В колонках играет - Coshean

Встреча с титаном

О впечатлениях от поездки в Финляндию весной этого года я написал уже немало. Но все же есть такие эпизоды, которые поначалу и не кажутся интересными или значимыми, но с окончанием сезона, когда, переосмыслив прошедшее, пытаешься строить выводы и заключения относительно тенденций и явлений в мировом спорте в целом и в биатлоне в частности, эти эпизоды всплывают сами собой. Ты лишь оцениваешь их значимость, сравнимую с ценностью недостающих элементов мозаики, необходимых для полного восприятия картины.
Как я уже писал, стадион обладает ни с чем не сравнимой атмосферой праздника спорта, дает чувство причастности к происходящему, дарит зрителю во много раз больше адреналина, чем простой телевизор. Но любая арена в разгаре гоночной борьбы и в ее отсутствие, как говорят в Одессе, представляет собой «две большие разницы». И здесь уже тобой движет не спортивный азарт болельщика, жаждущего яркого зрелища, а обыкновенное человеческое любопытство, свойственное в одинаковой степени как болельщику-гурману, так и простому обывателю. Именно это желание поближе познакомиться со стрельбищем и трассой, пройти пусть не весь трехкилометровый круг на лыжах, а хотя бы парочку заковыристых подъемов пешком вдоль лыжни, и лично убедиться, насколько маленькими кажутся поражаемые мишени биатлонистам, привело меня на стадион в пятницу, свободный от гонок день.
Взобравшись на самую высокую горку на пути к стрельбищу, я начал настраивать объектив своей камеры, в то время как внизу эту самую горку отчаянно штурмовал кажущийся с моей высоты, да еще и на фоне гренадеров-партнеров, каким-то совсем маленьким и невзрачным атлет. Тем не менее, не узнать его было трудно: атлет с привычной легкостью движений, как будто бы не прилагая усилий, вспорхнул на эту горку и почти поравнялся со мной. Это был Бьорндален, которого комментаторы нарекли «великим и ужасным», а некоторые болельщики в шутку сравнивали с машиной, с роботом, и вчерашнее провальное 16-е место объяснили каким-то магнитным полем, вызвавшим сбой программы на бортовом компьютере норвежца. Однако вид у последнего был настолько невозмутимый, что и впрямь показалось, что этот «сбой» нисколько его не вывел из равновесия, и он готов отыграть 15 позиций и почти 50 секунд, необходимые для победы. Тут я и поймал себя на мысли: а есть ли в мировом биатлоне еще один человек, который, стартуя из середины второго десятка, по-прежнему будет считаться фаворитом гонки преследования, и пришел к выводу, что в действительности другого такого биатлониста нет. Думаю, что и непонаслышке знакомый с биатлоном человек, читающий эти строки, со мной согласится и не решит, что я задним числом пытаюсь строить из себя провидца.

Особый счет

Для Бьорндалена, на протяжении более чем года стабильно попадавшего в шестерку во всех без исключения гонках, 16-е место – сущий кошмар. Да что тут говорить, если его выступление в Турине, где он завоевал медали в трех личных гонках из четырех, все аналитики безоговорочно признали провальным. Комментарии самого Уле Айнара, заявившего, что, дескать, выигрывать по четыре золотых медали возможно только при большом везении, которое на сей раз ему изменило, но, тем не менее, качество его биатлона осталось на высоком уровне, воспринимались не более как оправдание. Конечно, в словах пятикратного Олимпионика есть доля лукавства, но и сказать, что он не был в числе лучших в Турине нельзя. Просто мы привыкли к другим, несомненно большим достижениям, которые позволяли наделять Бьорндалена качествами железного Шварцнегера-терминатора и бессмертного Дункана Маклауда, которому «отсек голову» легким и изящным движением «счастливого» французского клинка Венсан Дефран. Заслуженный успех француза тут же произвели в подвиг и, если не поставили в один ряд с победой Рулона Гарднера над Александром Карелиным и Роки Бальбоа над Иваном Драго, и то лишь ввиду отсутствия между Норвегией и Францией многолетней «холодной» войны, то уж точно сравнили по громкости сенсации с победой белорусских хоккеистов над грозной шведской дружиной и с триумфом скромного паренька из земли банкиров и сыроваров в широко раскрученном противостоянии Малыша и Ханнавальда четырьмя годами ранее. При этом акулы пера словно выбросили из памяти тот факт, что норвежец по ходу той гонки отыграл свыше минуты стартового гандикапа и попросту не оставил сил на финальный рывок в коварных Туринских Альпах. Но в плену магии имени оказались практически все.
Собственно само имя Бьорндалена стало магическим после фантастического результата в Солт-Лейк-Сити четырехлетней давности. К тому моменту норвежец уже обладал всеми важнейшими спортивными титулами: Олимпийского чемпиона, чемпиона мира, обладателя Кубка мира, но назвать его безоговорочным лидером биатлона было нельзя. Кубок мира в последние годы прочно осел в руках более меткого Рафаэля Пуаре, да еще и Павел Ростовцев нередко оставлял норвежца позади себя. Однако олимпийские медальные расклады следуют какой-то своей логике порой вопреки сложившейся в последнее время расстановке сил. Подойдя к Олимпиаде в лучшей за все годы карьеры форме, Бьорндален выглядел абсолютно неуязвимым и одержал четыре победы во всех четырех гонках, внеся свое имя в список тех, кого принято называть великими. Сам герой поначалу с трудом привыкал к роли идола норвежских болельщиков, заявляя в многочисленных интервью, что этот успех получился столь ошеломительным во многом благодаря удачному стечению обстоятельств, а не какому-то уникальному таланту, выделяющему его из ряда других сильных биатлонистов.

Инстинкт убийцы

И все же главным «обстоятельством» победы Уле Айнара, я бы назвал психологию победителя или, как ее называют американцы, «инстинкт убийцы». Умением выдать максимальный результат в нужный момент, справиться с нервами, психологически подавить противника – этими способностями Бьорндален, безусловно, наделен, и именно за счет них он и добился значительно большего, чем его конкуренты. В этой связи мне вспоминается борьба за чемпионский титул в Формуле-1 в середине 90-х годов между Дэмоном Хиллом и Михаэлем Шумахером, когда в противоборстве, казалось бы, равных соперников в итоге раз за разом лучше оказывался немец. А англичанину, истинному джентльмену и вообще очень достойному, на мой взгляд, человеку не доставало лишь решимости, способности рискнуть ради заветного шампанского, поставив на карту все, и сделать победный обгон. Как говорилось в старом добром советском кино: «Хороший ты мужик, Дэмон, но не орел». Другой пример из гонок можно почерпнуть в совсем недавнем прошлом. В сражении в Альпах и Пиренеях во время знаменитой велогонки Тур де Франс Лэнс Армстронг раз за разом оставлял не у дел своего главного соперника Яна Ульриха. Каждый год немец настраивался на реванш: под него подбирали команду, изобретали новые методы подготовки, да и сам он подходил к многодневке в отличной физической форме. Однако на пути к победе вставала все та же психология. Все предыдущие поражения от американца тяжелейшим грузом тянули Ульриха вниз при каждом решающем подъеме многодневки. Оставшись со своим главным соперником один на один, немец, до этого казавшийся мощным и свежим, превращался в кролика перед удавом. Возвращаясь к биатлону, мы начинаем по-иному воспринимать внезапный провал Рафаэля Пуаре в Холменколлене на финише сезона, видя в этом не только элементы случайности, но и закономерности.
Помимо психологии другим фактором, позволяющим относить спортсмена к разряду великих, являются титулы. Как ни банально это звучит, но цифры имеют самую, что ни на есть магическую силу. Они становятся стимулом для самого атлета, который, сокрушив всех своих действующих соперников, мечтает в заочной дуэли схлестнуться с титанами прошлого. Постигнуть новую доселе не покоренную вершину – это то, что способно заставлять не только альпиниста собираться в горы, но и великого чемпиона вновь и вновь выходить на старт. Для соперников же эти титулы оказываются на столько тяжелым психологическим грузом, что они могут запросто уступить титулованному оппоненту, даже превосходя его на текущий момент в подготовке, и имея большое преимущество. Как говорил один из соперников Александра Карелина: «Выходя против него на ковер, ты думаешь не о том, как победить или хотя бы заработать очко, а о том, как бы достойно проиграть».

