Стихи Эдуарда Асадова
ОНИ СТУДЕНТАМИ БЫЛИ
Они студентами были.
Они друг друга любили.
Комната в восемь метров - чем не семейный дом?!
Готовясь порой к зачетам,
Над книгою или блокнотом
Нередко до поздней ночи сидели они вдвоем.
Она легко уставала,
И если вдруг засыпала,
Он мыл под краном посуду и комнату подметал.
Потом, не шуметь стараясь
И взглядов косых стесняясь,
Тайком за закрытой дверью белье по ночам стирал.
Но кто соседок обманет -
Тот магом, пожалуй, станет.
Жужжал над кастрюльным паром
их дружный осиный рой.
Ее называли лентяйкой,
Его ехидно хозяйкой,
Вздыхали, что парень - тряпка и у жены под
пятой.
Нередко вот так часами
Трескучими голосами
Могли судачить соседки, шинкуя лук и морковь.
И хоть за любовь стояли,
Но вряд ли они понимали,
Что, может, такой и бывает истинная любовь!
Они инженерами стали.
Шли годы без ссор и печали.
Но счастье - капризная штука, нестойка
порой, как дым.
После собранья, в субботу,
Вернувшись домой с работы,
Однажды жену застал он целующейся с другим.
Нет в мире острее боли.
Умер бы лучше, что ли!
С минуту в дверях стоял он, уставя
в пространство взгляд.
Не выслушал объяснений,
Не стал выяснять отношений,
Не взял ни рубля, ни рубахи, а молча шагнул
назад...
С неделю кухня гудела:
"Скажите, какой Отелло!
Ну целовалась, ошиблась... немного взыграла
кровь!
А он не простил".- "Слыхали?"
Мещане! Они и не знали,
Что, может, такой и бывает истинная любовь!
"СТИХИ О РЫЖЕЙ ДВОРНЯГЕ"
Хозяин погладил рукою
Лохматую рыжую спину:
- Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,
Но все же тебя я покину.
Швырнул под скамейку ошейник
И скрылся под гулким навесом,
Где пестрый людской муравейник
Вливался в вагоны экспресса.
Собака не взвыла ни разу.
И лишь за знакомой спиною
Следили два карие глаза
С почти человечьей тоскою.
Старик у вокзального входа
Сказал:- Что? Оставлен, бедняга?
Эх, будь ты хорошей породы...
А то ведь простая дворняга!
Огонь над трубой заметался,
Взревел паровоз что есть мочи,
На месте, как бык, потоптался
И ринулся в непогодь ночи.
В вагонах, забыв передряги,
Курили, смеялись, дремали...
Тут, видно, о рыжей дворняге
Не думали, не вспоминали.
Не ведал хозяин, что где-то
По шпалам, из сил выбиваясь,
За красным мелькающим светом
Собака бежит задыхаясь!
Споткнувшись, кидается снова,
В кровь лапы о камни разбиты,
Что выпрыгнуть сердце готово
Наружу из пасти раскрытой!
Не ведал хозяин, что силы
Вдруг разом оставили тело,
И, стукнувшись лбом о перила,
Собака под мост полетела...
Труп волны снесли под коряги...
Старик! Ты не знаешь природы:
Ведь может быть тело дворняги,
А сердце - чистейшей породы!
*************
Если друг твой в словесном споре
Мог обиду тебе нанести,
Это горько, но это не горе,
Ты потом ему все же прости.
В жизни всякое может случиться,
И коль дружба у вас крепка,
Из-за глупого пустяка
Ты не дай ей зазря разбиться.
Если ты с любимою в ссоре,
А тоска по ней горяча,
Это тоже еще не горе,
Не спеши, не руби с плеча.
Пусть не ты явился причиной
Той размолвки и резких слов,
Встань над ссорою, будь мужчиной!
Это все же твоя любовь!
В жизни всякое может случиться,
И коль ваша любовь крепка,
Из-за глупого пустяка
Ты не должен ей дать разбиться.
И чтоб после себя не корить
В том, что сделал кому-то больно,
Лучше добрым на свете быть,
Злого в мире и так довольно.
Но в одном лишь не отступай,
На разрыв иди, на разлуку,
Только подлости не прощай
И предательства не прощай
Никому: ни любимой, ни другу!
*****************
Что делать, чтоб жить хорошо с женой?
Ухаживать надо за ней, друг мой.
Однако, чтоб вдруг не попасть впросак
Запомни, ухаживать надо так,
Как ты бы ухаживал за чужой.
"САТАНА"
Ей двенадцать,тринадцать -ему.
Им бы дружить всегда.
Но люди понять не могли,почему
Такая у них вражда?!
Он звал ее "бомбою" и весной
Обстреливал снегом талым.
Она в ответ его "сатаной",
"Скелетом" и "зубоскалом".
Когда он стекло мячом разбивал,
Она его уличала.
А он ей на косы жуков сажал,
Совал ей лягушек и хохотал,
Когда она верещала.
Ей было-пятнадцать,шестнадцать-ему,
Но он не менялся никак.
И все уже знали давно,почему
Он ей не сосед,а враг.
Он "бомбой" ее по-прежнему звал,
Вгонял насмешками в дрожь.
И только снегом уже не швырял
И диких не корчил рож.
Выйдет порой из подъезда она,
Привычно глянет на крышу,
Где свист,где туманой кружит волна,
И даже сморщится:"У,сатана!
Как я тебя ненавижу!"
А если праздник приходит в дом,
Она нет-нет и шепнет за столом:
"Ах,как это славно,право,что он
К нам в гости не приглашен!"
И мама,ставя на стол пироги,
Скажет дочке своей:
"Конечно!Ведь мы приглашаем друзей,
Зачем нам твои враги!"
Ей-девятнадцать.Двадцать-ему.
Они студенты уже.
Но тот холод на их этаже,
Недругам мир ни к чему.
Теперь он "бомбой" ее не звал,
Не корчил,как в детстве,рожи,
А "тетей Химией" величал
И "тетей Колбою" тоже.
Она же, гневом своим полна,
Привычкам не изменяла.
И так же сердилась:"У,сатана!"
И так же его презирала.
Был вечер ,и пахло в садах весной.
Дрожала звезда,мигая...
Шел паренек с девчонкой одной,
Домой ее провожая.
Он не был с ней даже знаком почти,
Просто шумел карнавал,
Просто было им по пути,
Девчонка боялась домой идти,
И он ее провожал.
Потом,когда в полночь взошла луна,
Свистя,возвращался назад,
И вдруг возле дома:"Стой,сатана!
Стой,тебе говорят!
Все ясно,все ясно!Так вот ты какой?
Значит,встречаешься с ней?!
С какой-то фитюлькой,пустой,дрянной!
Не смей!Ты слышешь?Не смей!
Даже не спрашивай почему!"-
Сердито шагнула ближе
И вдруг,заплакав,прижалась к нему:
"Мой!Не отдам,не отдам никому!
Как я тебя ненавижу!"
), а старшая дочка на курсах я с боевой решимостью отправляюсь на кухню готовить сюрприз. И даже не знаю что приятней -предвкушение будущей вкуснятины или наслаждение увидеть довольные лица моих самых любимых на свете человечков!
