Морис Метерлинк. Мудрость и судьба




---------------------------------------------------------------
Maurice Maeterlinck "La Sagesse et la Destinee", 1898
Петроградъ, 1915. Новосибирск, 1995
Подготовка текста: Татьяна Ивановна Антипова (antipova@iph.ma.nsc.ru)
---------------------------------------------------------------




II

( отрывки )

В настоящее время отсутствие счастия составляет одну из болезней
человечества, точно так, как болезнь является одним из человеческих
несчастий.
И подобно тому, как существуют доктора против болезней, следовало бы иметь докторов, врачующих от отсутствия счастия.


Мы живем в условиях великой несправедливости; но я полагаю, что можно, не будучи ни равнодушным, ни жестоким,
говорить иногда о жизни так, как будто этой несправедливости больше не существует, ибо иначе мы бы никогда не могли выйти из ее круга.





Необходимо, чтобы кто-нибудь решился мыслить, говорить и действовать так, как будто бы все кругом счастливы; в противном случае каким образом все другие люди могли бы познать,
что такое счастие, справедливость, любовь и красота, - в тот день, когда судьба наконец раскроет перед нами доступные всем сады обетованной земли?


Часто бывают случаи, когда сразу следует приступать в "самому высокому".
Когда море или ближняя река прорвали плотину, защищающую обработанную землю, и вода ворвалась в жилище крестьянина, наиболее неотложным для него будет спасать свой скот, свои припасы, свои пожитки.
Но наиболее разумным было подняться на вершину дюн, чтобы бороться с волнами, призвать туда всех тех, кто живет под защитой этих поврежденных насыпей.


Человечество до сих пор походило на больного, который поворачивается с боку на бок на своей постели, желая забыться.
И все же единственные слова утешения были сказаны теми, кто говорил так, как будто оно никогда не было больным.


Дело в том, что человечество создано для того, чтобы быть счастливым, подобно тому, как отдельный человек создан для того, чтобы быть здоровым.


Потому, когда говоришь людям об их бедствиях, даже в условиях всеобщих, непрерывных страданий, все-таки как будто говоришь им о чем-то случайном и временном.


Всегда уместно обращаться к человечеству так, как если бы оно находилось накануне великого счастия или великой истины.


Можно надеяться, что наступит день, когда все будут счастливы и мудры.
И если даже день никогда не наступит, не преступно было жить в его ожидании.


Во всяком случае, полезно говорить несчастным о счастии для того, чтобы они научились понимать его.
Они так склонны считать счастие чем-то необыкновенным и почти недоступным.


Счастливее всех людей тот, кто больше других сознает свое счастие. Всех же больше сознает свое счастие тот,
кто глубже других знает, что счастие отделено от отчаяния лишь одной возвышенной, неутомимой, человечной и бесстрашной идей.


Вот об этой идее и полезно говорить как можно чаще, не для того, чтобы навязать свое представление о счастье другим, а для того, чтобы исподволь в сердце каждого,
кто нас слушает, разбудить желание
обрести свою собственную мысль о счастии, ибо она различна для каждого из нас.


Ваше понимание счастия не подходит мне, а, как бы красноречиво вы не
твердили мне о нем, оно не дойдет до скрытых органов моей жизни.


Необходимо, чтобы я выработал идею счастия в себе самом, собственными силами. И все же, говоря о вашем понимании, вы, сами того не зная, поможете мне обрести мое собственное.


Быть может, то, что вас печалит, меня будет утешать, и то, что нам приносит утешение, меня будет огорчать; но дело не в этом.

Все, что есть прекрасного в вашем отрадном видении, проникнет в мою грусть, и все, что есть возвышенного в вашей печали, перейдет в мою радость, если моя радость достойна вашей печали.



***

Серия сообщений "Морис Метерлинк. Мудрость и судьба":

Часть 1 - Морис Метерлинк. Мудрость и судьба
Часть 2 - Морис Метерлинк. Мудрость и судьба II