Цитата сообщения livs4ever Какой сегодня год?



Я опаздывал на работу. Сильно. Я понял это в тот момент, как, вскочив с кровати, обнаружил за окном сумерки. Холодный пот потек по спине, губы ссохлись до запеченной корочки: "Выгонят первым…" - мелькнуло в голове, чтобы мгновенно уступить место сладостному облегчению: "Новогодние каникулы!".

Изумляясь, что человек может испытывать облегчение и изнеможение одновременно, я опустился обратно в кровать, и тут же подпрыгнул снова: "Каникулы? Значит, я проспал Новый год? Дело дрянь, какой же сегодня день?". Я взглянул на будильник – тот злобно мерцал циферками 01.01. Час ночи чтоли? Тогда как-то слишком светло. А если час дня – то жуть как темно. Впрочем, 31-го всегда рано темнеет. Видимо я еще успею подготовиться и отпраздновать "как следует".

Я поудобнее разместился в койке и стал с улыбкой на лице размышлять, как наряжу елку, нарежу из купленных вместе с Катей продуктов салат оливье, придут ребята…
При мысли о Кате что-то тревожно кольнуло в сердце, и я снова посмотрел на будильник: он ровно с тем же выражением "на лице" демонстрировал 01.01. А ведь, по самым скромным прикидкам, я уже минут 15 как отдавался блаженным мечтам о празднике. Так сколько же, наконец, времени? День какой?

Я сполз на пол (все силы отнял первый выброс из-под одеяла) и отправился к штанам, видневшимся невдалеке: в кармане жил мобильник – увы, он оказался разряженым трупом. Следующим пунктом стал пульт от телевизора. Но, чтобы до него добраться, надо было миновать стол, на котором я заметил странно-зеленеющую массу в салатнике. В том, куда я обычно оливье кладу. Колбаса почему-то приобрела фиолетовый оттенок, а над селедочницей кружили дрозофилы. Ладно, о них потом подумаю.

Я нажал кнопку - победа! - шли новости. Гадливо пялившаяся на меня дикторша с кривой ухмылкой рассказывала, что по всей стране народ празднует самый любимый праздник, но упорно отказывалась назвать день. Секунд через 30 я очумел от ее визгливого голоса явной номинантки на главный приз в конкурсе "Техасская резня бензопилой", выключил ящик и прямо тут, на полу приказал мозгу думать, вспоминать. Причем с того момента, как мы стояли в бесконечной очереди в кассу обожаемого Катей гипермаркета.

Я нахожу сомнительным развлечением поход туда и в обычные дни, но Катюша почему-то упорно твердит, что это экономит кучу времени, сил и денег. Касательно времени: обычно мы укладываемся примерно в полдня, денег тратим в половину зарплаты, а после такой поездки мне обычно необходим минимум один выходной. Я сразу описал любимой все прелести экскурсии в этот зверинец 30 декабря, но Катя стояла на своем, и ради праздника я уступил.

"Заводиться" я начал на трассе, состоявшей из монолитной пробки: обычные полчаса дороги вылились в три (в одну сторону). Еще полтора часа ушло на поиск места на парковке, зато нам повезло с тележкой – она сиротливо стояла возле соседнего джипа, так что у меня слегка отлегло. Когда мы вошли, я предложил сразу встать в очередь к кассе, но Катя пообещала, что быстренько купит «все только по списку»… Через пять часов мы еле вытащили телегу «с верхом» на улицу. На работу ехать смысла не было: позвонил Миха и радостно сообщил, что корпоратив уже кончился, "по крайней мере бухла нет, осталась только замороженная пицца".
Я порадовался, что мы уже сидим в машине и в пробке – деваться Кате было некуда – и смело принялся излагать ей мои мысли по поводу событий этого дня. Первые полчаса она пыталась оправдываться, затем мы орали друг на друга, а потом вдруг она замолчала и за весь оставшийся временной отрезок не вымолвила ни слова.

Зато лишь только мы подрулили к подъезду, Катя быстро выскочила из машины и исчезла, оставив меня наедине с растекающимся по сырой картошке студнем и съежившимися пирожками. Пришлось как полному лоху все выгружать и разбирать в одиночку. И только сунув последний мешок в холодильник я вспомнил, что мог позвать Миху – ему все равно на работе делать было уже нечего. Он сильно обрадовался и пообещал "подлелеть". Спустя 15 минут раздался звонок в дверь – на пороге стояло человек 10 незнакомых мне людей, а откуда-то из глубины этой "очереди" доносился Мишкин зычный голос, заверявший всех, что его друг "будет рад всем".

