Лекция 31 Вселенная
Соответствия по LIber 777:
Буква – тау,
Значение буквы – Тау египетское (должно быть тау крест)
Управитель – Сатурн,
Положение на древе – йесод – малкут,
Цвета – индиго и чёрный,
Египетские боги – Себек, Мако,
Индийские боги – Брахма,
Медитация – покой,
Римские боги – Сатурн,
Животные – крокодил,
Растения – красный мак, гибискус, крапива,
Драгоценные камни – оникс,
Ароматы – стиракс и все густые, тяжелые запахи,
Минеральные вещества – свинец,
Магические силы – работы проклятия и смерти,
Грехи – скупость,
Тело человека – выделительная система,
Мифические существа – вампиры, лярвы, трупные огни,
Болезни в случае неправильной работы – атеросклероз
Рассматривай Время и все условия События как Слуг
Твоей воли, назначенных представлять тебе Вселенную.
В форме твоего плана.
И: благословение и поклонение пророку
Милой Звезды
Возможные значения при дивинации: Предмет самого вопроса, синтез, конец предмета, карта может означать задержку, противодействие, упрямство, инерцию, терпение, упорство, настойчивость, упрямство в трудностях. Кристаллизация всей затрагиваемой проблемы. (Алистер Кроули «Книга Тота»)
Согласно «Книги Тота», эта карта является архетипом завершения, магическим дополнением к «Дураку» - если «Дурак», это начало всего, то «Вселенная» это конец. В этом смысле идея двадцать первого аркана ближе к архетипу смерти, нежели 13 аркан, который носит название «смерть». Но «вселенная» - не просто смерть, после которой следует новый цикл, это финал великой работы – её главная цель, подобно тому, как Кадм пройдя круг героя, превращается в змея, и тем самым парадоксально обретает одновременно бессмертие и небытие. Поскольку Сатурн, покровительствующий этому аркану, является самой тяжелой из планет и элементов, Кроули соотносит его даже не только со свинцом, но и с самыми тяжелыми радиоактивными, веществами, которые из-за своей предельной тяжести уже не способны поддерживать напряженность внутренней структуры. Здесь имеет место очень сложная символика, которую я до конца не понимаю.
Ещё одним важным соотнесением Кроули, является сопоставление Сатурна и Земли. Кроули противопоставляет исключительно мрачное видение «земной тяжести» присущую прошлому эону: «Земля больше не чёрного цвета, не смешанных цветов, но ярко зелёная, Индиго же Сатурна, происходит от синего бархата полуночного неба , и танцующая дева представляет исход от него, но через него в вечность». (Алистер Кроули «Книга Тота»)
Настоящая сложность возникает, когда мы начинаем сопоставлять, идеи высказанные в «Книге Тота», и мысль которую высказывает Кроули в примечаниях к Liber 777: «Путь (коф, луна, уже обсуждаемая нами)уводит адепта в сторону от центральной колонны, к анархии, неуравновешенной астральной пустыни. Вот суть ошибки, ему следовало бы идти по пути Тау, проходя сквозь уравновешенные элементы астрального плана, несмотря на их мрак и ужас» (Алистер Кроули Liber 777»).Здесь фактически путь тау, который соответствует «вселенной» является не концом, а началом пути адепта, который только начинает своё восхождение от малкут.
Логично было бы предположить, что в одном из выводов имеет место ошибка. Но давайте вспомним, что каждый архетип по своей природе парадоксален и вмещает в себя противоположные аспекты природы. Таким образом, двадцать первый аркан, мы одновременно соотносим, и с финалом пути, когда под тяжестью своего духа, подобно радиоактивному элементу сознание распадается на составные части, и одновременно, началу пути, когда сознание впервые сталкивается с тяжестью инерции материи, плоти, и всеми силами устремляется к освобождению.
