Немецкий журналист Удо Ульфкотте: Нас готовят к следующей войне (видео)

7 Февраль, 2015
Известный немецкий журналист написал книгу, о том как врут европейские журналисты.

/послушайте, интересно - о Новороссии, Меркель и многом другом !/
 

Вы поймете, почему это интервью пролежало в моем диктофоне почти два месяца, когда прочитаете последний абзац. Лень тут ни при чем.

Потому что поговорив с немецким журналистом Удо Ульфкотте о том, чем стала наша с ним профессия в эпоху информационных войн — я пришла к тому же выводу, что и он. Что заниматься журналистикой, пожалуй, больше не стоит…

Но окружающий мир явно так не считал, подбрасывая в костер одно полено за другим: то убивая журналистов из «Шарли Эбдо», то расстреливая Горловку и Мариуполь. Мир отвечал казнями, устроенными фанатиками ИГИЛ и хамством польского МИДа, выводил на антиисламские митинги Францию и Германию и стыдливо замалчивал имена тех, кто освобождал Освенцим.

И право, и обязанность информировать мир о мире по-прежнему принадлежало нам. И потому это было бы нечестно: не рассказать о том, почему Удо Ульфкотте написал книгу «Продажные журналисты».

«Журналистика была моей крышей»

- Я так долго ехала на встречу к Вам в этот затерянный Богом среди немецких лесов отель. Вы скрываетесь? Из-за этой книги?

— Я долгое время занимался изучением исламских стран и моей семье не раз угрожали. По этой причине мы дважды меняли место жительства. Сейчас никто не знает, где мы живем.

- Думали ли Вы, когда выбирали профессию, что придется так расплачиваться за славу?

— Я изучал политическое право и исламские языки в университете города Фрайбург и хотел быть юристом. Но стал журналистом, потому что происходил из очень бедной семьи — и когда закончил обучение, получил фантастическое предложение от газеты «Франкфуртер Альгемайне». Ну здорово же ездить в разные страны и зарабатывать много денег! 11 лет я был военным корреспондентом, жил на Ближнем Востоке и в Африке. Прошел через много войн.

- В начале карьеры, как и все, были полны иллюзий?

— Я абсолютно не представлял журналистскую жизнь. Однажды перед студенческими каникулами один профессор спросил меня – не хочу ли я прослушать двухнедельный курс лекций о конфликте между Востоком и Западом? Это в мои интересы не входило. Я хотел поехать в Италию, флиртовать с девушками, любить жизнь… Но тут профессор сказал: тебе дадут 150 немецких марок, оплатят проживание и будут бесплатно кормить. И я сломался.

Нас было 20-30 человек и это, конечно, была никакая не лекция: секретно собранная немецкой разведкой группа, чтобы определить – кто из студентов подходит для работы в спецслужбах, а кто нет? Изучали нас две недели, потратив адову кучу денег. А в конце поинтересовались – не хотели бы мы поучиться и на следующих каникулах? Пока я учился в университете на таких «лекциях» я побывал четырежды. В конце концов меня спросили напрямую – хотел ли бы я сотрудничать с немецкой разведкой и пообещали найти классную работу. И я ответил – ну конечно! Так я оказался в газете. Это была фантастическая работа и фантастические деньги! Через несколько месяцев я смог купить машину. Так что с самого начала я был завербован спецслужбами, а журналистика была моей крышей.

«Мои статьи писал не я»

- Можете назвать самые свои известные публикации?

— Наиболее громкие статьи, которые подписаны моим именем, писал не я, а спецслужбы. Я был обычным журналистом, а они сделали меня известным, потому что давали информацию, которую я не мог проверить сам. Многие статьи были в чистом виде американской пропагандой и дезинформацией. Я опубликовал в общей сложности 3500 материалов в «Франкфуртер Альгемайне» и из них 10-20 процентов не были моими.

- А когда вы поняли, что вас используют?

