Психосказки. Кража
- Роджер, она заперта.
- Я знаю. Сейчас проверю. Ну вот, заперта. Пошли вниз.
- Роджер, я тебя жду.
- Да, да, иду. Дай поднимусь на секунду, что там с дверью. Все, пошли.
- Роджер!
- Сейчас, сейчас. Я быстро. Я наверх и обратно. Не помню, запер ли дверь.
- Роджер, запер!
- Сама ты «Роджер запер». Перестань дразниться. Две минуты.
Ну все, отъехали.
- Роджер, ты куда?
- Слушай, мне нужно вернуться.
- Зачем?
- Да дверь эта. Я не уверен насчет нижнего замка. Езжай сама, я скоро приеду.
- На чем?
- На автобусе. Там недалеко, я доберусь, езжай. Мы же не можем вдвоем уехать, не зная, заперта ли...
- Роджер!
- Кончай на меня так смотреть. Я все знаю, у меня тяжелый характер. Я скоро.
Пошел, проверил, вернулся, стал ждать автобуса, вернулся с автобусной остановки, проверил, спустился, сел в автобус, вышел через остановку, вернулся, поднялся, проверил, поехал снова. Приехал в результате на два часа позже.
- Роджер, где ты был?
Она подозревает измену. Она во всем подозревает измену, но не в этом дело. Она уговорила меня пойти лечиться.
Профессор сидит, седенький такой. Врач. Объясняет. Понимаете, говорит, уважаемый, мы сначала с вами договоримся, что вы проверяете дверь на один раз меньше, чем обычно. Всего на один только раз, да? Это же в целом ничего не изменит?
Ну, в целом, наверное, не изменит. То есть я бы не был так уверен, но…
- Вы же хотите лечиться?
- Да, хочу.
- Идемте.
И мы идем к моей двери, мне уже смотреть на нее противно, но я не могу уйти из дома, ее не заперев, поэтому мы туда идем и я ее запираю.
- Заперли? – спрашивает профессор.
- Запер, - соглашаюсь я.
- Проверьте, - предлагает он. Щедрый.
Проверяю. Запер.
Спускаемся со ступенек. С третьей возвращаюсь. Думал, он дергаться начнет, но он молчит. Проверяю, иду обратно, спускаюсь этажом ниже, гляжу наверх.
- Проверьте, - предлагает. Радушный.
Проверяю. Ну все обычным порядком, с первого этажа вернуться, с автобусной остановки, из автобуса выйти…
- Оп, - ловит меня за локоть. – Погодите. Это, если бы все шло как заведено – последний раз?
- Ннну да, наверное. Последний.
- Тогда не надо.
- Как это «не надо»?
- А вот так - не надо. Мы с вами о чем договорились?
Ни о чем мы с ним не договаривались.
- Мы с вами договорились, что вы проверите одним разом меньше. Всего одним разом, да? Вот вы сколько раз сегодня проверяли?
Не помню. Раза три.
-Давайте сосчитаем.
Считаем. Выходит – четырнадцать раз, не считая несколько раз сразу после выхода из квартиры дернуть дверь. Четырнадцать. Однако.
- А завтра вы проверите тринадцать, - советует профессор. – Не надо «один», не надо «два», вам этого пока не потянуть. Тринадцать.
Что мне их, считать?
- Считайте.
На следующий день считаю. Получается почему-то сразу двадцать шесть. Может быть, я плохо считаю?
- Давайте подойдем к вопросу объективно.
Это опять профессор.
- Чего вы боитесь?
- Что меня обворуют. В городе участились кражи, да и вообще…
- У вас есть в квартире что-то особенно ценное? Что-то, без чего вам не прожить?
- Нет, но все мои вещи, вся моя жизнь… Кроме того, знаете, противно думать, что кто-то будет копаться в твоем шкафу. У меня деньги на нижней полке под бельем (не забыть переложить, они там уже три дня лежат). Что же, чужие руки будут в этом белье шарить? А мне потом его носить?
- Согласен. Вы не хотите, чтобы вас обворовали, это можно понять. А теперь приведите мне, пожалуйста, доводы за то, что это случится.
- За то, что меня обворуют? Доводы?
- Да.
- Говорю же – кражи в городе участились.