Любовь и ненависть

Однако не следует полагать, что репутация «великого и ужасного» является таким уж явным преимуществом в конкурентной борьбе, ведь помимо давления на соперников она давит и на самого себя. Перед каждым крупным турниром любители прогнозов задаются одним и тем же вопросом: сколько золота соберет Бьорндален? Два? Три? А может опять все сразу. При этом такие ответы, как «а вообще-то и одну золотую медаль завоевать очень трудно и почетно», даже не рассматриваются всерьез. Ведь зачастую мы забываем, что непобедимых атлетов не бывает, потому что все они смертные люди, которым свойственны пусть и в меньшей степени проявления слабости. И эти проявления всегда становятся источником массы болельщицких эмоций, необузданных и противоречивых, раскалывающих публику на два лагеря, каждый из которых по-своему не равнодушен к герою.
Ну, с армией поклонников все более менее понятно. Сильные личности всегда привлекают массы, порождают всякие фантастические легенды с наделением объекта обожания всеми возможными и невозможными положительными качествами, которые порой на самом деле ему даже и не присущи. Что же касается ненавистников, то их на проверку оказывается не меньше. Не стоит забывать, что и у других атлетов, порой обделенных нашим героем, есть болельщики, и они начинают тихо (а порой и громко) ненавидеть того, кто раз за разом крадет у их кумира победы, и связывать случившийся факт с каким-либо элементом нечестной игры. К примеру, по опросу, проводившемуся в Италии, самым любимым клубом итальянцев считается Ювентус, который поддерживает восемь миллионов болельщиков. Однако самым ненавидимым также оказался туринский клуб, причем «пустить в него стрелы» готовы целых десять миллионов. Подобная ненависть фанатов к сильным мира сего в футболе достигает безмерных пределов, словно футболисты во вражеских футболках грабят их семьи, отбирают хлеб у их детей. В индивидуальных видах спорта неприязнь, к счастью, ограничивается лишь банальным болением против и радостью от поражений и неудач. С таким отношением отдельной части болельщиков приходилось сталкиваться гонщикам Михаэлю Шумахеру и Лэнсу Армстронгу, теннисисту Роджеру Федерреру и боксеру Рою Джонсу. Судьба последнего во многом трагична. Будучи гениальным от природы боксером, Джонс долгие годы позволял себе издеваться над своими соперниками, превращая в ринге их в клоунов, а публика была вынуждена с этим мириться. Но годы рано или поздно берут свое и, потеряв коронную скорость, Джонс начал проигрывать. Стоит ли говорить, сколько радости это вызвало у американской общественности, и дело дошло до того, что ставятся уже под сомнение и великие достижения Джонса прошлых лет. Не избежал подобной участи и Бьорндален. Так во время этапа в Контиолахти мне лично приходилось слышать радостные возгласы и улюлюканье после промахов норвежца со стороны российских болельщиков. На мой вопрос «Почему вы против него болеете?» следовал ответ:
- Да надоел он уже, пусть лучше кто-нибудь другой выиграет.
Но поскольку в отдельных случаях кому-нибудь другому выиграть удается нечасто, придумываются интересные причины, объясняющие секреты успеха. Так можно узнать, что с такой машиной как у Шумахера семикратным чемпионом мог бы стать любой середняк формулы, что Лэнс Армстронг побеждал только лишь за счет грамотных действий команды и к тому же принимал массу запрещенных препаратов. О секретах побед Армстронга даже не поленились выпустить книгу, которая приобрела огромную популярность во Франции и за ее пределами. Тот же Рой Джонс, как теперь утверждают, дрался только со слабаками, а сильных соперников боялся и избегал, при этом забывается его победный поединок с чемпионом мира в тяжелом весе, превосходящем его на двадцать с лишним килограммов. В случае же с Бьорндаленом причиной успеха была объявлена астма, якобы имея справку о которой, норвежец легально принимает различные снадобья, расширяющие легкие, которые позволяют ему не только нестись со страшной скоростью, но и, что самое интересное, точнее стрелять. С одной стороны нельзя не согласиться, что дыма без огня не бывает, и атлеты порой находятся в неравных друг с другом условиях, но и глупо сваливать все на косвенные обстоятельства, возводя их влияние в абсолют. Подобные байки напоминают разговоры бесталанных пожилых преподавателей об успешном молодом профессоре, который, по их мнению, списал свою диссертацию у известного академика, а защититься ему помог богатый и влиятельный дядя. Что ж, их понять можно. Правда, ведь обидно становится, когда то, к чему ты стремился всю жизнь и чего так и не достиг, другому дается, казалось бы, с поразительной легкостью? У меня нет сведений относительно закрытого списка биатлонистов-астматиков, но в околобиатлонных кругах давно уже говорят, что он довольно велик и растет с каждым годом. Только вот одна беда: новых бьорндаленов на волшебных снадобьях взрастить никак не удается.

Самый сильный соперник

Вот и получается, что путь современного спортивного героя – это поход через пропасть по тоненькой дощечке, по одну сторону которой многочисленная армия поклонников, чьи высокие надежды необходимо оправдывать, и которые растут по мере новых успехов в геометрической прогрессии, а по другую – не менее многочисленная армия ненавистников, которые только и ждут осечки, чтобы позлорадствовать и втоптать некогда честное имя в грязь. А новые победы будут только поднимать героя на все большую высоту, падать с которой окажется еще больнее. Год назад, во время рекордной победной серии Бьорндалена, воспользовавшись возможностями Интернета, я задал ему вопрос:
- Насколько тяжелым бременем является для вас этот груз бесконечных побед?
- Бремя действительно тяжело, - признался норвежец, - Каждый раз, выходя на старт, ты понимаешь, что от тебя ждут только первое место, что повышает цену каждой ошибки, создает дополнительную нагрузку на нервы, и с каждой новой победой она разрастается подобно снежному кому.
Свой следующий старт Уле Айнар не выиграл. Кого-то это огорчило, кого-то обрадовало, но я знал точно, что ему теперь станет намного легче. Ведь в отличие от большинства спортсменов великие чемпионы выступают в своей собственной «галактической» лиге, где, помимо смертных соперников на трассе, приходится сражаться еще и с бессмертным и незримым соперником - планкой выдающихся достижений, которая, как еще в свое время отметил великий прыгун Сергей Бубка, и есть самый опасный соперник.
Вот с такими мыслями возвращаясь на трассу, я проникся… нет не восхищением, а скорее сочувствием к этому атлету в красном комбинезоне и мысленно пожелал ему, уже скрывшемуся к тому времени за поворотом, удачи в грядущем сражении. На следующий день Бьорндален, совершив фантастический рывок, одержал свою 60-ю победу. Во время награждения стадион уже не улюлюкал, а распевал гимны во славу норвежца. Сам Уле Айнар с улыбкой спозировал десяткам фотокамер, получил награды и отправился на пресс-конференцию. Сегодня он на коне, но завтра все в этом бушующем мире может снова перевернуться с ног на голову, а ему вновь предстоит держать марку великого чемпиона.