— Когда в редакцию пришли представители немецкой разведки и попросили напечатать под моим именем их статью. Я был рад помочь и даже гордился тем, что обратились именно ко мне. Мы с моими коллегами думали, что это и есть журналистика. Хотя в душе понимали, конечно, что мы – марионетки.

- И когда эти иллюзии стали рассыпаться?

— Случилось несколько очень жестоких вещей – в июле 1988, во времена ирано-иракской войны, я сфотографировал, как иракцы травят иранцев немецким газом, а американцы их инструктируют. Я хотел написать об этом, потому что всегда помнил, что Германия отравила газом 6 миллионов евреев и это никогда не должно было повториться. Думал, что напишу большую статью, чтобы об этом узнал весь мир. Но мой босс в «Франкфуртер Альгемайне» позволил опубликовать лишь маленькую фотокарточку с крохотной заметкой. Я не понимал, что происходит: я видел все это своими глазами, у меня были доказательства и снимки! Но мне сказали, что это никто не напечатает… Так что с самого начала карьеры я осознал, что лозунги про свободу слова и демократию – пустые слова. И что даже известнейшим журналистам в такой солидной газете как «Франкфуртер Альгемайне» не разрешается писать правду.
Я тогда тоже сильно отравился газом и заболел раком. Провел около полутора лет в госпиталях, чуть не умер, был счастлив оттого, что выжил и снова могу вернуться в газету. Которая немедленно отправила меня на новую войну — в Кувейт… Других вариантов кроме того как ездить на передовую и писать то, что от меня хотели – проамериканскую «дезу» и пропаганду — у меня не было. Но когда я болел и доктор сказал, что мне осталось жить всего три недели, одна девушка, которую я до этого видел лишь раз и которой зачем-то сообщил, что через несколько дней умру – вдруг сказала: «Хочешь на мне жениться?» Я не поверил своим ушам… Мы поженились и начали строить планы – куда поехать в отпуск и куда пойти учиться танцевать — и места для похорон и кладбища в этих планах не было. Она забрала меня из госпиталя, сказав: «Ты теперь женат, то есть, должен обо мне заботиться!» И мне ничего не оставалось делать, как выживать. Это фантастическая история – но сейчас мы женаты больше 25 лет.

За войной стоят люди

- Когда вы ушли из «Франкфуртер Альгемайне»?

— 11 лет назад. Стал фермером. Написал около 30 книг, среди них несколько бестселлеров. О чем? О немецкой иностранной разведке, о радикальном исламе, о том, как подготовиться к следующему экономическому коллапсу, как стать фермером, куда инвестировать деньги. Однажды один мой хороший друг, с которым мы дружили 25 лет — он был очень известным международным журналистом и умер всего пару месяцев назад — попросил: напиши книгу о том, как врут немецкие журналисты. Я думал, что издам ее только после моей смерти, потому что это будет взрыв. Но потом случились события на Украине и в России, и решился – хотя не бывал ни там, ни здесь. Сейчас я — обычный фермер, который смотрит новости по телевизору. Но до этого я все-таки был военным корреспондентом и потому знаю, что война не валится на голову как дождь с неба, за ней всегда стоят люди, у которых есть стратегия и понимание, как манипулировать людьми.

Я спросил себя – почему президент Путин внезапно стал «плохим парнишей»? И почему мы все должны помогать Украине против этих плохих русских? К чему готовятся западные спецслужбы? К следующей войне? Последней каплей было падение малайзийского Боинга МХ-117. Самолет еще не коснулся земли, как наши СМИ уже заявили, что его сбили плохие русские! Я сказал жене: это напоминает мне все то дерьмо, которое я читал и писал во «Франкфуртер Альгемайне», когда готовился к командировке на очередную войну. И я понял, что эту книгу надо опубликовать именно сейчас — потому что нас явно готовят к новой войне, которую хочет Америка.

- Вы предполагали, что книга «Продажные журналисты» станет бестселлером и про нее напишут во множестве стран мира?