- Это один довод. Еще есть? Вы так серьезно подходите к ситуации, не может быть, чтобы у вас был только один довод.
- Еще – мне всегда не везет. У меня в пятом классе из кармана украли ножик, никто не мог понять – как. И еще…
- Да?
- Да дверь эта. Она хлипкая, на самом деле, ее взломать ничего не стоит. Ногой можно выбить.
- А почему вы тогда не поменяли дверь?
- Да мы меняли вообще-то. Два раза, в последний раз – в прошлом году.
- Не помогло?
- Ну как вам сказать. Помогло, наверное. Первая дверь была совсем плохая, не дверь, а лист бумаги. Вторая вроде получше. Но тоже, тоже…
- Может быть, поставить наконец нормальную дверь?
- Нам сказали, что лучше того материала, из которого наша третья дверь, на рынке сейчас просто нет. Не существует.
- Понимаю. У вас стоит дверь из наиболее прочного материала, существующего на данный момент, но это недостаточно прочный материал.
- Конечно, недостаточно. Говорю вам, хорошенько нажать ногой…
- А не ногой, так ломом. Давайте подумаем, что еще может служить аргументом в пользу того, что вас, скорее всего, обворуют.
- Я не сказал «скорее всего». Я сказал – могут обворовать. Не знаю, что еще. По-моему, хватит.
- Ладно, хватит. А теперь, сделайте одолжение, приведите мне доводы против.
- Против чего?
- Против того же. Против того, что вас могут обокрасть.
- Но я же сказал – все к тому, что…
- Я понимаю. Но у любой теории должно быть обоснование и опровержение, верно? Давайте для равновесия посмотрим, что можно придумать в пользу того, что вас не обворуют.
- Ну, в принципе, дверь у нас из прочного материала. То есть ее можно, конечно, взломать, но те, кто эти двери делает, тоже не дураки. Какой-то смысл в этом есть.
- Ага. Дверь все-таки довольно прочная. А еще?
- А еще у соседей собака. Она лает, а снаружи непонятно, откуда – от соседей или из нашей квартиры. Если не знать, можно испугаться.
- Еще?
- Еще – я проверяю! Ясно вам? Проверяю. Дергаю дверь, возвращаюсь, проверяю еще раз, и не ухожу из дома, пока не буду окончательно уверен, что дверь заперта за все замки.
- То есть вы хотите мне сказать, что ваши проверки снижают шансы ограбления?
Трогательный такой. Очки поправляет.
- Что значит «хочу сказать»? Разумеется, снижают!
- Простите, Роджер, а чем?
Тем, что дверь заперта, старый ты идиот!
- Тем, что дверь заперта.
- Погодите. Причем здесь дверь? Мы же не обсуждаем, снижает ли шансы ограбления запертый замок и то, что вы не оставляете дверь раскрытой настежь. Но дверь, прошу заметить, заперта совершенно одинаково и после вашей первой проверки, и после двадцать шестой. На неё ваши проверки никак не влияют, Роджер! Они влияют только на вас самого. Поэтому я и спрашиваю – как они влияют на ограбление, не на вас.
Хм.
- Ну как же. Если у меня остается хоть капля сомнения в том, что я запер дверь, я поднимаюсь лишний раз и проверяю. И тогда…
- Роджер. Скажите. Хотя бы раз в жизни вы, поднявшись, обнаруживали дверь открытой?
- Нет.
- Хотя бы раз у вас случалось, что дверь оказывалась заперта не до конца, плохо, хуже, чем могла бы или как-нибудь так, что ее приходилось еще раз запирать?
- Нет.
Хотя один раз мне показалось, что она как-то не так закрыта. Я отпер ее и запер заново. Но отпирать пришлось полностью, четыре поворота ключа, да.
- Тогда какая связь между проверками и ограблением?
Какая-какая. Мне спокойней.
- А вам не мешает, что в каждое место, куда вы приходите, вы опаздываете минимум на полтора часа, потому что по тридцать раз возвращаетесь домой?
- Жене мешает.
Ей все мешает. Что я нервничаю, что я возвращаюсь, что я не такой, как все, что со мной нельзя никуда пойти.
- Вы любите жену, Роджер?
Не знаю.