8.05.2005

В колонках играет - Gregorian
Настроение сейчас - филосовское

- Пошел вон, пес! – воскликнул в сердцах Кнут Великий, указав перстом на тяжелую дубовую дверь своему лучшему стреляющему лыжнику Эрику Беспощадному, и смачно плюнул на пол. Что-что, а уж плевать древние викинги умели.
- От собаки слышу, - столь же пафосно парировал Эрик и, прежде чем отправиться в указанном направлении, не менее артистично плюнул, поскольку тоже был самым, что ни есть стопроцентным викингом.
Не успела еще обрушиться, прилегавшая к двери часть стены, как славный конунг распорядился призвать к себе местного завхоза и, с мстительным видом загибая пальцы, стал перечислять: «Во-первых, стрел арбалетных со склада псу шелудивому не отпускать, пшеницы, овса, ну и прочего фуражу также, девку Брумхильдку, которую мы из-под себя в прошлом годе этому сыну бродячей козы пожаловали вернуть на кухню».
Процедура эта несколько затянулась, поскольку пальцы на руках разгневанного конунга быстро закончились, и пришлось для этой цели несколько раз призывать угрюмо слонявшихся по замку слуг. Тем временем, виновник происходящего резво шагал вдоль крепостного рва, решая сложную дилемму: что лучше пустить оскорбившему его конунгу красного петуха на конюшню или подбросить парочку дохлых крыс в колодец? От этих сладостных размышлений его отвлек тоненький голосок местного летописца, кормившегося периодически выбрасываемыми из замка отходами. А так как пиршеств по случаю великих побед за последнее время поубавилось, то и взгляд у летописца был голодный, как у волка.
- Слышал я, Эрик, будто Кнут тебе отставку дал? - вкрадчиво спросил грамотей.
- А тебе-то чего за радость? – подозрительно ответил Эрик и на всякий случай двинул тому в ухо.
- Ишь до чего народ довели узурпаторы проклятые! – пропел летописец, выбираясь изо рва, куда его отправила могучая рука викинга, - Добрейшего человека до такого состояния довести!
Назвать Эрика добрейшим было самой неприкрытой лестью, впрочем, в те простые времена летописцы, не сумевшие в полной мере овладеть этим искусством, как правило, редко доживали даже до периода половой зрелости.
- А давай мы про него тирана в летопись пропишем или лучше эту, как ее, сагу сочиним…
А началась эта история всего два дня назад, когда Герцог Флорентийский прислал Кнуту Великому щедрый спонсорский дар: три мешка панталон самой что ни на есть яркой раскраски. Эрик же был первым, кто попытался оспорить распоряжение Великого конунга об обязательном ношении этих самых панталон.
- Да чем мои портки-то хуже! - возмущенно гудел рассерженный викинг, похлопывая ладонью по торчащему наружу и уже изрядно подвытертому меху своих кожаных штанов, - Еще мой дед в них с Эриком Рыжим на Винланд ходил, отец 25 лет носил и мне донашивать завещал, продолжал ворчать он, с каждым ударом поднимая густое облако пыли из своих драгоценных с исторической точки зрения штанов.
- Во-во, - поддакивал ему Ульф Долговязый, - обряди твоего дедушку в эти попугайские панталоны, и не было бы у меня сейчас столь замечательного собутыльника, поскольку в них твой дед уж точно бы в этом самом Винланде все ценное, что у него на тот момент было, себе бы отморозил.
Их диалог был прерван громким треском рвущихся на мощном крупе Гунара Красноносого панталон. Он был единственный, кто не осмелился не исполнить приказ конунга и сейчас был вынужден жестоко расплачиваться за это, демонстрируя свой обильно поросший волосами зад, задыхавшейся от смеха замковой челяди. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения лучших стреляющих лыжников королевства, и те в ярости отправились заливать свое горе в ближайший трактир. Собственно подобные истории случались и ранее, но их отголоски редко когда вылетали за пределы замкового двора, и, скорее всего, хорошенько гульнув, а потом, проспавшись, доблестная братия с виноватым видом поползла бы на поклон к конунгу и уже вскоре щеголяла бы в пестрых флорентийских панталонах. Но на этот раз было не так, и случай, который свел раздосадованного Эрика и ловкого летописца придал событиям неожиданный оборот.
Уже на следующее утро жители окрестных деревень и городишек читали нацарапанные на заборах повествования про властвующего самодура и его несчастных лыжных стрелков. А еще через день сладкоголосые скальды пели об этом, бродя по заснеженным дорогам от одного селения к другому. Происшедшее не осталось незамеченным в замке. Для организации достойного отпора были привлечены лучшие силы: два разжалованных в конюшие летописца и изучавший в молодости грамоту золотарь. И вот уже поверх закрашенных старых надписей на тех же заборах белели свеже вырезанные слова, повествующие о благородстве и великодушии конунга и черной неблагодарности его бегающих на лыжах лучников. В конец, переставший что-либо понимать народ в растерянности вертел головами то в сторону замка, откуда долетала площадная брань в конец вышедшего из себя конунга, то в сторону харчевни, откуда доносились не менее живописные высказывания окопавшихся там мятежников…
Находились впрочем и такие, которые, прочитав очередное воззвание, с пафосом восклицали: «Братья и сестры! Отечество в опасности! Конунг не дает нашим защитникам стрелы. Он снюхался с Флорентийским Герцогом и готов отдать ему главное наше достояние – волосатые штаны Эрика". Но уже на следующий день те же голоса кричали: «Зажравшиеся хамы! У этого негодяя Эрика весь чердак стрелами забит. Мало того, что щедрый конунг снабжал его ими в немереном количестве, так он оказывается еще и сам их в оружейне приворовывал».
Мела вязкая густая метель, огибая черные камни скандинавских скал, тускло и коротко светило неверное северное солнце, приближалась долгая полярная ночь…

