«Знать, что кто-то влюблен не в нее, а в другую девушку, всегда было для Скарлетт сущей мукой…»

«Но, черт подери, она была так бесцветна, так тоскливо-однообразна по сравнению с яркой, изменчивой, очаровательно-капризной Скарлетт. С Индией всегда все было ясно, а Скарлетт была полна неожиданностей. Она могла довести своими выходками до бешенства, и в этом была ее своеобразная прелесть»

«А мне дайте резвую лошадь, стакан хорошего вина, порядочную девушку, за которой можно приволокнуться, и не очень порядочную, с которой можно поразвлечься, и забирайте себе вашу Европу, нужна мне она очень…»

«И в этот самый момент в ней вспыхнуло желание. Она захотела, чтобы он принадлежал ей, захотела не рассуждая, так же естественно и просто, как хотела иметь еду, чтобы утолять голод, лошадь, чтобы скакать верхом, мягкую постель, чтобы на ней покоиться»


«Правда, он никогда не домогался ее любви и в его ясном сером взгляде никогда не вспыхивало того пламени, которое она привыкла подмечать в обращенных на нее взглядах других мужчин. И все же… все же… она знала, что он любит ее. Тут она ошибиться не могла. Ей говорил это ее инстинкт – тот, что проницательнее рассудка и мудрее жизненного опыта. Часто она исподтишка ловила на себе его взгляд, в котором не было присущей ему отрешенности, а какая-то неутоленность и загадочная для нее печать. Она знала, что Эшли любит ее. Так почему же он молчал? Этого она понять не могла. Впрочем, она многого в нем не понимала.»

«Чтобы брак был счастливым, муж и жена должны быть из одного теста»

«Ни одна жена на всем свете не сумела еще переделать мужа, и советую тебе зарубить это на носу»

«Кого ты изберешь себе в мужья – не имеет большого значения, если это будет джентльмен, южанин и человек достойный. А любовь приходит к женщине уже в браке»

«Нельзя вмешиваться в разговор джентльменов, даже если знаешь, что они не правы и ты лучше осведомлена, чем они. Джентльмены не любят чересчур самостоятельно мыслящих женщин»

«Прежде всего надо быть гордой. Появиться в Двенадцати Дубах веселой и оживленной как никогда. Ни одна душа не должна заподозрить, что она убита союзом Эшли с Мелани. Она будет кокетничать напропалую со всеми мужчинами подряд. Это, конечно, жестоко по отношению к Эшли, но зато его еще сильнее потянет к ней. Она надеялась, что все произойдет именно так, - ведь иначе привести в исполнение ее план будет нелегко. Ну, а уж если Эшли не сделает первого шага, ей просто придется сделать его самой»

«Боже мой, поскорей бы уж выйти замуж! Просто невыносимо вечно придуриваться и никогда не делать того, что хочешь. Надоело мне притворяться, будто я ем мало, как птичка, надоело степенно выступать, когда хочется побегать, и делать вид, будто у мен кружится голова после тура вальса, когда я легко могу протанцевать двое суток подряд. Надоело восклицать: «Как это изумительно!», слушая всякую ерунду, что несет какой-нибудь олух, у которого мозгов вдвое меньше, чем у меня, и изображать из себя круглую дуру, чтобы мужчинам было приятно меня просвещать и мнить о себе невесть что…»

«- Почему девушка непременно должна казаться дурой, чтобы поймать жениха?
- Да, думается мне, это оттого, что жентмуны сами не знают, чего им нужно. Они только думают, что знают. Ну, а чтоб не горевать целый век в старых девах, надо делать так, как они хотят. А жентмунам-то кажется, что им нужны тихие, маленькие дурочки, у которых и аппетиту и мозгов не больше, чем у птичек. Сдается мне, ни один жентмун не сделает предложения девушке, ежели заметит, что она кое в чем смыслит больше него.
- Значит, для них большая неожиданность, когда после свадьбы они обнаруживают, что их супруги не полные идиотки?
- Ну, тогда уж все равно поздно. Они ведь женились уже.»


«Она чувствовала себя такой приятно взволнованной и счастливой сегодня, что ей хотелось обнять весь мир. Она была красива и сознавала это»

«Скарлетт, преклонявшейся перед матерью и обожествлявшей ее, хотелось, порой, растрепать ей прическу и какой-нибудь дерзостью вывести из себя. И вместе с тем она понимала, что одно несовместимо с другим. Двойственность ее проявлялась также и в том, что ей хотелось казаться своим поклонникам хорошо воспитанной, утонченной молодой леди и в то же время – этаким задорным бесенком, который не прочь позволить поцеловать себя разок-другой»

«Чтобы заинтересовать мужчину и удержать его при себе, нужно сначала вести разговор о нем самом, а потом постепенно, незаметно перевести на себя и дальше уже придерживаться этой темы»