«Уравновешенные элементы пути тау», о которых упоминает Кроули, это не что иное как бессознательное, которое при внешней иллюзии хаотичности, на самом деле весьма структурировано и представляет собой закономерную компенсацию позиции сознания, о которой мы говорили, ещё в лекции посвященной тени.
Итак двадцать первый аркан, парадоксальным образом появляется дважды. В начале великой работы, когда индивидуальность через боль только начинает разрушать идентификацию с персоной, и понемногу учится преодолевать свинцовую тяжесть собственной инерции. НА этой стадии Сатурн, здесь имеет чёрный цвет, и это цвет мрака, тоски, и порабощенности духа плотью. Это то начало алхимического опуса, когда алхимик только начинает первые манипуляции с первичной материей Сатурна. Второй раз этот архетип появляется в сознании достигшем полного преобразования, как Зелёная дверь в бесконечность. Цвет – как будто специально, изумрудно зелёный, открывается мастеру, проходящему через эту последнюю дверь в вечность.
Рассмотрим начальный аспект «вселенной». Когда мы говорим о тонкостях архитепической вселенной, приходится столкнуться с тем, что слов порой просто не хватает, и те описания которые даются для совершенно разных архетипов, будет внешне похожа. К примеру тяжесть двадцать первого аркана, в начале пути, неопытный взгляд может отождествить с арканом «Смерть», где Сатурн, так же представлен во всём великолепии. Однако Смерть, это гораздо более поздняя стадия, которая действует более радикально, и подвергает разложению саму основу сознания, чтобы потом возродить в принципиально ином качестве. Вселенная же, в первом аспекте, подвергает разрушению только персону, внешнее и наносное, заставляя сознание столкнуться с тяжелыми и мучительными аспектами своего сознания, приковывающими к малкут. На этой стадии Змей изображенный на карте, один из вариантов великого Змея искупителя, а женщина танцующая со змеем – праматерь Ева, благодаря которым, родилась возможность познания. Здесь речь идёт не о сексуальном или интеллектуальном познании (как в арканах «Вожделение» и «Иерофант»), а самопознании, которое как известно начинается с осознания и признания собственных теневых качеств. Здесь только начинается восхождение индивидуальности по психоидным планам бытия и всё ещё сильно влияние материи, потому самопознание, здесь ограничено, личным бессознательным тени.
В финальном аспекте вселенной, речь идёт о возвращении на землю после осуществления всех задач Мага. Это та последняя стадия взаимодействия быка и пастуха, в традиции ден, где и бы и пастух окончательно исчезают растворяясь во вселенной.
- Чем я буду, когда ты сотрёшь меня? Спрашивает, осознавшая себя программа игры в фантастическом фильме «нирвана», и тут же получает ответ – «возможно снежинкой за окном». Её творец радостно, в созерцании умирает вместе со своим творением, и тут же оказывается, что и он фигура игры исходя из более высшего плана. Это легкое, созерцательное ощущение смерти, лишенное той тяжести разложения, свойственной 13 аркану, и есть архетип «вселенной», в её итоговом варианте.
Проанализировав два аспекта этой карты мы понимаем почему её значения при дивинации столь противоречивы – с одной стороны «Задержка и противодействие» с другой «завершение всего».
До изучения Таро Кроули, во всех известных мне справочниках Таро, эта карта рассматривалась как почти лишенная негативного аспекта, архетип добра, который даже в перевёрнутом варианте несет свои блага. Не смотря на это, я испытывал безотчётный ужас перед этой картой гораздо больший ужас, чем даже перед «смертью» или «башней», которые считались гораздо менее благоприятными. Только значительно позже, когда я узнал о связы двадцать первого аркана и Сатурна, я понял причину, такого на первый взгляд необычного, восприятия этой карты. Очевидно, что для меркурианского типа, представляющего «предельную динамику бытия», встреча с Сатурном, приятной быть не может.
