Психологическое взросление означает освобождение от иллюзий, освобождение от майи. И приближение к реальности, я бы даже сказал, максимальное приближение к правдивому взгляду на реальность. В реальности, по крайней мере в мире людей и явлений, во внешнем мире не существует безгранично любящих людей, не существует и безгранично ненавидящих. Тем не менее, мы часто подпадаем под влияние архетипа – особенно когда считаем себя сыновьями, возлюбленными, воинами – всё это есть инфляция: идентификация себя с тем кто мы не есть на самом деле. Разве ребёнок может умереть если на то нет воли матери? Она решает что будет происходить с ним – она для него всё. Кстати говоря – некоторые попытки самоубийства это именно желание обратить на себя внимание матери, которая всё. На самом деле не существует человека, который был бы всем.
Боль от потери есть боль от разрушения проэкции архетипического отношения к людям. Терять всегда больно, но теряя мы забираем себе энергию переноса и становимся взрослее. Но это только в том случае когда мы правильно к этому относимся. В ином случае происходит фиксация на объекте и сознание никак не может примириться с утратой. Тогда объект как-бы воскрешается, остаётся жив или рядом и дальнейшая жизнь идёт наперекосяк: нельзя жить с призраком.
Боль исцеляет если она не убивает.
Идти по пути взросления можно лишь в одиночку, привязанность есть перенос частички себя на другого. А с другим может много что случиться – от банального несчастного случая до предательства. Когда что-то теряешь, понимаешь что в этом мире не может быть ничего постоянного и что тебя окружают призраки. Постоянным остаётся только твоё желание идти вперёд и знать истину. Даже сам меняешься, взрослеешь. Но это остаётся.
Всё что происходит во внешнем мире и в душе относительно и это всегда можно потерять, но есть одна вещь, которую потерять нельзя.