминание, мне уже 11 я давно живу в другом районе, но продолжаю возвращаться на старый двор. Ирина уже большая и она ничего не помнит, но для меня в ей одной сосредоточена вся моя жизнь. О боги сколько же унижений мне пришлось пережить тогда. Неужели всё это придётся рассказывать Сергею? Я ненавижу своё детство, хотя даже не могу объяснить за что ибо эти маленькие поводы, столь ничтожны с точки зрения взрослого человека, что даже вряд ли заслуживают рассмотрения, однако для меня это бездна страшнее концлагеря. Явись сейчас Дьявол и предложи мне на выбор отправиться в девятый круг ада или в детство, я бы не задумываясь выбрал ад.
Словно увидев мои мысли Белковский начал свою речь.
 Думаю вам известно, что основные корни всех психологических комплексов лежат в детстве. Найдя и осознав их, мы можем освободиться от них. Думаю с Ириной у вас связано немало, раз вы поместили её в самый глубокую точку вашей мандаллы. Я думаю вам стоит рассказать нам о своих переживаниях связанных с ней – после чего мне ничего не оставалось как начать рассказывать то что происходило в моем детстве. Закончив своё рассказ я поинтересовался у Сергея:
 Но всё что я сказал вам я давно осознаю. Когда то мы с моим другом прочитав Берна разобрали по косточкам всё моё детство, и действительно пришли к выводу что в моей психике борятся два сценария – сценарий семьи и сценарий Ирины. Я хочу разрушить сценарий семьи и следовать только сценарию Ирины, однако это нам не помогло. Что касается моего детства я знаю всё что только можно и тем не менее никаких изменений нет.
 Сколько времени понадобилось вашему другу чтобы вместе с вами найти и проанализировать значимость Ирины и первых детских травм?
 Год!
 Вот именно! А мы дошли до них практически с первого занятия. Я думаю мне будет достаточно легко работать с столь подготовленным индивидом как вы, поскольку вы в этом реально заинтересованы. У нас есть надёжные новейшие методики, в сравнении с которыми Фрейд это каменный век с каменными топорами наперевес. Всё что от вас требуется, так это быть последовательным в этом путешествии в поисках себя. – помолчав несколько секунд он продолжил, «я думаю вы уже убедились что на мандалах ничего случайного не появляется и каждый образ имеет особое значение. Мы разобрались с Ириной, а с остальными фигурами поработайте дома. Сначала – творческая проекция, то есть разговор от имени персонажа на мандалле, а потом постарайтесь поразмышлять как их можно помирить.
Кто следующий? Спросил Сергей и начала говорить одна женщина, которая казалось была шокирована мной меньше других. Из разговора я понял, что её зовут Татьяна и она работает с «Внутренним ребёнком». Их разговор по большей части был мне непонятен и неинтересен и я погрузился в свои мысли.
Я с интересом осматривал комнату в которой проходило занятие. На стенах висели разные изображения на восточные темы, от которых казалось было не видно обоев. В левой части комнаты был огромный склад книг, по сравнению с которым соя скромная коллекция была песчинкой на пляже. Напротив от меня за спиной одной и клиенток, находился аквариум и наблюдать за неспешным плаванием рыб доставляло мне удовольствие. Оглядев всех присутствующих я с огорчением подумал что здесь мне пожалуй точно не за кем ухаживать – все женщины были старше сорока пяти лет. Мой взгляд привлёк стенд с книгами где на самом почётном месте красовались книги одной серии. Приглядевшись я увидел название серии – «Тексты трансперсональной психологии. Рядом со мной что-то говорили о космических родителях, и я подумал что должно быть Белковский не на сто процентов следует науке, ибо нигде в науке такого представления быть не может. Однако не смотря ни на что он вызывал у меня доверие и я почувствовал что наверно именно здесь мне помогут освободиться от власти материнского начала.
Пока я плавал в своих мыслях, прошло полтора часа и Белковский объявил:
 Ну а теперь пора начать медитацию.