«Это не ее вина, если некоторые девушки не умеют удержать возле себя мужчину»

«Любовь подсказала ему, что для девушки достаточно быть красивой, доброй и обаятельной, а образованность может только нанести ущерб ее чарам»

«Если мужчина был когда-нибудь ее поклонником, у нее навсегда сохранилось убеждение, что он в какой-то мере принадлежит ей, и все его славные деяния возвышали ее в собственных глазах

Батлер о богатстве
«Большие деньги можно сделать в двух случаях: при созидании нового государства и при его крушении. При созидании этот процесс более медленный, при крушении – быстрый»

«В эти головокружительные дни радость сплеталась с болью, и Скарлетт жадно старалась не упустить ни единого мгновения, чтобы потом, когда Эшли уже не будет с нею, из месяца в месяц перебирать их в памяти, черпая в них утешение, снова и снова вспоминать каждую мелочь: пение, смех, танцы, какие-то маленькие услуги, оказанные ею Эшли, его желания, предвосхищенные ею, улыбки в ответ на его улыбки, молчание, когда он говорит, а она следит за ним глазами, чтобы каждая линия его стройного тела, каждое движение бровей, каждая складка в углах губ неизгладимо запечатлелись в памяти: ведь неделя проносится так быстро, а война длится целую вечность»

«Янки лишили ее удовольствия пить настоящий кофе с сахаром и сливками, и одного этого было достаточно, чтобы она возненавидели их всей душой»

Батлер Скарлетт
«Я люблю вас, Скарлетт, потому что мы с вами такие родственные души. Мы оба отступники, моя дорогая, и низкие себялюбцы. Плевать мы отели на все на свете – лишь бы нам самим было хорошо, а там пропади все пропадом»

«Это очень плохо для женщины – познать самое страшное, потому что тогда она перестает вообще чего бы то ни было бояться. А это скверно, когда у женщины нет страха в душе. Бог предназначил женщине быть скромным, боязливым существом, а если женщина ничего не боится, в это есть что-то противное природе… Нужно сохранить в себе способность чего-то бояться.. Так же, как способность любить…»

Ретт об Эшли
«Если бы он любил вас, как выговорите, он должен был бы знать, на что вы способны, когда доведены до отчаянья. Если он не догадался сам, без подсказки, значит, ничего он не знает ни о вас, ни о вашем драгоценном уме»

Разговор Скарлетт и Ретта
« - Нельзя иметь все. Вы либо будете делать деньги неподобающим дл дамы способом и всюду встречать холодный прием, либо будете бедны и благородны, зато приобретете кучу друзей. Вы свой выбор сделали.
- Бедствовать я не стану. Но.. я сделала правильный выбор, да?
- Если вы предпочитаете деньги
- Да, я предпочитаю деньги всему на свете.
- Тогда вы сделали единственно возможный выбор. Но за это надо платить – как почти за все на свете. И платить одиночеством»

Ретт Скарлетт
«Если вы не как все, то всегда будете одиноки – всегда будете стоять в стороне не только от ваших сверстников, но и от поколения ваших родителей, и от поколения ваших детей. Они никогда вас не поймут, и что бы вы не делали, это будет их шокировать. А вот ваши деды, наверно, гордились бы вами. Да и ваши внуки будут стараться подражать вам»

Ретт Скарлетт
«Мне вас жаль, потому что вы такое дитя. Дитя, которое плачет оттого, что не может получить луну. А что бы дитя стало делать с луной? Да, мне жаль вас – жаль, что вы обеими руками отталкиваете от себя счастье и тянетесь к чему-то, что никогда не сделает вас счастливой. Жаль, что вы такая дурочка и не понимаете, что счастье возможно лишь там, где схожие люди любят друг друга. Если бы вы получили своего бесценного благородного возлюбленного, вы думаете, что были бы счастливы с ним? Черта с два – нет! Вы никогда бы таки не узнали его, никогда бы не узнали, о чем он думает, никогда бы не поняли его, как не понимаете музыку, поэзию, прозу, - вы же ни в чем не разбираетесь, кроме долларов и центов. А вот мы с вами, дражайшая моя супруга, могли бы быть идеально счастливы, если бы вы дали мне хоть малейшую возможность сделать вас счастливой, потому что мы с вами – одного поля ягоды. Мы оба мерзавцы, Скарлетт, и ни перед чем не остановимся, когда чего-то хотим. Мы могли бы быть счастливы, потому что я любил вас и знаю вас, Скарлетт, до мозга костей – так, как Эшли никогда вас не узнает. А если узнает, то будет презирать…»

Эшли о Мелли
«Она была моей единственной сбывшейся мечтой – она жила и дышала и не развеивалась от соприкосновения с реальностью»