Повесть «Падение» - последнее крупное произведение писателя Альбера Камю, яркое и весьма неоднозначное. История респектабельного адвоката, долгие годы влачившего унылое, бездумное, хотя и вполне благопристойное существование, но однажды пережившего миг прозрения и решившегося на поступок. Поступок, который изменил всю его жизнь и обрек на долгие годы мучительных сомнений.


Париж – сущая фантасмагория, великолепные декорации, в которых движутся четыре миллиона марионеток. И ведь плодятся и размножаются. И что ж тут удивительного? Мне всегда казалось, что у наших сограждан две ярые страсти: мыслить и блудить. Напропалую, как говориться. Не будем, однако, их осуждать за это – не одни они распутничают, вся Европа блудит. Иной раз думаю, что о нас подумает будущий историк? Для характеристики современного человека ему будет достаточно одной фразы: «Он блудил и читал газеты».

Надо, чтобы что-нибудь случилось, – вот объяснение большинства человеческих конфликтов.

И знаете, почему мы всегда более справедливы и более великодушны к умершим? Причина очень проста. Мы не связаны обязательствами по отношению к ним. Они не стесняют нашей свободы, мы можем не спешить восторгаться ими и воздавать им хвалу между коктейлем и свиданием с хорошенькой любовницей – словом, в свободное время. Если бы они и обязывали нас к чемунибудь, то лишь к памяти о них, а памятьто у нас короткая. Нет, мы любим только свежие воспоминания о смерти наших друзей, свежее горе, свою скорбь – словом, самих себя!

Что касается тех, кто обязан нас любить – я имею в виду родных и соратников, – тут совсем другая песня. Онито знают, что вам сказать: именно те слова, которые убивают; они с таким видом набирают номер телефона, как будто целятся в вас из ружья. И стреляют они метко.

Считаться только со своим настроением – это привилегия крупных зверей.

Я восхищался собственной натурой, а ведь всем известно, что это большое счастье, хотя для взаимного успокоения мы иногда делаем вид, будто осуждаем такого рода чувство, называя его самовлюбленностью"

Заметили вы, что встречаются люди, которые по заповедям своей религии должны прощать и действительно прощают обиды, но никогда их не забывают? Я же совсем не склонен был прощать, но в конце концов всегда забывал. И оскорбитель, полагавший, что я ненавижу его, не мог прийти в себя от изумления, когда я с широкой улыбкой здоровался с ним. Тогда он в зависимости от своего характера восхищался величием моей души или же презирал мою трусость, не зная, что причина куда проще: я позабыл даже его имя.

Вы знаете, что такое обаяние? Умение почувствовать, как тебе говорят «да», хотя ты ни о чем не спрашивал.

Когда по обязанностям своей профессии или по призванию много размышляешь о сущности человеческой, случается испытывать тоску по приматам. У них, по крайней мере, нет задних мыслей.

Я хорошо знаю, что нельзя обойтись без господства и без рабства. Каждому человеку рабы нужны как воздух. Ведь приказывать так же необходимо, как дышать. Вы согласны со мной? Даже самому обездоленному случается приказывать. У человека, стоящего на последней ступени социальной иерархии, имеется супружеская или родительская власть. А если он холост, то может приказывать своей собаке. В общем, главное, чтобы ты мог разгневаться, а тебе не смели бы отвечать.

В моей истории только одно является простым: у меня ничего нет.