Надо сказать что меня изрядно испугало это заявление. Медитация ассоциировалась у меня с чем то восточным, для достижения покоя и угасания страстей. Я же напротив культивировал страсти и желания и был согласен на что угодно, кроме покоя. Что я и поспешил выложить Сергею. Сергей заверил меня что буддисткие медитации он проводит отдельно по особому желанию, а то что сейчас это исключительно психологическая техника, для ого чтобы научиться работать с образами. Сказав это он попросил всех готовиться к медитации и закрыть глаза. Решив в первый раз не участвовать я приоткрыл один глаз и смотрел за Сергеем. Он занавесил окно, затем подошел к магнитофону и включил очень спокойную музыку. Я ненавижу спокойную музыку, но здесь она мне казалась более чем уместной. Я слышал голос Сергея который просил попеременно сосредотачиваться на разных частях тела, и к своему удивлению я обнаружил что у меня не получается и мысль уходит от задачи помимо моей воли. Закончив расслабляющий текст он стал просить всех представлять разные образы, но не смотря на искреннее желание и закрытые глаза у меня практически ничего не получалось. Скоро медитация закончилась и вернувшись в обычное состояние все стали делиться своими впечатлениями увиденного в своей психике. Сравнив обычное состояние и состояние в медитации я всё же отметил лёгкую разницу, точно выкурил очень слабой марихуаны, однако никаких визуальных образов не было и в помине. Уж не выдумывают ли все это? Мелькнула мысль, но высказывать её не было желания.
Вскоре все стали собираться по домам. Мы вышли вместе и мне стало ясно что разговор может продолжаться на улице. Мне было в другую сторону, но я решил воспользоваться случаем и проводить Сергея до дома вместе с группой, ибо практически все шли в ту же сторону.
При первой же возможности я подошел к Сергею и спросил:
 Вы действительно не будете менять мои убеждения? Я экзистенциалист и им и останусь. Мой идеал – Калигула из одноимённой пьесы – бунт ради бунта, во славу бунта.
 Экзистенциализм, как и любая другая философия бунта хорош на переходной ступени, когда идёт освобождение от порабощающих родительских установок. Это состояние намного достойнее состояния обычного обывателя. Бунтарь отказывается от инфантильной религии, где наверху есть папочка боженька а ты сам раб. Однако на следующий ступени необходимо отказаться и от самого бунта, чтобы стать этим самым богом. Обыватель – бунтарь – мистик, вот ступени восхождения. Если вы на определённой стадии будете фиксироваться на бунте, когда нужно отдаться потоку вас просто разорвёт, хотя может вынести на более высокий уровень сознания. Если вы не будете развиваться, то чем вы отличаетесь по сути от того же обывателя, только ступенью выше?
Я хотел было сиронизировать на тему папочки бога и космических родителей, однако желания спорить больше не было. Я принял Белковского и я хотел назвать его своим учителем. А коль он мне учитель, то надо говорить всё…
 Там я сказал не всё. Дело не только в эдиповом комплексе. Знаете ли вы что такое невроз навязчивых состояний, сокращённо Н.Н.С. Так вот у меня этот самый н.н.с. Это как железом по стеклу. Кажется что сознание наполняется какофонией от тех мыслей которые появляются и от них нет спасения. Эти мысли – это самое худшее что можно было бы подумать. Если что-то становиться дорого словно из ниоткуда появляются эти мысли которые самыми гнусными словами называют самое дорогое и любимое. Это сродни пытке – возникает ощущение, что в самой голове звучит скрежет. Сродни скрежету пенопласта. ВЫ можете работать с такими проблемами? Я замолчал в ожидании. Обычно те психологи которым я говорил о ННС, находили повод перерекомендовать меня другому психологу, и только один рискнул работать с ними. Частично он смог ослабить мои страдания, но избавить от ННС было выше его сил, да и то что он не работал в традиции психоанализа вызывало у меня лёгкое недоверие. Сейчас я ожидал что скажет Сергей с замиранием сердца.
 Разумеется этот невроз достаточно неплохо поддаётся анализу, особенно если анализируемый действительно настроен на сотрудничество. Сейчас тебе надо заниматься своими субличностями и стараться их объединить. Через некоторое время ты сам убедишься насколько изменяется симптоматика после серьёзной работы. Кстати заведите себе тетрадку для записи снов, которые тебе будут сниться. Ничто не отображает лучше динамику психики чем сновидения.
За разговором я не заметил как мы перешли на ты и подошли к дому Сергея, мы пожали друг другу руки и я заверил его что непременно приду в следующий раз, на что Сергей ответил что и не сомневается в этом. Я развернулся и направился домой. НА меня накинулось огромный поток новых мыслей чувств страхов и надежд. Сергей оказался не таким как я думал. При случае надо будет у него спросить о этой суке оленьке, знает ли он её, дабы окончательно развеять свои сомнения. Сейчас начинается новая жизнь и я получил шанс избавиться от того что мне казалось неразрешимым.