Сегодня Церковь чтит память учениц Христовых, которых называют «женами мироносицами». Они позаботились о погребении Тела Господа, снятого с креста. 

У каждого человека есть имя, с которым он связан практически, мистически, и психологически. Человек не только отзывается на имя. Над ним совершается таинство крещения. В таинстве крещения человек обретает имя, и оно мистически неотделимо от него. 

Так же каждый храм, подобно человеку, носит имя. Имя связано с храмом практически и мистически. Храм не только называется именем. Храм освящается "во имя".

Главная святыня храма – Престол. Престол освящается во имя Святой Троицы, Богоматери, во имена святых.

Наш храм освящен во имя святых Жен Мироносиц, учениц Христовых.

Он был освящен в 1532 году. Четыреста лет в нем совершалась изо дня в день божественная Евхаристия, совершались крещения, отпевания, венчания. Совершались христианские таинства.

В 1936 году храм был закрыт. В нем размещались мастерские, склады, подсобные помещения. Пророк Даниил называет это «мерзостью запустения на святом месте».

Собирались снести храм и кладбище, проложить широкую асфальтовую дорогу к радиозаводу. Бог судил иначе. В 1989 году храм передали верующим. Началось возрождение храма.

К тому времени от храма оставались руины. Он стоял без окон и дверей, с разрушенной крышей, наполненный мусором.

Первые работы по расчистке дома причта церкви Жен Мироносиц. Весна 1989 года. (Фото Виктора Яковлева).

Первая служба в церкви святых Жен Мироносиц. Радоница, 8 мая 1989 года. Справа – о. Павел Адельгейм и староста прихода В. Яковлев.

Когда в сыром, неоштукатуренном помещении зазвучало первое богослужение, с нами молилась петербургская поэтесса Елена Пудовкина. 

Она подарила нам свои стихи: 

В храме жен мироносиц, вернее в развалинах храма,
Снова служба идет, и молитва уносится прямо 
в оголённое небо. И тщетно крыло херувима
укрывает колонну. Он – нет, а она уязвима.
Отлетели от стен шестокрылые в оные годы,
Но сегодня вернулись они под церковные своды.
А внизу, а внизу собрались разведенные жены,
чьи разрушены души не меньше, чем эти колонны.
Как светильник зажечь, если вместо лампады осколки?.
Но стоят неподвижно военной поры комсомолки.
Тишина ли вокруг, или чуда душа не вмещает?
«Он не умер – воскрес!» - мироносицы нам возвещают.

Возвещение стало содержанием их жизни и служения. Своё свидетельство они понесли во все концы земли. Они свидетельствовали о том, что видели своими глазами, слышали своими ушами, что осязали своими руками. Их свидетельство было подлинным, а не с чужих слов. Это свидетельство состоялось в их жизни. Они хранили его как величайшую святыню своего сердца. За свидетельство они умирали. 

Мы с вами совершаем в Пасхальную ночь крестный ход. Теперь он совершается торжественно. Этот путь напоминает как мироносицы со светильниками шли ко гробу Христову в предрассветных сумерках. Они шли помазать Тело умершего Христа. Они несли ароматы, и по дороге обсуждали сложную проблему: «Кто отвалит нам камень от двери гроба?» Камень был слишком тяжёл для женских рук. Мироносицы понимали, что не войдут во гроб, если кто-то не поможет.

 Но всё-таки шли рано-рано, еще лишь занимался рассвет. Они шли ко гробу с безрассудной: верой, не основанной на возможности. Они хотели и надеялись. И когда приблизились ко гробу, словно ударил колокол. Они с изумлением увидели, что камень отвален от гроба. С недоумением они приблизились к гробу.

И второй удар колокола: гроб пуст. Тела Христова там нет. Они остановились в растерянности и заглянули в гроб. И в третий раз ударил колокол: во гробе они увидели Ангела.

Новым ударом колокола прозвучали слова ангела: «Что ищете живого среди мертвых? Христос воскрес! Идите, расскажите ученикам».

С тех пор зазвенел пасхальный перезвон колоколов радостным приветствием: «Христос Воскрес! Воистину воскрес!»

Эти приветствия повторяются без конца, потому что сердца апостолов и мироносиц исполнились радости. Она плещется через край. Так надежда, мужество и верность несут весть о воскресении из мертвых. 

У нас, братия, подобно мироносицам тоже есть величайшая трудность: камень, заваливший нам путь к Богу. Этот камень – окамененное нечувствие сердца.

Человек сходен с животными в своих животных инстинктах. Это инстинкт потребления, самосохранения и продолжения рода. Человек может отдать себя во власть инстинктов, и уподобиться животным. Кроме инстинктов у человека есть совесть, зовущая к нравственному совершенству, есть желание вечной жизни. Эти стремления, как два крыла, возносят человека над повседневностью, зовут к Богу и вечности.

Там, где тело Господа лежало
Светит белым мрамором плита.
И сама земля не удержала
Смертью смерть поправшего Христа.

От того, что в мире это было
Переплавлены и ты, и я.
Молния надеждой освятила
Тайные истоки бытия.
Христос Воскресе!

Источник