Я смог подобраться к другу лишь в начале третьего ночи. "Ну пойми ты, не мог же я их на улице бросить. Классные пацаны и телки – мы с ними в баре познакомились". К тому моменту я даже почти радовался неожиданной тусовке. Я уже осознал, что как всегда был неправ, пять раз пообщался с Катиным автоответчиком, упорно твердившим, что мой звонок ей важен, залил горе некоторым количеством водки: текила, шампанское, мартини и джин честно ждали своего новогоднего часа.

Около четырех утра в стенку - как всегда - стали барабанить соседи, но мы твердо стояли на своем праздничном праве до семи утра, пока нас не зарубило. Я вспомнил, что проснулся в три часа дня 31-го января с незнакомой мне голой девкой в постели. От радости, что Катя нас не застала, я срочно должен был выпить – тем более, что Мишка (он, оказывается никуда не уходил), открыл-таки бутылку текилы. Мы культурненько достали лимончик, колбаску, стопочки, сок – и быстро выпили "за то, чтобы все беды остались в этом году".
Потом еще – "за приближающийся", следующую "за Катю – такую чудесную, необыкновенную", потом за нас, за друзей, родителей и "за то, чтобы мне избавиться от этой сволочи, ехидины-Катьки". Тут как раз встала голая девка.

То есть, она уже была не голая, а в халате моей подруги, как на грех появившейся именно в момент нашего ликования по поводу оригинальности последнего тоста… Я потер виски и понял, что помню последовавшую за этим мерзкую сцену, устроенную Катериной, и выдохнул: она все же была в том году. А я в каком? Я точно помнил, что Катя ушла около девяти вечера, прихватив моих друзей, зато я не сдал вход в маленькую комнату, где хранились заветные запасы алкоголя, купленные ею же на праздник. Я озадаченно пересчитал бутылки с шампанским и понял, при том, что я эту гадость не пью, трех не хватает. Всего остального, кажется, нам тоже в магазине недодали. Не ехать же обратно, не ссориться с людьми – праздник на носу. Пожалуй, подравняю счет. Так, чтобы всего было поровну…

Я вычислил год, потому что теперь я точно знал - мы с президентом вместе подняли бокалы с шампанским. Правда, мне не у кого было уточнить, какой по счету пьет он, но, судя по тому, как странно выговаривала слова голова в телевизоре, как двоился президент с каким-то непохожим на него толстым и лысым мужиком, я понял, что глава государства выпить не дурак – наш человек. А потом, когда я присмотрелся, он меня сильно расстроил: оказалось, что нашего президента у власти сменил какой-то юморист, поседевший, полысевший и разжиревший от своих шуток. Он прохаживался насчет народных денег и гениталий одновременно и желал всем в следующем году работать на государственные сектор и чего-то еще…
Разозлившись на то, что смена власти прошла так тихо, я выбросил кухонный телек из окна. Но местный мент, которого вызвали соседи, сказал, что я смотрел вечернее шоу первого дня наступившего года.

Я рассказал про государственный переворот, и мы выпили с горя. Сначала шампанского, потом водки и джина, потому что текилы не осталось. А я пошел звонить Кате и резать салат – вдруг она приедет – так ее сюрприз будет ждать. Когда я понял, что ссыпал в оливье сырую картошку – я заплакал. Тем более, что Катя все не подходила к телефону, а мне без нее уже было плохо.

Зато позвонил Миха и позвал к себе в гости. Я потчи оделся, нашел куртку, полез в карман и обнаружил там еще одну бутылку текилы – она в руках не помещалась, когда я продукты таскал. Дальше я смутно помню, что второго числа ко мне заезжал Миха – звал мое тело кататься на горных лыжах, но тело не слушалось моих приказов и отказывалось ему отвечать. Кажется, приходила Катя. Она села на стул возле кровати и сообщила моей плоти, что уходит от меня к Михе, потому что он пьет меньше, а еще, не дожидаясь Нового года, они совершили какой-то грех "перлубо…", "прилюда…", тьфу, переспали то есть.

На этом воспоминаниям настал конец. Остальное проносилось хаотично: Мишкина морда с замечательным фингалом, Катька заламывает руки, снова голая девка, пара ментов, соседи. Какой сегодня день в результате? Совершив героический подвиг, я добрался до ванной и принял холодный душ, поставил мобильник на подзарядку и снова включил телек в комнате. Новости читал мужик. Он рассказал, что завтра у православных будет сочельник Рождества и сообщил как надо правильно его справлять – в очень строгом посте. "Пятое", - облегченно высчитал я, а, глянув на мобилу, определил и время – 16.35. До строгого сочельника еще было время, чтобы встретить достойно. Встретить и его и Рождество. Оставалось только пополнить запасы.