Впрочем, давным-давно это было. Так давно, что, может быть, и не стоило вспоминать об этом, да вот только схожие события имеют свойство повторяться в разных эпохах и в населенных отнюдь не только викингами странах.
Буквально сразу после возрождения Олимпийских игр в конце 19 века спортсмены, как и воинствующие мужи, стали кузнецами государевой славы. Царская России, попробовав возрожденной античной забавы в 1908 году, вдохновилась идеями Кубертена и к стокгольмским играм 1912 года готовилась с полной серьезностью и большими амбициями. Помимо коронных для русских офицеров видов конного спорта, стрельбы и борьбы отдельные надежды связывали и с футболом. Придуманная англичанами игра к тому времени успела пообжиться в России, главным образом, в Москве и Петербурге. Между командами «двух столиц» и развернулась борьба за представительство в сборной, в результате которой влиятельные столичные покровители команды «торпедировали» ряд москвичей, заменив их на менее искушенных в футбольном искусстве, но более «благородных» питерцев. В результате такой чистки за бортом остался, пожалуй, лучший российский футболист дореволюционной эпохи, а в последствии блистательный журналист Михаил Ромм. Официальная формулировка – «за пижонство» нелепа по своей сути, однако, как позже признался в автобиографии сам Ромм, истинной причиной его отчисления были антисемитские настроения. В результате потратившие все эмоции на отбор в команду игроки потерпели поражение от немцев, которое до сих пор остается самым сокрушительным в истории отечественного футбола - 0:16. Методы отбора в команду по далеким от спортивных принципов нередко практиковались на тех играх и в других видах спорта. В итоге одна из самых многочисленных (целый пароход) делегаций уехала из Швеции несолоно хлебавши, на порядок уступив подвластной русскому императору Финляндии, которая выступала отдельной командой. В те годы спорт еще не был профессиональным, и ни о какой защите спортсменами своих прав и речи быть не могло.
Юридически профессионализм спортсменов в России был закреплен уже в эпоху реформ конца прошлого века, но де-факто стал таковым еще в довоенном Советском союзе. Однако спорт был в высшей степени политизирован. Находясь в окружении врагов-империалистов, советский спортсмен был обязан не только доказывать своими победами преимущество коммунистического строя и силу трудового народа, но и в своем моральном облике олицетворять лучшие качества этого самого народа. Как отмечал в своих исследованиях замечательный статистик и обозреватель газеты «Спорт-Экспресс» Аксель Вартанян, регламент проведения внутренних первенств, тренировочный процесс, выбор зарубежных соперников и даже формирование состава команд находились под постоянным контролем высшего руководства НКВД. Спортсмены же зачастую лишались своего главного права – права на ошибку и проигрыш, который в спорте никогда нельзя исключать. Показательным примером стало поражение советской сборной по футболу на своей первой Олимпиаде в Хельсинки сверхпринципиальным тогда соперникам – югославам. «Опозорившая знамя советского футбола» легендарная команда лейтенантов была расформирована по указу самого Сталина, а ее игроки были лишены всех регалий, включая звания заслуженных мастеров спорта. Разжалование было во многом несправедливым еще потому, что из игроков находившихся на поле в том злополучном матче лишь четверо представляли клуб армии.
Другой случай, показывающий вторичность личности спортсмена в отношении решения глобальных задач страны, таких, как извечное соперничество с Америкой в разгар холодной войны, произошел 15 лет спустя. От тренеров требовались непременные гарантии пополнения «золотого запаса» команды. Жертвой данной системы стал трехкратный Олимпийский чемпион, легендарный гребец Вячеслав Иванов. Четырехлетний цикл перед Олимпиадой в Мехико сложился для него непросто: сзади напирали более молодые соперники, готовые потеснить Иванова с трона короля лодки-одиночки. Однако контрольный старт накануне игр в Мехико Иванов выиграл и готов был поехать за своим четвертым золотом. Все перевернулось с ног на голову, когда на собрании у тогдашнего председателя Спорткомитета СССР Сергея Павлова тренер второго нашего гребца Виктора Мельникова заявил, что гарантирует золотую медаль своего ученика. Наставник Вячеслава Игорь Демьянов, будучи человеком честным и прекрасно зная истинную суть спорта, стопроцентной гарантии дать не мог. В итоге Иванов остался в запасе, а Мельников не смог попасть даже в финал.
Во все времена спорт был зеркалом своей эпохи, воплощая в себе те или иные достоинства и недостатки государственной системы. В авторитарной системе любое спортивное общество подразумевало собой четкую централизацию, при которой тренеры беспрекословно подчинялись высшему партийному руководству, а для спортсмена в свою очередь непререкаемым авторитетом был тренер. В любой конфликтной ситуации с вышестоящим начальством атлет не имел ни малейшего шанса. В то же время отлаженный механизм данной системы обеспечивал лучшие результаты на решающих соревнованиях, преемственность поколений тренеров и чемпионов, формирование и сохранение традиций советской школы спорта, которая по праву заслужила признание во всем мире. Грозное название «Большая красная машина», данное нашей команде на Западе, болельщики со стажем вспоминают сегодня с ностальгией, а молодежь – с удивлением и восхищением. Признаюсь, что мне порой становится грустно, что я практически не застал эпоху советского доминирования в спорте, когда любое место кроме первого считалось поражением, (сравните с рассуждениями современных комментаторов о ценности бронзы) и еще оставшиеся в строю герои той эпохи, начинавшие свою карьеру в сборных СССР и ГДР, нет-нет да заявляют о себе, правда, все реже и реже.
Главной отличительной чертой подготовки спортсменов в Советском Союзе была жесткая регламентация всего тренировочного процесса, четкое распределение обязанностей и ответственности и постоянный контроль за работой тренера со стороны вышестоящих органов. Величайший тренер по лыжным гонкам Александр Алексеевич Грушин, воспитавший целую плеяду великих чемпионок, вспоминал о первых годах своей карьеры, начавшейся еще при советской системе: «Свою программу подготовки на четырехлетие я был обязан расписать по дням. И защитить сначала у себя в отделе лыжных гонок, затем - в управлении зимних видов спорта и только после этого - на коллегии Госкомспорта. Помимо руководства и тренеров на коллегии присутствовали и представители науки. Они, как правило, были узкими специалистами, но в своих областях досконально владели всей информацией. Один - методикой тренировок в высокогорье, другой - развитием силы и скоростной выносливости и так далее. Каждый из них мог задать любой вопрос. И на все эти вопросы я обязан был ответить».
За любое отклонение от намеченного графика в случае не выполнения поставленной задачи отвечал тренер, в связи с чем сложились и определенные методы работы тренеров со спортсменами, основанные также на жесткой дисциплине и беспрекословном выполнении всех установок. Спортсмены советской эпохи прекрасно понимали свои обязанности и роль тренера в процессе подготовки, а поэтому конфликты возникали крайне редко, и о большинстве из них умалчивалось.
Ситуация изменилась с революцией начала 90-х, эпохой крайностей, когда страну накрыла повальная «демократия» и в адрес мэтров советского тренерского цеха Анатолия Тарасова, Константина Бескова и в особенности еще продолжавших активную работу в сборных Николая Карполя и Виктора Тихонова один за одним посыпались упреки в диктаторстве, неуважении к спортсменам, подавлении личностей. В особенности сложно складывались отношения Тихонова с молодыми хоккеистами сборной и ЦСКА. Первым скандалом стал побег за океан Александра Могильного. Затем его примеру последовал и Сергей Федоров, а далее переток лучших хоккеистов в Северную Америку увеличился до скорости десятка в год. Большинство воспитанников Виктора Васильевича впоследствии нелестно отзывались о его методах работы, ставя в пример то, как построены отношения с игроками на Западе. С этих конфликтов тренер-игрок и начались проблемы отечественного хоккея. Квалифицированных молодых тренеров стране не хватает, а с наставниками старой закалки новое поколение, самым ярким примером которого является Илья Ковальчук, не может найти общий язык. Один из представителей советской тренерской школы в хоккее Владимир Юрзинов однажды заметил с иронией: «Старую собаку новым фокусам не обучишь», и потому тренеру крайне сложно переделать свою философию, которая несколько десятилетий приносила ему успех, пусть даже в других условиях, да и вообще в другой стране. Справедливо было бы также заметить, что и современная молодежь, защищая одни принципы западных профи, совершенно забывает о других. Как справедливо заметил Владимир Крикунов, возглавлявший сборную России по хоккею на последней Олимпиаде, игроки считают нормальным публично критиковать тренера сборной, провоцирую конфликт в прессе, в то время как в клубе, где получают зарплату, не смеют сказать ни слова упрека. На западе стороны любого спора и конфликта всегда стараются воздерживаться от публичных выступлений, не выметать сор из избы, в то время как этому в России до сих пор не научились.
Спорт номер один – футбол не многим уступил хоккею по числу скандалов. Среди них и знаменитое «письмо четырнадцати» с требованием отстранить от работы со сборной Павла Садырина в канун подготовки к Чемпионату мира-94, и последующий скандал с теми же действующими лицами на Евро-96, и относительно недавнее публичное изгнание из сборной Александра Мостового Георгием Ярцевым – в общем, что ни турнир, то скандал. Уж что-что, а громко хлопать дверьми россияне умеют.
Любой скандал, как бы он не завершился, сильнее всего бьет по популярности самого спорта. Почти каждая из внешне благополучных американских лиг прошла через конфликт с профсоюзом игроков по поводу сумм контрактов и последующий локаут, который значительно снижал посещаемость соревнований и телерейтинги в дальнейшем. Так локаут в НХЛ в позапрошлом сезоне привел к отказу от трансляций лиги крупнейшего спортивного телеканала ESPN, а также к многочисленным убыткам с обеих сторон. В итоге потерпевший поражение профсоюз вынужден был принять худшие по сравнению с началом локаута условия, а часть клубов неизбежно бы продлись забастовка еще на один год. Однако футбол и хоккей – самые популярные летний и зимний вид спорта, их сопровождают огромные финансовые потоки, и ущерб от любого, даже самого крупного скандала не будет столь губителен, как для видов спорта менее популярных.
Допинговые скандалы в лыжных гонках привели к резкому снижению интереса к ним со стороны зрительской аудитории, что особенно заметно на фоне роста популярности биатлона. А опальная сборная Финляндии до сих пор не может оправиться после скандала 2001 года, когда от нее отвернулись практически все спонсоры. Катастрофические проблемы испытывает сейчас велоспорт: допинговые чистки привели к тому, что ряд телекомпаний отказался от прав на показ нечистоплотной, по мнению общества, многодневки «Тур де Франс», ряд команд испытывают серьезные трудности со спонсорами и находятся на грани банкротства.
Биатлон близок к этим циклическим видам спорта: его популярность еще очень неустойчива, а сложившаяся аудитория непостоянна, а потому скандалы могут привести к губительным последствиям для спорта в целом. Сложившаяся ситуация, в которой руководство СБР в лице Александра Тихонова, выступавшего в советские времена и привыкшего к принципу единоначалия, не ищет путей к компромиссу со спортсменами, а те в свою очередь распространяют открытую критику в прессе, в том числе и в статьях, которые принято называть «ангажированными». За две недели до этапа Кубка мира стороны практически не сдвинулись со своих позиций навстречу друг другу, и кошмарные угрозы Тихонова с каждым днем приобретают все более реальные очертания. В результате контрактного скандала в мужской команде и массового ухода лидеров в женской первый сезон в новом олимпийском цикле может оказаться провальным, а это приведет к самым плачевным последствиям, начиная с сокращения квот России на кубковых этапах и срыва подготовки молодых спортсменов к Олимпиаде-2010 и заканчивая падением интереса к биатлону в стране вследствие отсутствия результатов и последующему уходу спонсоров. Тогда уже нынешний контракт с «Виссманом» в любой форме станет недостижимой мечтой, ведь, пожалуй, кроме футбола, ни один спорт в России не будет пользоваться поддержкой в отсутствие больших побед.

