Однажды Антонина Алексеевна ударила своего мужа служебной печатью и выпачкала ему лоб печатной краской.
Сильно оскорбленный Петр Леонидович, муж Антонины Алексеевны, заперся в ванной комнате и никого туда не пускал.
Однако жильцы коммунальной квартиры, имея сильну нужду пройти туда, где сидел Петр Леонидович, решили силой взломать запертую дверь.
Видя, что его дело проиграно, Петр Леонидович вышел из ванной комнаты и, пройдя к себе, лег на кровать.
Но Антонина Алексеевна решила преследовать своего мужа до конца. Она нарвала мелких бумажек и посыпала ими лежащего на кровати Петра Леонидовича...
Взбешенный Петр Леонидович выскочил в коридор и принялся там рвать обои.
Тут выбежали жильцы и, видя, что делает несчастный Петр Леонидович, накинулись на него и разодрали на нем жилетку.
Петр Леонидович выбежал в жакт.
В это время Антонина Алексеевна разделась догола и спряталась в сундук.
Через десять минут вернулся Петр Леонидович, ведя за собой управдома.
Не найдя жены в комнате, управдом и Петр Леонидович решили воспользоваться свободным помещением и выпить водочки. Петр Леонидович
взялся сбегать за этим напитком на угол.
Когда Петр Леонидович ушел, Антонина Алексеевна вылезла из сундука и предстала в голом виде перед управдомом.
Потрясенный управдом вскочил со стула и подбежал к окну, но, видя мощное сложение молодой двадцатишестилетней женщины, вдруг пришел в дикий восторг.
Тут вернулся Петр Леонидович с литром водки.
Увидя, что творится в его комнате, Петр Леонидович нахмурил брови.
Но его супруга Антонина Алексеевна показала ему служебную печать, и Петр Леонидович успокоился.
Антонина Алексеевна высказала желание принять участие в попойке, но обязательно в голом виде да еще вдобавок сидя на столе, на котором предполагалось разложить закуску к водке.
Мужчины сели на стулья, Антонина Алексеевна села на стол, и попойка началась.
Нельзя назвать это гигиеничным, если молодая голая женщина сидит на том же столе, где едят. К тому же Антонина Алексеевна была женщиной довольно полного сложения и не особенно чистоплотной, так что было вообще чорт
знает что.
Скоро, однако, все напились и заснули: мужчины на полу а Антонина Алексеевна на столе.
И в коммунальной квартире водворилась тишина.

22 янв<аря> 1935 года