— Но только не в Германии — журналистам не разрешают о ней даже вспоминать. Мы называем Германию страной свободы слова, но это симуляция. У меня здесь были журналисты из Белоруссии – они были реально шокированы, услышав, что у нас столько запретов. Запрещено критиковать мусульман, это одна из самых омерзительных вещей. Можно мочиться на христианские ценности и назвать это искусством, или водрузить крест в собачье дерьмо, что тоже вызовет бурю восторгов, но критиковать мусульман — дело подсудное. Не разрешается критиковать евро, потому что большинство немцев не хотело отказываться от немецкой марки, и критически относиться к иностранцам, приезжающих к нам из Африки – а то вас немедленно назовут нацистом. Мы с мои издателем ни копейки не потратили на рекламу, книга не попала ни в одно книжное обозрение на радио или ТВ – но продано уже 150 тысяч экземпляров. Сейчас она переводится на русский, венгерский, турецкий, французский языки. Более того – одна кинокомпания собирается снимать по ней фильм.
За все заплачено

- В Вашей книге опубликовано более трех тысяч подлинных имен «продажных» журналистов. Какова была их реакция?

— Каждое предложение в мое книге подтверждено. Я готов доказать, сколько именно тысяч евро было заплачено журналистам, которые летали на частном самолете в Пекин и потом написали позитивно о компании, которая их пригласила. Я указал имя одного очень известного издателя, который за свое вранье получил золотую медаль от Министерства обороны. Немецкие солдаты в Афганистане использовали американское оружие и получили отравления тяжелыми металлами, а он утверждал, что эти боеприпасы абсолютно безопасны! Я нашел и опубликовал документ для служебного пользования, в котором министр обороны предупреждает, что боеприпасы страшно токсичны, а этот конкретный журналист наврал и получил за это медаль. Если дело дойдет до суда, я покажу документы, сколько солдат было покалечено. После обнародования имен я был готов сесть в тюрьму или бежать в Москву, как Сноуден, трое юристов в разных городах Германии готовились меня защищать — но никто так и не позвонил.
- Можете ли вы описать механизм подкупа журналистами? Ну не вручают же им конверты представители американского посольства?

— Нет, конечно! В большинстве случаев давать деньги вовсе не обязательно. Меня, например, приглашали в США в поездки, в которых абсолютно все оплачивалось. Однажды в Оклахоме губернатор (встреча была организована ЦРУ, о чем я узнал позже) объявил меня почетным гражданином штата. Золотые часы как-то подарили. А еще много раз приглашали в Оман на курсы дайвинга, оплачивая водолазное снаряжение, о чем я не просил. Вовсе необязательно платить 10 тысяч долларов наличными, можно сделать иначе: пригласить в США и ласково спросить — с каким сенатором, актером или певцом ты, дорогуша, хотел бы встретиться? — мы исполним любое твое желание. И исполняют!

Европейская команда США

- Почему, по-вашему, так резко похолодели германо-российские отношения? За этим тоже стоит тень США?

— Разумеется — потому что при Герхарде Шредере отношения у нас были отличными. И Гельмут Коль тоже был большим другом Бориса Ельцина. Все началось с Ангелы Меркель. Американцы знаю нечто о прошлом Меркель и имеют возможность на нее давить. Это, конечно, мое частное мнение, но оно имеет право на существование. Официально Меркель — доктор физики, но некоторые данные говорят о том, что она делала карьеру как офицер коммунистической пропаганды. Думаю, что американцы владеют фактами, которые могут разрушить ее репутацию в обществе, если предать их гласности.
- Поэтому Германия в украинском кризисе ведет себя как колония США?

— Так мы и есть колония. Колония США!

- Исключительно односторонняя информация о России в европейской прессе буквально по всем вопросам тоже проплачена Америкой?

