Мужчины ничего не боятся: ни мышей, ни целлюлита, ни харрасмента. Но есть и у представителей сильного пола свои тайные страхи, о которых они предпочитают не распространяться. Женщины о них могут только догадываться.

Если в поисковике набрать «мужские сексуальные страхи», то окажется что

первую позицию занимает женский форум «Натали». Тамошние дамы знают только об одном мужском страхе, поэтому назовем его «пропиаренным».

Пропиаренный страх

Импотенция – это больше чем болезнь, это лишение принадлежности к высшим существам: к мужскому полу.

Страх стать импотентом довел до депрессии не одно поколение парней. Да что там говорить, за многие века не один миллион женихов в день свадьбы едва ли не падал в обморок от осознания собственной ответственности и страха «дать осечку». И если вдруг «это» происходило, то по всей стране неслось: «О господи, может я ненормальный... может ей со мной плохо... как жить дальше... а вдруг это самое навсегда...»

К пиару могучего древнего ужаса приложило лапу и Министерство здравоохранения. Импотенция упоминалась везде: на антиалкогольных и антинаркотических плакатах, в журнале «Здоровье», в медицинских справочниках, в научной и околонаучной литературе. Будешь себя плохо вести – не будет стоять.

Слово «импотент» превратилось в одно из самых распространенных проклятий, а, собственно, импотенты чувствовали себя подобно прокаженным – разве что колокольчиков не носили.

Так продолжалось долго, до тех пор, пока у врачей и фармацевтов не дошли руки и до этого дела после всяких важных вещей вроде борьбы с чумой, ящуром и сибирской язвой. Появилась виагра, затем сиалис, препараты простагландина… Теперь импотенция называется эректильной дисфункцией, и из самого главного мужского страха превратилась в политкорректное медицинское состояние, с которым можно и нужно бороться.

Пропиаренный страх постепенно уходит в прошлое и скоро будет окончательно изжит, благодаря новым успехам фармацевтической промышленности.

Коммерчески выгодный страх

Или страх «не соответствовать». Примерно до шестидесятых годов XX века у мужчин хватало и других забот, кроме как думать о такой ерунде, как длина пениса и продолжительность полового акта. Они вступали в экстремистские партии вроде ВКП(б) и НСДАП, убивали друг друга в многочисленных войнах, и вдруг все это веселье закончилось – грянула Великая сексуальная революция.

Порнозвезды, употребляющие кокаин, и режиссеры-алкоголики воплотили на экране такие запредельные секс-марафоны и воистину космические размеры, что у обывателя ум за разум зашел.

В тщетных попытках уподобиться любимым героям прошли долгие годы, оставившие нам в наследство чувство неполноценности, вакуумные помпы и грузики для увеличения мужского органа и тысячи методик типа «как заниматься сексом сутки напролет».

Архетипический страх

Страх кастрации был изобретен Зигмундом Фрейдом в конце XIX века. В те времена народ в Австрии и Германии жил дикий, необразованный, перед врачами трепетал и выкладывал все свои страхи, которые тогда еще не были подсознательными. Половина мужского населения была уверена, что женщин кастрируют в детстве; вторая половина – что у женщин «там» иногда бывают зубы, и абсолютно все – что женщины мстят мужчинам, мочась им в пенис через влагалище.

Понадобилось две мировые войны, чтобы процент темного поголовья значительно сократился.

В наши дни страх кастрации преобразовался во вполне рациональныйстрах разозлить свою подружку настолько, что она откусит или отрежет член. Прецеденты, увы, бывают и вызывают у общественности гораздо больший интерес, чем если бы дама пырнула кавалера кухонным ножом в живот.

Все-таки живо в нашем коллективном бессознательном наследие предков...

Практичный страх

А вдруг неосторожная женщина сломает или повредит эрегированный член? О переломе члена слышали все, но подробностей не знает никто, кроме врачей-урологов. На деле это довольно редкое медицинское состояние. Однако во избежание эксцессов, мужчины предпочитают, чтобы с их членом (особенно в состоянии эрекции) обращались очень бережно, как с дорогой китайской вазой. В ином случае представить реакцию своего друга очень легко: проведите эксперимент, подбросив вверх и поймав…его новый КПК, например.

Гомофобский страх

Говорят, в 1950-ых годах некий доктор Куинси провел в Америке опрос мужского населения и выявил у 50% мужчин склонность к гомосексуализму. «Упс...», – сказали натуралы. Потом эта цифра мистическим образом поднялась до 70-80 %. «О ужас», – сказали натуралы и стали с опаской присматриваться друг к другу.

Затем кто-то провел исследование, в котором гомофобам демонстрировалось гей-порно – и гомофобы выдали стойкую эрекцию во время просмотра. Теперь уже все молчали и боялись. Не дай бог обняться, не дай бог поцеловаться (помните советские фильмы?), не дай бог посмотреть на кого-то в мужском туалете...

«Самое страшное, что может случиться – стану пидарасом», – поет Шнур. Судя по недавнему несостоявшемуся гей-параду, накал паранойи не спадает.

Цивилизованный страх

Он возник, когда выяснилось, что женщинам тоже нравиться заниматься сексом (видимо, и тут не обошлось без феминисток). Когда в середине XX века учеными был открыт загадочный феномен женского оргазма – до сих пор никто не может толком объяснить, что же это такое.

Как только до мужчин дошло, что партнерши во время полового акта что-то чувствуют, они занервничали. И с тех пор задают вопросы «Милая, тебе было хорошо? Ты кончила?» и со страхом ждут ответа...

Возвышенный страх

Это просто страх женщни. Он сильнее всего выражен у мусульман, ведь в исламе женщина – сосуд зла, дитя порока, алчущая сластолюбия и отвлекающая благородного мужа от благочестивых мыслей. И этим все сказано.

А один мой приятель боится, что потеряет, например, ногу, станет инвалидом, и жена от него уйдет. Вот такие страхи, сексуальные и не очень.