И вот первые робкие лучи восходящего весеннего солнца упали на холодный мрамор, стоящей на главной площади города, статуи Великого конунга, где он был изображен еще никому неизвестным молодым воином, из той легендарной команды, выигравшей «Большую Полярную эстафету». Древний ваятель изобразил его входящим в сумрак драконьего леса последним оставшимся в живых викингом, когда на его хвосте висела целая свора генуэзских арбалетчиков, а на финишную прямую из леса вышел только он один, принеся всемирную славу взрастившему его народу. И редким оказавшимся в тот момент на площади горожанам могло показаться, что суровые черты на лице мраморного лучника смягчились, а в уголках его рта мелькнула легкая едва заметная улыбка. Но это была всего лишь причудливая игра теней. Солнце поднялось еще на пару градусов выше, и вот уже его лучи коснулись обтянутых рыбьим пузырем окон харчевни. Из ее дверей высыпала уже знакомая нам славная братия стреляющих лыжников. Их лица несли отпечаток не выигранных сражений, а скорее слегка затянувшегося застолья. Гордо выставляли они измазанные сажей большие пальцы правых рук приготовленные для раздачи автографов, мечтающим вступить за них в смертельную схватку почитателям. Однако никто не кидался к ним как обычно с берестяными табличками, расталкивая локтями соседей, все молча спешили по своим делам, не обращая на славное воинство никакого внимания.
- Эй, парень, Я - Эрик Беспощадный, - просипел, не выдержав один, из них пробегавшему мимо мальчишке.
- Это который Эрик? Тот, что прошлой зимой пьяный в прорубь свалился или который раньше на базаре курами торговал? – поинтересовался тот в ответ, но, наткнувшись на колючий взгляд собеседника, поспешил дальше. Не было ничего: ни радостных возгласов, ни привычной борьбы за автографы, ни удачливых купцов и ремесленников, готовых поделиться содержимым своих тугих кошельков. И только старый полуслепой скальд, взглянув на некогда грозную дружину, достал свой музыкальный инструмент из разряда щипковых и не по-старчески молодым голосом затянул песню про те добрые времена, когда многочисленные толпы горожан тянулись к лыжным ристалищам, где неслись по лыжне мужественные воины без страха и упрека, принося честь и славу себе и своему народу. Но никто не слушал певца. Все также спешили по своим делам горожане, и лишь немногие из них, пробегая мимо, швыряли певцу горстку медных монет, с удивлением повторяя про себя: «Надо же, какая у стариков иногда бывает память».

Публикую, чтобы открыть глаза поклонникам РФПЛ.

Князев – это псевдоним. Ведущий аналитик крупной букмекерской конторы спустя час после начала разговора вдруг остановился на полуслове и попросил выключить диктофон: «Не хочу, чтобы интервью публиковали под моей фамилией. Мне проблемы не нужны – наезды на семью, угрозы и прочие неприятности. Откровенность в обмен на анонимность. Условились?» Я согласился: человек давно в бизнесе, ему, как говорится, масштаб бедствия видней.



Интересующимся дополнительно сообщаю: кассета с записью беседы в редакции, текст публикации собеседником утвержден.

О КРИМИНАЛЕ

– Бьюсь об заклад, вы в прошлом игрок, Алексей.

– Есть грешок, баловался когда-то. Правда, крупных ставок не делал, больше процессом интересовался. Поскольку в России тотализатор долго относился к запрещенным видам бизнеса, играл за границей. Например, впервые оказавшись в Лас-Вегасе, не удержался от соблазна поставить по паре долларов на результаты очередного тура регулярного чемпионата НХЛ…



– Обогатились?

– Сейчас уже и не вспомню. Повторяю, хотелось попробовать, приобщиться. Профессионально букмекерством занялся в конце 90-х, когда вернулся из командировки в США, где работал программистом. В России тотализатор в ту пору пребывал в зачаточном состоянии. Иное дело сейчас: у нас около тысячи точек приема ставок по всей стране, филиалы в Украине, Белоруссии, Казахстане, Киргизии…

– В сознании дилетантов, к коим отношу и себя, живет подозрение, будто рядом с букмекерством обязательно должен крутиться криминал: наличные деньги – лакомая приманка.

– Для организованной преступности мы не представляем большого интереса – суммы не те. Обычно наша точка принимает до ста ставок в день, каждая – в среднем рублей по двести. Вот и считайте: тысячи долларов за смену не набирается, в любом продовольственном киоске, полагаю, оборот крупнее.

Конечно, мелкие инциденты случаются: попытки ограблений, угрозы кассирам… Регулярно совершаются хакерские атаки на наш сервер с целью сделать ставки на уже закончившиеся матчи. Однажды в Ростове так хотели украсть полмиллиона рублей. И в Одессе почти полгода нас пощипывали подобным образом, правда, вели себя скромнее: снимали за раз по сто-двести долларов, чтобы лишнего внимания не привлекать.

– Классика жанра: Ростов-папа и Одесса-мама.

– Словно в анекдоте! Мы вовремя зафиксировали подозрительные сделки и обнаружили нарушения. Вопросы внутренней безопасности у нас под постоянным контролем.

– А в каких случаях букмекеры могут отказаться выплатить выигрыш?

– Стремящиеся сорвать дармовой куш часто не знают наших правил. Например, игроку запрещено делать несколько ставок на один и тот же результат. Те, кто пытается отовариться по полной программе, получив максимальную выгоду, объезжают десятки букмекерских точек и везде ставят на исход, известный им заранее. Потом приходят и требуют денег. Разумеется, в таких ситуациях мы не платим и доказываем собственную правоту через суд.

ОБ ИНФОРМАТОРАХ

– Подозреваю, в вашем деле инсайдерская информация дорогого стоит.

– В этом букмекерский бизнес сравним с биржевым, где курс акций того или иного предприятия порой падает из-за личных неурядиц в семье директора. Вот и новости из стана команд могут существенно облегчить нам жизнь. Допустим, узнаем, что перед ответственным матчем половина основного состава слегла с высокой температурой. Это обязательно отражается в котировках. У нас есть такое понятие: странные ставки. Следим за ними особенно внимательно, постоянно мониторим.

– Что может вызвать подозрение?

– Скажем, теннисист А. на тренировке случайно подвернул ногу, и его игра в полную силу в следующем матче оказалась под вопросом. Свидетелями ЧП были люди из ближайшего окружения спортсмена, и кто-то, не устояв перед искушением, сделал крупную ставку на поражение. Подобные внешне немотивированные шаги сразу попадают в поле нашего зрения.

– А если гражданин А. оступился намеренно?

– Это уже называется договорняком. Такие вещи происходят повсеместно – в футболе, хоккее, волейболе, теннисе.

– Наверное, у вас и черные списки проштрафившихся есть?

– Конечно. Для внутреннего, служебного пользования.

– Не жадничайте, Алексей, поделитесь с народом.

– Не испытываю желания нарываться на судебные иски. В нашей стране за неосторожное слово можно схлопотать обвинение в клевете. На Западе в этом смысле свободы куда больше. Там не стесняются сказать жулику, что о нем думают. В Штатах лет тридцать назад две бейсбольные команды были заподозрены в договорняке, с тех пор матчи между ними принципиально не котируются букмекерскими конторами. Сравнительно недавно в Англии разгорелся скандал, в центре которого оказался известный российский теннисист. Эксперты на основании анализа сделанных ставок прямо обвинили игрока в сдаче матча, объявили персоной нон грата, королева Елизавета отказала ему в обещанной аудиенции. В России об инциденте никто и словом не обмолвился.

Кстати, английский спорт, и футбол в частности, поставил бы на первое место в мире по чистоте. Не представляю, чтобы там кто-то сдал матч сопернику. На память приходит лишь эпизод с экстравагантным вратарем из сборной Зимбабве, который любил почудить, выходил чуть ли не в центр поля и пропускал из-за этого нелепые голы, а потом оказалось: он связан с малазийским игорным синдикатом…

ОБ ИТАЛЬЯНСКОЙ «БОМБЕ»

– А бомба, рванувшая в итальянском кальчио, оказалась для вас неожиданной?

– Не смешите! Мы давно просчитывали варианты с договорными матчами, особенно на финише сезона. Или, думаете, это только нам видно? Критическая масса накапливалась долго, однажды выплеск все равно произошел бы. Полагаю, на этот раз гром грянул по той причине, что с поста премьера правительства ушел Сильвио Берлускони, а его сменщики решили навести порядок. В том числе и в футболе.

– Цепная реакция в других странах не последует?

– Знаете, наверное: в Германии посадили в тюрьму арбитра, за деньги топившего «Гамбург» в игре на Кубок против клуба из низшей лиги. В Чехии в прошлом году аналогичный скандал вышел наружу. Конечно, странные матчи случаются во всех футбольных чемпионатах, но с Италией в этом смысле конкурировать можем, пожалуй, только мы.

– Хоть в чем-то сравнялись с чемпионами мира – в уровне коррумпированности!

– Правда, нам взрыв вряд ли грозит. По крайней мере, до сих пор ни один результат матча не был оспорен на том основании, что между игроками или командами существовал предварительный сговор и оказались нарушены спортивные принципы. По логике РФС, у нас в футбол играют честно.

