Настроение сейчас - Мирное
Наивно было думать, что если выйдешь на улицу, вон из душной квартиры, то груз проблем останется в покинутом обиталище. Ничего подобного. Так же мерзко. То же ощущение, что все творится не по-людски, неправильно, бредово.
Идешь по темной, пустой улице, вроде и полегче, а на самом деле… Все ерунда. Надо решать и понимать. Но не получается.
Снежинки уже не опускались, зато вот фонари светили оранжево, с намеком. Таки намело, таки не растаял выпавший снег. Машины идут редко…
Идешь. И страшно, потому что вспоминаешь многочисленные истории нападений на улицах, не с кем-нибудь произошедшие, а с родственниками и знакомыми. Дожили – на улицу выйти боишься.
Не холодно… Дует легкий ветерок. А проблемы давят, и никуда ты от них не денешься.
Можно, конечно, отправится куда-нибудь в людное шумное место, да незачем, и все равно денег почти нет. Хорошо, что живешь не в центре – там все время толкучка, а тут только редкие прохожие и машины. Хорошо… Все-таки лучше, чем в душной тесноте квартиры. Но все-таки плохо.
О, снег пошел.
Невысокие дома, которые построили пленные немцы, медленно плывут мимо в темпе шага.
Снег идет. Она поднимает голову навстречу небу; спотыкается, теряет равновесие. Выпрямляется и видит перед собой… Огонек. Синий, переливающийся огонек дрожал посреди улицы, в полтора метрах над тротуаром. Он сияет, манит.
Она пошла за огоньком. Провожатый свернул в манящую темноту двора. Страшно: что там ждет? Впрочем, хуже уже не будет. Или будет?
Она прошла меж двух домов. Огонек полетел дальше, она последовала за ним. И увидела.
В углу, под балконом изящного трехэтажного домика (по меркам большого города – в самом деле домик) стоял человек. Или точнее, совсем не человек, а фигура, окутанная теплым оранжевым светом. Красивый, это точно и почему-то не вызывало сомнений.
- О, ангел спустился с неба, - ошарашено произнесла она фразу, встреченную в каком-то дурацком журнале.
- Нет, я не ангел. Пошли? – протягивает руку.
- Пошли.
И что-то там дальше было, что-то очень хорошее, по крайней мере, гораздо лучше обыдлых тоскливых дней, она толком не помнила. Но что-то чудесное, это точно.
А на следующее утро, обнаружив себя на окраине района…
Я устала от злых чудес.
За окном постапокалиптический пейзаж: обломки и сучья спиленных тополей, припорошенные снегом. Какие-то черные остовы, чуть тронутые белизной (снег выпал недавно, после долгой оттепели). Темнота. Блин, будто все умерли. Одна радость – подсвечивается садик разноцветными фонарями , фантазийно так… На помойку прямо под окнами предпочитаю не обращать внимания.
Ну лана. Папа в бане и неизвестно, когда вернется, и своим ли ходом, мама дома, и то хлеб.
Но я не буду, так как люблю жизнь.
