Впервые за долгое время у меня в жизни наступил период неопределённости. Я будто подавлен чем-то, а чем именно - не могу разгадать. С одной стороны полное благополучие, с другой нарастающее чувство тревоги.

разговор

Кажется, я помешался. Всю дорогу Каринтия-Вена-Токио меня преследовали мысли о Тезке. Тот самый турнир Канто, вероятно, поселился в мозгу и я ничего не могу с этим поделать.
Вчера я, сам не зная для чего, проторчал у его дома полтора часа. Я ждал его, я ехал крышей, желая наконец увидеть его прямую спину, надменное лицо и это сумасшедшее запястье, напрягшееся под тяжестью школьного портфеля. Наконец он вышел, деловито разговаривая с кем-то по мобильному. Должен признаться, мне стоило немалых усилий подавить спонтанное, и от этого ещё более мощное желание выйти из машины, взять трубку из рук Тезки и от души швырнуть её в вишнёвый сад соседей семейства Кунимицу.
- Поехали. Хётей Гакуен.

Я опоздал на занятия впервые за последние полгода. И я не знаю какого хрена всё это значит.

Никогда не понимал для чего людям нужно столько жаловаться. Если что-то не получается - переделай, кто-то не слушает - убеди прислушаться, чего-то не хватает - включи мозги и найди. Самодисциплина - основоположник успеха. Именно так моя семья некогда добилась положения в обществе, славы и, как логическое следствие, влияния. Не деньги делают человека. Наоборот. И мне странно слушать тех, кто убежден в обратном. Хаха, друзья мои, никогда - вы слышите? - никогда не думайте, что пара-тройка сорванных на лёгкую руку тысяч йен спасут ваши шкуры. О нет. Или ты включаешь голову и начинаешь ею думать, или прозябаешь всю оставшуюся жизнь в нищете. И я сейчас не только о деньгах говорю.

Теннис - моя жизнь. И я никому не позволю отобрать её у меня.

Тринадцатого числа я вернулся из Греции. Месяц прожил вдали от шумной Японии, вдали от школы и своей теннисной команды. Помнится, я оставил их на попечение Кабаджи и Ошитари. Ощущение, что меня не было в стране лет эдак пять не оставляет.

Не писал здесь о том, что перед поездкой успел подвернуть ногу. Но ракетку с собой таки взял. Как-то не по себе без неё. Отец запретил выходить на корт пока связки на восстановятся полностью и я решил его не ослушиваться. Нога заживала медленно, но первые дни без ежедневного корта тянулись гораздо медленнее... Зато в освободившиеся часы я гулял по городу, общался с местными, тем самым желая подтянуть свой греческий.

В нескольких километрах от Ираклиона располагался остров Диа, куда я приплыл на яхте ровно в полдень. Родители, приставив ко мне вездесущих секьюрити, подались куда-то в сторону Крита. Целый день я был совершенно один. Непривычное место, чужие люди, теплый ветер и сумасшедшая глубина вокруг. Завтрак на борту, говорливые и улыбчивые гречанки, дайвинг... Я развлекался как мог.

Пять дней назад я вернулся в Японию, но чертовски привлекательная экзотика Греции застряла в сердце на всю жизнь. Следующий раз возьму с собой кого-то и - снова на целый месяц.

Только что позвонил отец и сообщил интересную новость: через неделю мы летим в Грецию.
Я просто не верю своему счастью: целую неделю в комании родителей. Отец редко бывает дома, маме же я сам не успеваю уделить достаточно времени - а теперь целая неделя вместе с ними. Обоими.

С детства моим воспитанием занимались многочисленные няни, гувернёры и воспитатели. В теннис меня учил играть личный тренер, причем за несколько лет через мои корты их прошло четверо. Папа прекрасно играл в теннис, но выйти на корт в его компании мне удавалось крайне редко. Например тогда, когда он приезжал из очередной поездки и собирался в другую. Мать же любовью к теннису никогда особо не пылала, поэтому я вымещал всю свою спортивную злость на то и дело меняющихся тренерах и просто случайных спарринг-партнёрах.

А теперь я уверен, что мы с отцом наиграемся вдоволь. Пожалуй, я сам займусь вопросом обзванивания отелей, где мы будем останавливаться. Надо же знать какие там корты, какое у них покрытие, есть ли рядом спортивные магазины... Отличная все-таки новость!

*смотрит на календарь* Заветное четырнадцатое число приближается... Мне интересно только одно: в этот замечательный день мне идти в школу или лучше провести его дома в компании закрытого корта, любимой ракетки и автомата для подачи мячей? *содрогается* Как же сложно быть Атобе Кейго.

Перед более-менее серьёзными матчами другие команды становятся крайне любознательными. Особенно их источники информации. Например, сегодня оре-сама буквально поймал за шкирку Инуи из вездесущих Сейгаку. Наш очкастый друг пытался найти мои наброски относительно новой программы для команды. Самое занятное, что на вполне логичный вопрос о том, что он здесь делает, Инуи поведал, что у него устарели практически все досье на Хётей и их понадобилось срочно обновить. Незадолго до регионального турнира. Честно говоря, я даже немного опешил от такой наглости и тут же выпроводил болвана прочь. Остается невыясненным лишь один вопрос: Сейгаку что, действительно считают, что даже благодаря свежайшим данным можно победить Хётей? Или это только Инуи у них такой кретин? Тайна на тайне, идиотизм на идиотизме.

Эмоциональная сторона жизни: всё-таки эта была не любовь. Так, мимолётная симпатия к девушке, хоть чем-то отличающейся от прочих её сверстниц. Да, она была нежной и смешной, была красивой и немного наивной. А ещё она была неплоха в постели. Но секс был быстрым и не особо для меня примечательным. А жаль, девочка была уже не девочкой и по идее должна была уметь куда больше, чем довелось увидеть моей божественной персоне.

Девушки, учитесь хорошему сексу - парни это ценят.

Вчера во время товарищеского матча Хиёши подвернул ногу. В медпункте оказали первую медицинскую и со вздохом сказали, что в ближайшие пару недель на корт ему лучше не выходить. Надо было видеть каким взглядом он прожигал пол, когда врач выговаривал ему своё недовольство по поводу того, что профессиональные теннисисты обязаны беречь себя, а не вести себя на корте так, словно это их последний карьерный матч...

Я, конечно, ценю такое рвение к победе, но щадить себя ещё никто не запрещал. Неужели обычный товарищеский достоин вынужденного двухнедельного перерыва и следовательно торможения слаженной работы всей команды? Я так не считаю. А так как правила тенниса команды Хётей регулирую я, значит мне решать кто достоин быть её игроком, а кому ещё есть чему поучиться. Поэтому я решил дать Вакаши отдохнуть. Полагаю, ещё месяц кроме двух недель в реабилитационном центре послужат ему хорошим уроком.