– А по вашему, букмекерскому, разумению?

– Зачем такие вопросы задаете? Будто сами телевизор не смотрите. Договорняков всегда хватало. И черные списки команд у нас, разумеется, есть. Если не углубляться в историю и взять текущий чемпионат, из клубов премьер-лиги успели особо отличиться «Луч», «Ростов» и «Крылья Советов». Но хочу еще раз подчеркнуть: я никого не обвиняю, у меня нет доказательств, только подозрения.

– Которые и позволили вам ограничить копейками выигрыш тем, кто поставил на победу «Крылышек» в недавнем матче против «Луча»?

– Мы увидели: для определенной группы игроков привлекательны даже столь мизерные котировки. Люди были абсолютно уверены в исходе встречи, приходили и делали максимальные ставки, никого и ничего не стесняясь. Похожая история наблюдалась перед матчем «Луча» и «Ростова» во Владивостоке. Впечатление, команды договорились о примитивном обмене очками дома. В таких ситуациях для нас все ясно. Может, у РФС, других надзирающих за соблюдением спортивных принципов организаций вопросы и остаются, но не у букмекеров. Мы не намерены раздаривать собственные деньги.

– Ну, а, скажем, ЦСКА к вам под колпак никогда не попадал?

– Мы же говорим про 2006 год. Армейцев со старта отнесли к числу фаворитов, их в любом матче высоко котируют. В этом случае гораздо сложнее отличить игровую ставку от немотивированной. Тем не менее, изучив статистику последних сезонов, мы с большой осторожностью принимаем ставки на пенальти в поединках с участием ЦСКА или, допустим, на удаление футболиста с поля.

О ПОЗИЦИИ ПРЕЖНЕГО РФС

– Кстати, никто не заключал пари, что Сергею Овчинникову покажут красную карточку в матче с «Москвой»? Слишком уж агрессивно вел себя Босс, словно специально на грубость нарывался.

– Странных сделок по этому поводу мы не зафиксировали… Чтобы не заставлять вас перебирать все клубы премьер-лиги и не обсуждать каждый спорный момент, скажу так: за последние пять лет мы предпринимали неоднократные попытки донести имеющуюся информацию до руководства РФС. На основании анализа ставок сообщали о подозрительных, а по сути, договорных матчах еще до их начала.

– Например?

– Поймите, дело не в конкретных играх. В первой лиге договорняков еще больше, чем в премьере, а вторая насквозь этим пропитана. Иногда до анекдотов доходит. Известен случай, когда футболист сделал ставку на поражение родного клуба, вышел на поле и забил автогол.

– Наверное, не удержался, момент был удачным для удара.

– И смех, и грех! С другой стороны, когда команда месяцами сидит без зарплаты, а такое у нас в стране сплошь и рядом, человек может на любую сделку с совестью решиться. Но, повторяю, речь сейчас не об этом. Если хотим победить зло, надо бороться с причиной, а не со следствием. Мы не менее десяти сигналов направили в РФС. Просили о единственном: проконтролируйте, не допустите. Ответы получали стандартные: спасибо за предупреждение, на матч командирован специальный инспектор, который проследит за чистотой.

– И?

– После игры приходило еще письмо: мол, фактов нарушений не выявлено, команды бились насмерть, а вы, господа букмекеры, ошиблись.

– А счет совпадал с тем, который был предсказан вами?

– Со стопроцентной точностью! После того как история повторилась несколько раз, мы перестали ломиться в закрытую дверь. Какой смысл изображать из себя донкихотов? Впредь получаемую информацию использовали в собственных целях, выставляя на подозрительные матчи такие коэффициенты, которые сводили к минимуму риск наших материальных потерь. Люди, верившие в честную борьбу, уравновешивали ставки тех, кто заранее знал, чем дело закончится.

О ВСТРЕЧЕ С МУТКО

– Тем не менее на днях вы общались с Виталием Мутко. Значит, еще надеетесь, что шанс очистить российский футбол от грязи окончательно не потерян?

– Это уже ваша инсайдерская информация, я обещал не обсуждать с прессой подробности разговора.

– Тогда хотя бы в общих чертах.

– Президент РФС сам предложил нам встречу, и мы откликнулись, поскольку кровно заинтересованы в наведении порядка в футбольном хозяйстве. Догадайтесь, почему на матчи английской премьер-лиги наша контора принимает ставки до 30 тысяч долларов, а для игр российского чемпионата ввела потолок в три тысячи?

Мы не хотим рисковать из-за жулья, но не собираемся краснеть и за странные, по мнению непосвященных, котировки. Игроки начинают подозревать, будто букмекеры ловят рыбку в мутной воде. А мы лишь ретрансляторы, чутко реагирующие на конкретную ситуацию. Думаете, нашим аналитикам нравится рассчитывать коэффициенты на основе предположений, продадут матч или предпочтут играть честно, а не по спортивным показателям?

Посмотрим, какие шаги последуют со стороны РФС. По крайней мере, в среде букмекеров известно, сколько усилий в свое время приложил Виталий Леонтьевич, чтобы «Зенит» не фигурировал в сомнительных сделках. И добился желаемого: питерская команда ни разу не попалась на чем-то противозаконном. Точнее, одного игрока заподозрили в неблаговидном, но он быстро покинул клуб. С той поры – ни-ни. Это же, кстати, можно сказать и о московском «Спартаке».

– А еще о ком?

– Готов повторить: к двум названным клубам со стороны букмекеров вопросов нет. С известной долей уверенности могу утверждать: судьи и соперники «Зенитом» со «Спартаком» не покупались и не продавались. Хотя, например, Петржела активно играл на тотализаторе, заглядывал на наши точки.

– По-вашему, это нормально?

– Во-первых, он никогда не ставил на матчи «Зенита». Во-вторых, почти всегда… проигрывал.

– Какую, кстати, максимальную сумму просаживали за раз на вашей памяти?

– Во время чемпионата мира в Германии горячий товарищ с юга поставил у нас двести тысяч долларов на исход двух четвертьфиналов. И… ошибся. Что поделаешь? Бывает. К слову, родственники нескольких футболистов сборной Украины играли на тотализаторе в ходе последнего чемпионата мира, хотя Блаттер официально просил участников первенства и членов их семей воздержаться. Сначала мы немного напряглись, а потом увидели: ставки идут нормальные, чистые, и успокоились. Если человек азартен, как ему запретишь играть?

Но хочу закончить мысль, почему «Зенит» и «Спартак» у нас вне подозрений. Конечно, к отдельным футболистам могли подкатываться с непристойными предложениями, однако в этих клубах всегда жестко боролись с подобными нарушениями, наладив систему так, чтобы отфильтровывать все, не относящееся к игре.

– В том числе и материальное стимулирование третьей стороны?

– Это явление известно и за пределами России. На мой взгляд, тут криминала намного меньше, чем в договорняках. В Германии, Испании, Италии о таких вещах пишут в газетах. Все оформляют чуть ли не официально. Так, «Бавария» может прямо заявить, что намерена выплатить премию за победу над «Штутгартом», допустим, дортмундской «Боруссии», лишенной турнирной мотивации. Конечно, остается вопрос, насколько спортивна подобная стимуляция, но, по крайней мере, это не взятка, не подкуп. Понятно, в Англии такое исключено, там команды бьются без всяких дополнительных допингов, однако ведь мы с вами живем не на родине футбола…

О КУСКЕ ПИРОГА-2006

– Высокопоставленный спортивный функционер недавно рассказывал, что, по его информации, в этом сезоне крупных разборок в премьер-лиге не избежать: мол, слишком много «заряженных», претендующих на кусок пирога. На всех его не хватит…

– На уровне бытовых сплетен тоже немало слышал. Вроде бы уже расписано, кому вылетать из высшего дивизиона, а кто попадет в зону УЕФА. Впрочем, и без ссылок на анонимные источники ясно: «Шинник» выдавливают из премьер-лиги, используя подпольно-криминальные методы. Ярославский клуб практически обречен. И судьи порой странно свистят, и соперники спуску не дают, и внутри команды что-то непонятное происходит…

– Может, вы знаете и имя чемпиона?

– По нынешней игре ЦСКА в тройку вряд ли должен попасть, но всем очевидно: армейцы ниже второго места не опустятся.

– А с «Локо» что будет?