Сновидения связанные с этой картой в начале пути, это те сновидения, где происходит встреча с тенью. При чем если активная тень и битва с ней может быть отчасти связана с Башней, как архетипом войны, то здесь скорей, тень представлена «малейшей и тошнотворной личностью», которая может быть представлена грязными оборванцами, окончательно опустившимися проститутками, бомжом покрытом язвами проазы, и другими отвратительными образы связанными с тем, что мы можем отождествить с «дном». Именно такие образы и находятся на другом дне – дне личного бессознательного, авгиевы конюшни которого начинают вычищаться по мере осознанного прохождения этого архетипа. Здесь невозможно идти войной, которая будет всего лишь, попаданием в замкнутый круг, и только принятие и медленное очищение низших субличностей может быть действенным решением.
Однако далеко не всегда начало работы прима матери связано только с «грязными» образами. Порой начало алхимического опуса изображено поистину величественными и трагическими образами падения духа в материю, как во сне приведённом в следующем абзаце. Сон этот приснился мне очень в раннем возрасте, когда я и понятия не имел о глубочайшей алхимической символике этого сновидения, что делает его ещё более ценным:
Я иду по Москве и захожу в кинотеатр. Там показывают фильм о Боге. Я вхожу в зал — на экране сразу начинается действие. Моментально я как бы перестаю быть собой и становлюсь этим действием. Его суть в следующем: некий идеальный Бог находится в своём мире, где он может делать всё. Ему нельзя только одно — играть с вороной, которая находится в центре мира.
Бог изменяет весь мир силою мысли, но к вороне не прикасается. Затем, чувствуя, что ему чего-то не хватает, он начинает жалеть эту ворону, «неизменную в изменяющемся». Бог, наконец, обращает свою мысль и на неё, и как раз в этот момент происходит нечто. Его засасывает в ворону, и я вижу (или он? — к сожалению, адекватно описать это невозможно), как этот идеальный Бог распадается на молекулы и атомы. Перед глазами проходят чередой некие уровни, и приходит понимание, что это совершенство рухнуло «ниже уровня ада», и я каким-то непостижимым образом являюсь «им» и «не-им» одновременно.
Щелчок перед глазами — я вновь оказываюсь в кинотеатре. Выхожу из зала: передо мной предстаёт умирающий мир, и в то же время всё, вроде бы, осталось, как прежде. Меня охватывают тоска и скорбь. Я твержу себе только одно: главное – не заплакать! Тут подходит моя знакомая и спрашивает: «Ты видел фильм?» Я отвечаю утвердительно, на что она замечает: «Странно, что ты не плачешь — ведь весь мир рыдает, увидев эту трагедию!»
Архетип «нарушения священного запрета» мы уже немало обсудили в других лекциях. Здесь он предстаёт несколько в необычном ракурсе — главным действующим лицом оказывается не человек, а Бог, что прямо указывает на древнюю алхимическую мудрость: «Что вверху, то и внизу». В этом сновидении практически дословно проигрывается алхимический миф о Габриции, устремившемся в объятья Бейи, и растворившемся в ней.
Бейя в этом мифе представляла первичную материю, того самого Сатурна, который и подвергалась трансформации. Ворона (одна из популярнейших аллегорий Дьявола в средневековой схоластике) у алхимиков символизировала первичную материю и стадию Nigredo, о чем упоминал Юнг в «Мистерии объединения».
Сновидения, которые представляют конец пути, где вселенная появляется в ином, изумрудном аспекте, совершенно иные. Это сновидения мудреца и пророка перед смертью, они полны образами неземного покоя, растворения и неземной гармонии. Впрочем, подобные сны, могут сниться не только перед смертью, но и после гармоничного завершения какого-либо важного периода жизни, завершения полного, без каких либо завязок на пролом, и риска возвращения назад. НИ в своей коллекции ни в снах тех кого я анализировал мне не приходилось сталкиваться с такого рода сновидениями, и думаю это понятно.