— После Второй мировой войны в Европе при помощи ЦРУ были во множестве созданы различные неправительственные проамериканские организации типа фонда Маршалла или «Атлантического моста». Чтобы сделать карьеру в немецких медиа, ты обязан сотрудничать с одной из них. Это европейская команда США. В руководстве ее – военные специалисты, которые планируют следующую войну. Дважды в год они встречаются за закрытыми дверями с избранными журналистами. Обычные люди не знают, где будет следующая война — в Ираке, Афганистане, Мали или Африке? – а они уже в курсе. Если вы посмотрите, сколько за пропаганду заплатил журналистам миллионер Джордж Сорос – это же немыслимо!

- В других странах Европы та же картина?

— Везде. И в Швеции, и во Франции, и Финляндии, и в Британии.

- Что вы думаете об истории с «Шарли Эбдо»?

— Я не понимаю, почему миллионы людей вышли на улицу по поводу убитых журналистов и ни один не возмутился гибелью людей в Донбассе. Они что – люди второго сорта?
- А вы как думаете — почему эти смерти в мире игнорируют?

— Потому что западные СМИ несвободны и не могут написать правду.

- Но мы же вроде бы называем себя «четвертой властью»? Выходит, нас так легко запугать или купить?

— Если Вам вдруг завтра позвонит Путин и скажет: «Я слышал о Вас и хочу пригласить попутешествовать со мной по миру на моем самолете – Вы напишете о нем что-нибудь негативное? Нет. Приведу свой пример: много лет назад я был приглашен во дворец оманского султана. Я сидел рядом с ним на софе – ни обслуги не было, ни охраны — только мы вдвоем, и брал интервью. Он уделил мне целых два часа. Я фотографировал его, мог задавать частные вопросы и чувствовал себя почти его другом! Я принадлежал к элите! Я прекрасно знал, что за стенами дворца люди сидят в тюрьмах и к ним никогда не придут адвокаты, но ничего об этом не писал. Потом султан не раз приглашал моего главного редактора, который тоже сидел на той самой софе. Вы действительно думаете, что газета «Франкфуртер Альгемайне» написала про Оман хоть одно плохое слово? Это всего один пример того, как подкупаются журналисты. Много и других.

- Вы бы выбрали журналистику снова, если бы выпал шанс по второму разу прожить свою жизнь?

— Даже с учетом того опыта, который у меня есть сейчас и количества стран, в которых я побывал благодаря профессии… Нет, я бы этого не сделал. Я бы не хотел проходить через этот опыт снова — за исключение ситуации, когда моя жена предложила мне на ней жениться. Это был лучший момент моей журналистской жизни! Мою супругу зовут Дорис, она долгое время возглавляла представительство одного швейцарского банка. Ей тоже надоело работать с раннего утра до позднего вечера, чтобы делать деньги ради денег. Несколько лет назад мы решили остановиться. Купили большую ферму и теперь по-настоящему счастливы в компании с животными.

- Какое событие могло бы заставить Вас покончить с тихой фермерской жизнью и вернуться в журналистику?
— Никакое – потому что в отличие от политиков и журналистов мои животные меня никогда не предадут.

Не до гавани. Война…

…Ну вот и как вы думаете: могла ли я заставить себя переводить интервью, в котором содержится приговор профессии? Плюс тайная мечта любого репортера, уставшего от суеты – сбежать на необитаемый остров от мира, который тот всю жизнь амбициозно пытается исправить, как Дон Кихот… Журналист, покупая однажды билет в свой персональный «рай», думает, что едет в один конец — и ошибается, потому что в эту его «тихую гавань» оказывается можно позвонить.

Удо Ульфкотте «позвонил» сбитый «Боинг» — после чего тот сел за стол и написал книжку про продажных журналистов.

Ну, а до меня «дозвонились» растерзанные Углегорск с Донецком, чью трагедию на Западе упорно не хотят замечать — потому вы и читаете, наконец, это интервью. Не до гавани, потому что война.



http://www.kp.ru/daily/26338/3221795/?from=youtube