- Конечно, люблю.
Наверное, спокойнее было бы развестись. Тогда я мог бы проверять свои двери столько раз, сколько захочу. Или вообще не выходить из дома.
- А есть у вас в жизни другие развлечения, кроме проверки двери? Что-то, что вас интересует?
- Разумеется, есть! – раздражен.
Черт, я все время думаю об одном и том же. Хожу по улице, на работу, к друзьям, а думаю о ворах. Хотя к друзьям я уже давно не ходил – нет сил ехать по два часа в один конец. Они живут недалеко, но, пока я проверю эту дверь…
Я сам не понимаю, как он меня уговорил. Но мы решили, что я постепенно буду проверять все меньше и меньше раз, до тех пор, пока не смогу один раз уйти на целые сутки к друзьям, не возвращаясь ночью. Никогда бы не подумал, что я сумею. Жена была в восторге.
- Доброе утро, Роджер. Как вы спали?
Спал, как же.
- Как младенец. Сладким сном.
- Ну-ну, не все так плохо. Неужели совсем ни на секунду не сомкнули глаз?
Смеется.
- Минут на двадцать, может, и сомкнул.
- Двадцать минут – прекрасный результат. Пойдемте, проверим вашу дверь. Вы ведь не заходили туда со вчерашнего дня? Ни разу? Вот и прекрасно. Зайдем туда вдвоем.
Сначала мне показалось, что я схожу с ума. Дверь была вырвана вместе с дверными петлями. Вместо дверного проема - дыра. Меня обокрали этой ночью.
В комоде, конечно же, не осталось денег, а под матрасом – чековых книжек. Еще унесли стереосистему и несколько золотых вещей жены. В общем, все. Жить можно – впрочем, ничего более ценного у меня дома и не хранилось. Ну, белье, так белье я новое куплю.
- Роджер, голубчик… Вы смеетесь? Отойдите, не мешайте ему, у него истерика. Принесите воды.
Черта с два у меня истерика. Я смеялся. Жена испуганно дотрагивалась до моего рукава.
- Доктор… доктор, милый… - от смеха я не мог говорить. – Доктор, вы уж простите меня… Я вам признаюсь сейчас, я двоечник, только вы меня не ругайте.
Он не выглядел человеком, который будет меня ругать.
- Я ведь приходил сюда ночью, доктор. Четыре раза.
Профессор смотрел на меня с прорезавшимся интересом. Я смутился.
- То есть шесть. Я гулять ходил, мне не спалось.
- Понимаю. Вам случайно не спалось и вы по ошибке шесть раз подошли к своей двери. Машинально.
Продолжая смеяться, я обнял жену за плечи.
- Не сердись. Так получилось. Я шесть раз сюда подошел, то есть семь. В общем, несколько. И все было в порядке, понимаете? В полном.
Не было сил смеяться, пришлось опереться о стену. Они не понимали. А я уже был свободен.
- Вы уверены, что вам не нужна вода? – осторожно спросил профессор.
Потом он все-таки понял. Позже, когда мы сидели в его кабинете.
- Раз меня можно ограбить, несмотря на то, сколько раз я сюда прихожу, значит, от моих приходов и правда совсем ничего не зависит. Я могу вообще не выходить из дома – а меня усыпят, пустив газ под дверь. Я могу жить на лестничной клетке, тогда меня стукнут тяжелым по голове.
- Вам страшно?
- Ни капельки. Все. Я свободен. Я же боялся, сколько всего от меня зависит. Ночей не спал – вдруг упущу. Оставлю на секунду, отвернусь, отвлекусь, тут-то все и случится. Боялся отойти. А теперь оказывается, что от меня не зависит вообще ничего. Не я тут главный. Можно гулять, можно оставлять открытой дверь. Все равно.
- Роджер, голубчик. Вы хотите сказать, что само ограбление пугало вас меньше, нежели опасность не справиться с задачей?
Умные слова. Я не знаю.
- Меня пугало, что я должен, а не могу. А теперь выясняется, что в любом случае не могу. А значит, и не должен.
Жена меня быстро простила. И белье мы купили. Красивое, белое, в золотой цветок.
http://neivid.livejournal.com/290954.html
ДАЛЕЕ ... 
