&Интересно&

– Так все же каким образом, на ваш взгляд, вступили в противоречие европейские ценности, украинский кризис и Россия?

– На этот вопрос трудно ответить. И Украина, и Россия находятся в Европе, принадлежат к европейскому сообществу, но возникло противоречие между разными нормами и идеологиями.

Что вообще произошло? Мы привыкли к мирному сосуществованию, к тому, что с 1945 года в Европе никто ни на кого не нападает: в западной ее части стабильность и мир гарантируют ЕС и НАТО, в восточной – Москва. Но после распада СССР зоны стабильности, мира и безопасности изменились. И Европа начала строиться без учета интересов России, а иногда – и вопреки им, то есть Россией пренебрегли. И стало понятно, что никакой «общий европейский дом» ей не светит, а к тому же началось расширение НАТО на Восток.

Что происходит сейчас? Борьба за сферы влияния. Интересы России не были учтены – и она их отстаивает сама. А Украина тут вообще ни при чем, она всего лишь инструмент в этой борьбе.

– То есть сама Украина вообще ни в чем не виновата?

– «Виновата» – это не историческая и не политическая категория. А вообще проблемы на Украине аккумулировались долго и вот – вырвались, как пар из котла. Эффект Майдана – это всего лишь элемент эскалации конфликта.

– И все равно, пусть это не политкорректно, кто в этом виноват?

– Никто.

– А США?

– Они всего лишь защищают свои интересы, и в их интересах – не пустить Россию в Европу.

А в лагерях не жизнь,а темень тьмущая

– Существует ли конфликт интересов между США и ЕС?

– В определенной степени, конечно, существует. Европейцы не хотели вводить санкции против России, но тем не менее последовали американским путем.

– Почему же они это сделали, если не хотели?

– Европейский союз – не един, и если раньше там доминировали Германия и Франция, то теперь в нем три больших лагеря. Первый – проамериканский и антироссийский. Это Швеция, Польша, Балтийские страны, Дания, Румыния, Великобритания и Финляндия.

– Финляндия? Но вроде бы считается, что она если и не за Россию, то, во всяком случае, не против.

– Уверяю вас, Финляндия – тоже в этом лагере, просто она действует не так открыто, как другие. Это так называемый атлантический лагерь, он очень силен и влиятелен. Второй лагерь – умеренные: в него входят Германия, Австрия, Голландия, Франция, Италия, Словакия. Это прагматики, которые в первую очередь преследуют интересы Европы и, в том числе, стоят за компромисс с Россией. А третий – Испания, Португалия…

– Греция…

– Грецию вообще не считаем!

– Хорошо-хорошо, кто еще?

– Да практически все остальные. Так вот, им все происходящее глубоко безразлично, они вне большой политики.

– Ну вот, а я почему-то ожидала, что будет лагерь, который любит Россию. Неужели вся надежда на Грецию? Ой, простите, молчу.

– А зачем России быть любимой? Надо быть уважаемой.

– И что для этого нужно делать?

– Соблюдать установленные Западом правила, которые она нарушила в своих интересах.

– Но если Россия будет следовать установленным Западом правилам, она прохлопает свои интересы, которые, как вы и сами заметили, игнорировались другими.

– Нет! Не прохлопает.

– Почему?

– Потому что все должны быть равны – это в общих интересах. Равные права дают равные возможности для реализации интересов.

Полностью,  здесь.