Дочитал дневники Юнгера. "Излучение", "Время оккупации". Жаль что не удалось соблюсти хронологию - его более ранняя "Сады и дороги" прислали мне когда я уже прочитал следующие два тома.
Читать Юнгера это как дышать горным воздухом. В нынешних условиях невозможно представить человека способного приблизиться к таким вершинам духа. Юнгер становится своего рода мостом к прошлому, той цивилизации духа которую человек навсегда утратил в результате "восстания примитива".
Поражает абсолютная свобода Юнгера от низших эмоций. Чистота. Даже когда на поле боя погибает его сын, к его скорби, скорби бездонной точно колодец святого Патрика, не примешивается та грязь которая обычно свойственна человеку - проклятия убийцам, жажда мести. Поразительно как оказавшись в самом центре инферно человек может остаться цельным.
Читать Юнгера под определенным углом сознания - это духовная практика.
Показательно что очень популярен ранний, еще наивный Юнгер, Юнгер идеализирующий войну, эдакий "антиремарк". Но воин становится жрецом, кшатрий - брахманом. И вот понять Юнгера брахмана дано немногим.
Забавно что я начал читать Юнгера думая что проникаю на вражескую территорию - ведь термин консервативная революция столь милый сердцу Дугина ввел именно он. По ходу чтения понимаешь что разница между Юнгером и нынешними консервативными революционерами примерно такая же как между львом и обезьяной в львиной шкуре кривляющейся перед зеркалом.

Кстати читая об ужасах которые чинила красная армия в оккупированном Берлине как то сам собой развеивается миф о исключительном благородстве.  Здесь важно кто пишет. Когда скажем кто то из заинтересованных либералов, пишет о той эпидемии изнасилований чинимых красной армией, можно отмахнуться и сказать мол клевещут окоянные. А когда основатель консервативной мысли, человек еще недавно защищавший русскую культуру и очарованный Достоевским в одной из записей упоминает о беженцах рассказавших  как в соседней деревне, солдаты загнали всех женщин в один дом, изнасиловали а потом заживо сожгли - со всей стопроцентной ясностью понимаешь - это правда. Здесь сгорают последние остатки патриотизма, которые как выяснилось еще оставались.