Стало очень сложно быть до конца откровенным в своих записях, понимая, что люди которых знаешь лично прочтут их. Казалось бы ерунда, но почему-то в последний момент на мыслях появляется ступор и невозможно написать всё как оно есть – идёт смягчение, приукрашивание, акцентирование. Когда я знал что меня читают только незнакомые люди в других городах, с которыми я вряд ли познакомлюсь лично было намного легче – не было причин играть роль. Сейчас всё чеще ловлю себя на мысли что пишу не то что есть, а то что надо. С этим пора кончать.
Итак кратикий обзор всего происходящего. Что называется так как оно есть.
Пировал практически всю неделю. В воскресение пировали очень славно, сначала на природе, потом переместились ко мне. Через руны похоже говорил сам Локи – Инна и Глюк получили те руны, которые хотел другой, а я вообще потянул женскую руну. Впрочем со мной то всё понятно судя по произошедшему потом.
Когда мы пришли домой выяснилось что моя мать даже пьянее меня и её очередные заморочки с любовниками кои мне приходиться регулярно выслушивать на этот раз придётся выслушивать Кэт. Она незамедлительно похитила её к ебе в комнату. Вначале, (когда я ещё был трезв) это даже казалось мне забавным – интересно какого ей бедняге? Глюк предлагал идти её выручать, но я решил, что в данном случае она неплохо отводит от нас чудовище и отговорил его. Впрочем после выпитой бутылки портвейна я изменил мнение и таки вырвал её из липких объятий.
Затем началось самое худшее. Моя мать прилипла ко мне и с интонацией женщины вамп стала вливать мне в мозг некую нежную информацию. «Мол я Кэт не понимаю, Кэт полностью её, я делаю ошибки, а должен делать совсем иное, и она с Кэт лучшие подруги которые очень похожи». Будь я в этот момент трезв я бы просто пошел к себе сделал МРП и счёл бы всё это достаточно забавным, но на свою беду я был пьян.
Я начал пьяно допытываться к Кэт на тему о чём она говорила и насколько она с ней согласна. О боги, вспомнив Кундеру и в обычном состоянии хватает слов непонятных, а тут ещё Кэт, видимо не разобрав сказала, что согласна на 80 процентов. Я спроецировал. В общем всё получилось как нельзя хуже, больше я не видел её, видя только мать, или в лучшем случае, человека которого мать уже пожрала. Короче я на Кэт наехал. Сильно.
Подутро – шок и стыд, и нежелание просыпаться. А просыпаться надо ибо сегодня учебная группа в Ордене. «Не поедет, не простит», стучало в моей голове. Задав ночевавшему у меня Володе риторический вопрос о том как всё было я стал собираться. Да что там – я и сам прекрасно помнил большую часть, на самые же гнусные свои фразы у меня будто работал блок, я не мог их вспомнить потому что не хотел. Стыд.
Не поедет. Эта уверенность заполняла всё моё существо. Опаздав на электричку я отпраился на автобусе, где уже по сформировавшейся традиции стал практиковать йогу. Удивил сам себя – просиел в позе «Бог» полчаса, почти не двигаясь. Есть я ты и твоя практика. Эти слова родились у меня в одной з пятнадцатиминутных Ассан, когда я практиковал йогу обязательно каждый вечер. Я не печатал эту фразу, точно рождённую каким то могущественным богом, прорвавшемся на миг в мой воспалённый разум, боясь оказаться непонятым. Действительно – всё что происходит во вне есть отражение, отражение хорошей, или посредственной практики. Сейчас моя практика похоже дала течь, и это стало отражаться. Неожиданно для себя я просидел аш 30 минут, хотя раньше дальше 18 я не заходил не разу. Внимание то и дело соскальзывало в сторону и было очень сложно переносить всё внимание на дыхание. Вероятно мне уже пора начать практиковать пранаяму, но с хроническим насморком это явно вызовет проблему.
Впрочем об этом отдельно. Последний раз мой демон (я в данном случае использую понятие демон не в оккультном, а в психологическом смысле) проявился более полтора года назад, когда я чуть было не уничтожил своими руками контакт в Селятино. С ознобом и скрежетом я вспоминал то что там, на дне рождения Славика происходило, я надеялся что это больше не вернёться. Обломался.
Я уже продумывал, как я буду оправдываться перед …, что со мной нет Кэт, ибо прекрасно понимал – виноват сам. Имя тебе предатель, рздавалось из глубины бесосзнательного раскатистым эхо. В то, что она придёт на место встречи мне не очень верилось. Но боги были со мной – она пришла. Занятие прошло великолепно. Правда я уже до этого разучивал эти знаки степеней, но тем не менее многое из тех пояснений значительно дополнили картину, да и пара знаков была мною запомнена несколько не точно. Теперь с нетерпением жду следующего занятия.
По окончанию занятия мы пошли в гости к … Я внимательно наблюдал за Кэт, и похоже она действительно на меня сердита, что безусловно неудевительно. Этот напряг он то появлялся то опять исчезал, когда устанавливается прочная телепатическая связь слова вряд ли смогут обмануть. Правда по мере общения я наблюдал что понихоньку возвращается преждняя Кэт, хотя нет, нет да проскользнёт это новое, такое непривычное напряжение.
Все вместе гуляли по Москве. Определённые стредства помогли избавиться от невроза и пережечь напряжение. Я превратился в пантеру – с наслаждением мяукал потягивал виртуальные когти из подушечек лап, и с удовольствием урчал. Возникло желание пробежаться на четвереньках по парку, но внутренний цензор чётко определил, что это было бы лишним.
Заснули где-то в шесть утра. Странные ощущения, когда не можеь отличить собственную тревожность от реальной телепатии. Что из того, что я чувствовал соответствовало реальности, а что было порождено химерами стыда и вины, ведомо лишь богам. Потихоньку всё налаживалось, хотя время от времени я ловил совершенно неожиданные сигналы…
Слудующий день – прогулка по Москве. Кэт уехала раньше, что понятно, очевидно даже остаться на ночь требовало от неё отказаться от многих дел, а мы с … сходили на горбушку. Для ближайшего просмотра приобрёл «Сжигатель трупов» чешский фильм про хозяина крематория в годы второй мировой. Говорят сильная экзистенциальная трагедия, надо посмотреть.
Потом – конопляный марш. Это вообще история отдельная. Маршу было так и не суждено пройти, и его по ходу достаточно быстро и грамотно разогнали, хотя физических столкновений не было. Интересно как оно прошло в Санкт Питербурге. Журналистов с камерами было до черта, но как я не старался попадаться им под ноги – у меня интервью так и не взяли. Я уже было заготовил хорошую такую телегу и конопле как единственном средстве самопознания (на самом деле единственном для тех у кого нет йоги, для нас же одним из), но ни один журналюга так и не подошел ко мне – видать для интервью я слишком цивильно выглядел. В общм вернулся я домой сегодня. Пишу, перевариваю, анализирую. Вспоминаю уже много лет нечитанный «хтон» Пирса Энтони. Я то думал, что это уже для меня неуктуально.