– С железнодорожниками у букмекеров прежде не возникало проблем, но в последнее время в клубе произошли большие изменения, поэтому воздержусь от оценок. У нас нет информации, что в «Локо», как в «Спартаке» или «Зените», жестко контролируют игроков, которых потенциально могут «зарядить» соперники. Понимаете, многое зависит от руководства клубов, принципиальности их позиции.

– Но осталось хоть что-то святое в спорте, Алексей?

– Прямо как на исповеди спрашиваете…

– Тогда ответьте, за кого болеете лично вы?

– За «Спартак» и «Зенит». По причинам, которые объяснил раньше. Эти команды честные.

– Поэтому ни та, ни другая не станет чемпионом?

– Не говорил этого. Случаются же в жизни чудеса… А если серьезно, подобное положение не может продолжаться вечно. Когда-то обязательно прорвет. В Италии «Ювентус» отправили в низшую лигу, и небеса не рухнули. Вдруг Россия на очереди…

– И кого сошлем за Можай?

– Пораскиньте мозгами. По идее, «Юве» должен был чисто побеждать в национальном первенстве, поскольку объективно сильнее соперников, но клубному руководству хотелось иметь стопроцентные гарантии, вот и «подстраховывались», как умели. В нашем футболе тоже есть команды, которые на голову выше других, обладают лучшим подбором игроков, солидным бюджетом и возможностями, тем не менее не брезгуют «работой» с судьями и прочими закулисными маневрами. Называть их поименно или сами догадаетесь?

В колонках играет - Placebo
Настроение сейчас - творческое

Данное произведение является плодом фантазии автора и любые возможные совпадения с реально действующими совпадениями и людьми являются чистой случайность.

В некотором царстве, в некотором государстве, ну и как водится давным-давно тому назад жила была одна королева, ну не то чтобы королева, а "типа того", одним словом корчму держала на бойком месте оживленного тракта из Христиании в Пизу. Корчма называлась просто без особых претензий "У Прасковьи", но заезжий люд: служивые викинги, шустрые торгаши, да и просто разбойники, рыскающие вдоль дороги, и любившие между делом заглянуть в корчму, называли ее просто и ласково - "У Параши".
Сама Параша, женщина грозная и властная, встречала гостей в дверях и, ежели что, запросто могла дать незванному гостю отворот-поворот. "Соньку Словоблудную в течение 7 лет в корчму не пущать, пивом, медом не потчивать!", - то и дело слышалось, как хозяйка раздает указания суетившейся вокруг челяди.
А поскольку места там были снежные, да живописные, то и облюбовали их местные биатлонисты для своих соревнований и тренировок. Поглядела как-то Прасковья, как вдали бойко снуют меж заснеженных елей маленькие черные фигурки на лыжах и с арбалетами за плечами и подумала:
- Королева-то я, королева, да вот только чего? В Христиании у тамошнего короля своя спруга имеется, да и в Пизе при местном герцоге, вроде как, своя герцогиня состоит. А королева корчмы, ну уж как-то совсем не звучит? А буду-ка я именоваться королевой биатлона!
Надо сказать, что сама Прасковья только вчера от заезжего святого человека, плешь учением нажившего, узнала, как же та самая причуда, которой эти самые мужики с арбалетом, да на лыжах занимаются, называется.
- "А что, хорошо звучит!", - буркнула она себе под нос, глядя на шустрые фигурки, мелькавшие вдали средь заснеженных елок. По этому случаю на следующий день проезжий художник из Христиании за двух пескарей, да кружку разбавленного водой пива перерисовал вывеску, висевшую над входом в корчму, которая теперь называлась таинственно и загадочно "У биатлон-параши".
Надо сказать, что сами биатлонисты в корчму захаживали редко, можно сказать почти и не появлялись - не до этого им было. Времена тогда суровые были, правила биатлона малость от нынешних отличались. Это сейчас они по черным мишенькам лупят, а тогда мишени покруче были: движущиеся, да сами стреляющие. Одним словом, кто до финиша целым добирался, того победителем и объявляли. Так что пошвыряют горемычных раненых в одну телегу, убиенных в другую, да и повезут в Христианию: кого хоронить, а кого отваром из мухоморов отхаживать. Ну, для Прасковьи это и не нужно было: главное, что пока они подле ее корчмы бегают да друг в друга стрелы пускают, она имеет законное право называться этой самой королевой биатлона и требовать от гостей для себя почестей самых что ни на есть королевских.
Раз правда, как-то эти молодцы заглядывали к ней в корчму. На королеву ее подданные впечатления не произвели: прожорливые мужланы, а слова хвалебного из них не вытянешь. Один и вовсе вертлявый такой, щупленький, а у самого сопля под носом висит. Так тот и вовсе на ее помощницу весь вечер пялиться осмелился. Вот и решила королева, пущай они там вдалеке бегают, где они поцивильнее смотрятся. И велела местному плотнику забор с ихней стороны сгородить. И все шло своим чередом: сновали вдали меж заснеженных елей маленькие фигурки лыжников, королева принимала королевские почести, Соньку Словоблудную уже на 150 лет от корчмы. Но как-то один заезжий скальт поведал хозяйке о том, что в далекой Пизе или где-то подле нее собираются большие соревнования устроить и название у них самое что ни на есть чудное и богопротивное О-л-и-м-п-и-а-д-а. Прасковью аж передернуло при упоминании этого слова. Но что самое обидное, про эту Олимпиаду все чаще и чаще стал говорить у нее в корчме проезжий торговый люд, предвкушая связанные с ней немалые барыши
- Это что же получается не сегодня - завтра эти, с позволения сказать, зас... биатлонисты на эту самую Олимпиаду умотают, а здесь никого и не останется? Кто же тогда будет там вдалеке меж заснеженных елей сновать? Так чего доброго и королевой биатлона звать перестанут. Не бывать этому!
А поскольку характер у нашей героини был самый, что ни на есть королевский, , то и решение было самое, что ни на есть решительное. Любого из гостей, кто это богопротивное слово, будучи в трезвом уме или в подпитии, произнесет выпроваживать из корчмы взашей прямо на мороз. И все снова пошло своим чередом: сновали где-то вдалеке средь заснеженных елей шустрые фигурки лыжников, громко восхваляли королевскую мудрость гости, а сама королева, сидя у заледеневшего окна, томно смотрела вдаль, где среди заснеженных елей (вдалеке) …, пьяненько славословил в адрес хозяйки красноносый самозванец, именующий себя Людовиком четырнадцатым, и все было как обычно.
Нет, не как обычно. Сегодня героиня чувствовала себя уже не королевой, она чувствовала себя императрицей, ведь до нее только один римский император Феодосий I отважился эти самые Олимпиады запретить.
Продолжение последует?
Подданный султана, Али Кургал

В колонках играет - Moby
Настроение сейчас - позитивное

Прочитал недавнее интервью г-на Бессеберга и вижу, что воз и ныне там. А за одно и вспомнил произведение, которое написал как раз почти 2 года назад и под которым готов подписаться и ныне:

"Сколько лет прошло с того памятного дня, когда утыканный арбалетными стрелами, словно еж, Улоф Гундосый переполз через финишную линию на первых состязаниях по биатлону? А поскольку других финишировавших (уж что-что, а стрелять древние викинги умели) в этот день не было, его и объявили победителем. Причитающийся триумфатору кубок вина влить в его синеющие губы еще успели, а вот взять пробу на предмет, не использовал ли злополучный викинг для победы отвар из мухоморов, настоянный на крысином дерьме, поскольку победитель, не приходя в сознание, через полчаса испустил дух, уж вряд ли. Следовательно, утверждать, является ли допинг ровесником биатлона, мы не можем. Но на нашей памяти разговоры о нем во время соревнований стали таким же неофициальным, но обязательным атрибутом, как флаг родной страны в руке победителя на финише.
Не успели еще начаться соревнования в этом сезоне, как уже прогремел первый допинговый скандал. Преступником (или жертвой, это уж кому как судить) стала белорусская биатлонистка Светлана Хандогина, пойманная на фуросемиде. Фуросемид по своей сути чистым допингом и не является. Этот препарат для сгонки веса, каждый из нас может приобрести в аптеке. И обнаружение столь тривиального вещества в пробе белорусской спортсменки наводит меня на грустную мысль, что "охота на ведьм" в этом сезоне лишь начинается. В наши дни только американские тинейджеры с их розовощеким оптимизмом могут считать, что допинг в спорте высших достижений вещь инородная. На самом деле о нем в спортивных кругах было известно, как минимум пятьдесят лет назад и столь же давно существовали законы, которые включали список запрещенных препаратов, порядок и сроки сдачи анализов и наказания за употребление этих веществ. Но данные законы не могли уничтожить допинг как явление, потому что спортсмены со своими врачами научились эти законы обходить, зная негласные правила игры. Ведь раздувать скандалы никому не хотелось, поэтому случаи развенчивания великих чемпионов и рекордсменов были редки.
Ситуация изменилась в последние годы с ростом влияния всемирного антидопингового агентства WADA. Сначала финская сборная по лыжам в полном составе была дисквалифицирована во время домашнего Чемпионата мира, затем во время Олимпиады в Солт-Лейк-Сити пострадала женская сборная России. Во всех этих случаях, по словам потерпевших сторон, были допущены серьезные нарушения общепринятой практики взятия проб на допинг и как результат медали получили не те, кто быстрее всех преодолел дистанцию, а те, кто прошел чистым допинг тесты, или в отношении которых не были приняты столь строгие меры. В других видах спорта на выносливость ситуация схожа. Так в велоспорте, не раз раздавались громкие скандалы во время многодневок, когда представители WADA врывались с обыском среди ночи в номера гонщиков и могли снять с гонки любого претендента на победу, только за то, что нашли в его сумке ампулу. Подобная травля недавно привела к трагической гибели талантливейшего спортсмена и замечательного человека Марко Пантани.
Еще свежи в памяти фрагменты эпопеи с побегом от теста на допинг в преддверии афинской Олимпиады греческих спринтеров Катерины Тану и Костаса Кентериса, или таинственное разоблачение секретной лаборатории США, производящей никому не известный доселе продукт с труднопроизносимым названием тетрагидродестринон, который даже не был внесен в список запрещенных препаратов. Как следствие полдюжины звезд первой величины так и не попали на игры. В результате складывается такая ситуация, что медали можно выигрывать не только на трассе, но и в лаборатории WADA и даже в суде.
Здесь читатель может оборвать мои рассуждения, справедливо заметив, что допинговые скандалы обходят биатлон стороной. За последние годы лишь белорус Вадим Сашурин, да финка Олли Кеттунен отбывали допинговую дисквалификацию. Те, у кого память получше, могут вспомнить случай неразорвавшейся бомбы с Альбиной Ахатовой, которой врач вколол запрещенный препарат после гонки как средство от низкого давления, но спортсменка отделалась легким испугом. И вот теперь Хандогина. Однако ситуация в биатлонном мире интересна тем, что немало спортсменов, преимущественно скандинавов, могут легально принимать препараты посильнее чем фуросемид. Для этого необходима лишь справка о наличии тяжелого заболевания, например астмы. Однако настораживает, насколько редко встречается это заболевание у обычных людей, настолько часто подвержены данному недугу лыжники и биатлонисты, особенно члены сборной Норвегии, среди которых астматиков более половины. Трудно сказать насколько часто они проходят медицинскую комиссию, и насколько она объективна. Но то, что чиновники лыжной и биатлонной федерации не хотят конфликтовать со своими президентами норвежцами Мартинсеном и Бессебергом и ужесточать требования к астматикам остается фактом. Расширение списка запрещенных препаратов на 2005 год астматиков почти не касается, несмотря на неоднократные заявления чиновников накануне зимнего сезона. Подобные заявления делались и перед Олимпиадой в Солт-Лэйк-Сити и Чемпионатом мира в Ханты-Мансийске. Тем не менее, формотерол, сальбутамол, сальметерол, тербуталин и другие противоастматические ингаляционные вещества по-прежнему разрешены к употреблению спортсменам со справкой.
Однако вернемся к истокам:
"Сознавайся собака"!- обращался к дюжему молодцу облаченный в инквизиторские одежды желчного вида старикашка, - "Пил настой из жаб и одуванчиков?"
- От такого же слышу, - огрызался молодец, при этом его рожа цвета переспевшего персика являла собой образец детской невинности, при этом он ловким движением выхватил из-за отворота куртки засаленную индульгенцию:
- Печать видишь,- возмущенно гудел молодец, тыкая толстым, как сосиска, пальцем в бумажку, - Я еще в походах с Эриком Рыжим астму пополам с грыжей заработал. Так что мне этот отвар жизненно необходим. А еще конский каштан, разведенный на козьем молоке, спиртовая настойка на мухах и экстракт бледной поганки.
Детина с упоением загибал пальцы.
- А ты Эольф Вонючий? - перст инквизитора нацелился в тощую грудь жалкого вида мужичонки, стоявшего чуть поодаль, и было уже погасший в его глазах огонь борьбы за справедливость, вспыхнул с новой силой, - в твоей грязной лачуге нашли склянку с остатками мази из сморчков на бараньем сале. Ты тоже заработал себе астму в походах?
- Что вы, Ваша Справедливость, - отвечал вопрошаемый, - меня туда по причине слабости здоровья не взяли. А снадобьем этим жена мне в прошлом годе вывих на руке растирала.
- Нету, значит, индульгенции! - радостно возопил старикашка,- Взять его!
Напрасно несчастный кричал: "Я честный викинг", пытаясь вскрыть впалый живот острым ножом. Помереть легкой смертью ему не дали. Дюжие молодцы из инквизиторской свиты свалили тщедушного и под радостные крики повалившей следом толпы поволокли на дыбу.
- Хвала Одину, есть еще справедливость в нашем биатлоне, - долго возглашал какой-то сумасшедший, хватая за руки рядом стоящих до тех пор, пока не поскользнулся на крысином дерьме, выброшенном из какой-то подпольной лаборатории..."

Начну все же вопреки логике с футбола. Скоро наша сборная под руководством знаменитого и популярного Хиддинка начнет новый отборочный цикл, а пока я предложу вспомнить чем закончился старый несколько грустным стихотворением в стиле А.С. Пушкина:

Осенним тихим вечерком,
В кафе на Волгоградской,
Смотрел с приятелем футбол
Российский и словацкий.
Под стук болельщицких сердец
И крик: "Вперед, ребята!"
Футболу нашему конец
Пришел, как звон набата.
Я, пива осушив бокал,
За них болел с душою,
А коллектив наш отвечал
Похабною игрую.
Кто всех кривее пас отдаст,
Чей дриблинг примитивней?
Игру читает супостат,
Как будто без усилий.
Тебе спасибо, Игорек,
Голкипер терпеливый.
Ты в рамке службу свою нес
И ждал исход счастливый...
Сумел голов не пропустить,
Хоть Сенников - раззиня
Ошибок глупых допустил
За матч, как за четыре.
Увы, но в одиночку здесь,
Победы не добиться,
Если партнеры твои пни.
Не будем на них злиться.
Своей убогою игрой
Они лишь показали,
Что нет у нас в стране большой
Своих, родных Карвалью.
И Семин встал, лишенный сил,
Взглянул на поле брани,
Глаза стыдливо опустил,
Залитые слезами.
Он видит, форвард Кержаков,
Обиженный природой,
Среди словацких игроков
Стремится пробить с ходу.
Получше целиться хотя,
И в кривь, и в кось, и прямо,
Он, непослушный мяч вертя,
Идет вперед упрямо.
Аршавин обострял игру,
Но не было успеха.
Отдать мяч некому ему,
Как будто бы для смеха.
Наставника вспотевший лоб
Стыдом воспламенился.
Хотел на поле выйти он,
Но вдруг остепенился.
Решил атаку вдруг сменить,
Авось опять прокатит,
Но Галиса не удивить:
Сил у словаков хватит.
И вот звучит свисток судьи;
Иду домой устало.
Как будто сам на поле был -
Сил отдано не мало.
Минует год, и новый цикл,
В составе изменения,
А мы наивно будет ждать
Каких-то улучшений.

15.10.2005

В колонках играет - бутырка
Настроение сейчас - боевое, ершистое

Вообще-то я всегда скептически относился к интернет-дневникам, но в последнее время все новые и новые веяния электронного мира я вынужден осваивать. Может скоро и до ICQ дойду (последний оплот косерватизма остался). В общем, долго думал об этом и не мог прийти к единому мнению. Писать каждодневную обыденщину утомительно и неинтересно для читателя. О биатлоне я пишу здесь www.rbu-biathlon.ru в форуме неофициальные вещи и мысли, а на сайте наиважнейшую информацию. Поэтому решил, что тут место излагать непротокольные вещи, такие как творчество и впечатления от путешествий, которые не подходят под формат официального сайта.