Цитата сообщения JapanBlog ТРИСТА КРОВАВЫХ ПЯТЕН

ТРИСТА КРОВАВЫХ ПЯТЕН

Война - это я.
Вы - 300 кровавых пятен. Пятен тьмы.
Пятнышки на коврике. Пят-ны-шки.
Милые.
Ублюдки.
Людишки.
Молодые бляди и дешёвые боги.
Мглистые моли и ядовитые вши.

Между нами Простой Автомат Абсолюта.
Между нами тупой терминатор тумана.
Между нами куски тошноты и салюта.
Между нами великих убийств капитаны.

Между нами немые блюстители правды.
Между нами певцы дармового порока,
Покупатели дырок и чёрных квадратов,
Трубочисты утроб и глотатели смога.

Между нами восторги сомнительных оргий,
чей обыденный смысл, как медуза, невнятен.
И куда отступать? Ведь за нами лишь морги.
Триста пятен кровавых, но правильных пятен.

ЛЕТОСТЬ СТАР МОИХ УНЫЛА

Летость стар моих уныла.
Слабы крючья давних ног.
Морщь сухая изощрила
Тело вдоль и поперёк.

Вдоволь высмеялись птицы,
Заглянув в моё окно.
Плакать или восхититься?
Каркнул Ворон: "Всё равно".

Письма с фронта в рот почтовый
Червячково уползут,
И замок его дешёвый
Зубы белые сомкнут.

Бусы белые больные
Больно вырвет умный врач,
Чтобы дети, жизнью злые,
Как в меня, играли в мяч.

Кто ты, умер или злишься,
Ленинградский почтальон?
И зачем в окно стучишься,
Если дом давно снесён?

1987

УМРИ, ЛИСА, УМРИ

ПРОМОЛЧУ КАК БЕЗЪЯЗЫКИЙ ЗВЕРЬ.
ЧТОБ УЗНАТЬ, ЧТО У МЕНЯ ВНУТРИ,
РАЗЛОЖИ МЕНЯ КАК ТРЯПОЧКУ В ТРАВЕ,
И СКАЖИ: "УМРИ, ЛИСА, УМРИ".

ПОКАТИЛИСЬ ПО ЛЕСУ ГЛАЗА,
ЧТОБЫ НА СЕБЯ НЕ ПОСМОТРЕТЬ.
ТЫ СКАЗАЛ: "УМРИ, ЛИСА, УМРИ, ЛИСА".
ЭТО ЗНАЧИТ НУЖНО УМЕРЕТЬ.

ПРОМОЛЧУ КАК РЫБА И МЕРТВЕЦ,
ЧТОБ ТЕБЕ СПОКОЙНО ГОВОРИТЬ,
РАЗЛОЖИВ МЕНЯ КАК ТРЯПОЧКУ В ТРАВЕ:
"МРИЛИСАУМРИЛИСАУМРИ".

РЖАВЫМ БУДУЩИМ ПО МНЕ ПРОШЛАСЬ КОСА.
ПОЛУМЕСЯЦ ВЫНУЛ ОСТРЫЙ НОЖ.
ВСЕ СКАЗАЛИ МНЕ: "УМРИ, ЛИСА, УМРИ, ЛИСА".
ВСЕ УБЬЮТ МЕНЯ, И ТЫ УБЬЁШЬ.

Я УЖЕ НЕ СЛЫШУ ГОЛОСА.
ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, ВСЁ ЖЕ ПОВТОРИ:
"РИЛИСАУМРИЛИСАУМРИЛИСА
САУМРИЛИСАУМРИЛИСАУМРИ".

НЕ УЗНАЕШЬ СВОЕГО ЛИЦА,
ПОПАДАЯ ВНОВЬ ВСЁ В ТОТ ЖЕ РИТМ.
ТОЛЬКО НЕ УМРИЛИСАУМРИЛИСА,
А УМРИ И САМ УМРИ И САМ И САМ УМРИ.

ПОСМОТРИ В МОИ КРАСИВЫЕ ГЛАЗА,
Я ХОЧУ ТЕБЕ ИХ ПОДАРИТЬ.
ПОМОЛИСЬ: "УМРИЛИСАУМРИЛИСАУМРИЛИСА"
ИЛИ САМ УМРИ, И САМ УМРИ И САМ УМРИ.

Я ЗАТЕМ ДАЮ СЕБЯ УБИТЬ,
ЧТОБ В ШУБИЙСТВО КУТАЯСЬ В МОРОЗ,
ТЫ БЫ СМОГ РУКОЙ ПОШЕВЕЛИТЬ,
КАК КОГДА-ТО ШЕВЕЛИЛСЯ ХВОСТ.

ПЕРЕД ЗЕРКАЛОМ ТЫ РЫЖИЙ ШЕРСТЯНОЙ,
СЛОВНО ЗВЕРЬ С ЧУДОВИЩЕМ ВНУТРИ.
ТЫ ОДНАЖДЫ ОТРАЗИШЬСЯ МНОЙ.
Я СКАЖУ ТЕБЕ "УМРИ, ЛИСА, УМРИ".

ПАЛАЧ

Награждается орденом дыр умерщвлённый продукт
человека,
расчленённый усердно,
похожий
на хлебные крошки
нищетою блокадной,
особым адком эстетичным.
Постигая стрельбу, улыбаюсь.
Удовлетворяюсь
трудом,
мародёрствуя на досуге.
Не посмейте удрать от торжественной гильотины!
Смерть - ваш гражданский долг.
Как мифический Чапаев,
как Санта Клаус,
недоступный и параллельный всему,
правильный бродит палач.

1997

МНОЖЕСТВО

На лице несоответствий
цепь его уловок светских -
на кольце цены прелестной
тень его ночных обид.
Он обряд несочинённый
прочитает, поражённый
тем, что в звуки воплощённый,
он иной, нутра лишённый,
нищий, смыслами сражённый,
выражаемым звучит.
Проползает бесконечность
сквозь зелёные портьеры.
Реставрирующий вечность,
перечитывал Вольтера.

Он как Ноль -
округлость цифры,
бесконечно безначален.
Он как "но"
за стройным шифром
цифр-ответов
к дну печали.
Он - ОНО.
Он - карлик в цирке.
В люльке смерть его качали.
Он пятно
на дне пробирки,
где микробов повенчали.
Как игла
торчит из неба
непространственно, отдельно.
Как игра
в людей. За нею
всё Бесцельно, всё неценно.

Для вас он сделается чёрным.
Для вас он сделается чёртом.
Для вас он будет только "что ты?"
"Да ничего!"
Мы дети имени его.

Предчувствуя его пришествие,
причешем листья комнат вверх.
Он кинет мозг на мутный снег,
раскроет щели спящих век,
погладит воздух против шерсти,
совьёт петлю опасных рек,
на шею вскинет грязный век,
и притворится сумасшедшим.

Он брызг
слезы в пустом стакане.
Он траурный салют весне.
Он крыс
король, принц датский Гамлет,
нарцисс
с ослепшими глазами,
и низ,
и верх,
и нутрь из вне.

Он ум
безумства и безутра.
И возле...
И везде...
Суть мест,
и месяц
страшных суток,
и паутина на звезде.

Двадцать четыре.
И двенадцать.
И даты
будущих картин.
и вымысел
без декораций
НАСТОЛЬКО МНОГИЙ,
ЧТО ОДИН.

1986 год


* * *
Кризисы безобразья
Бесы больного сыска
Губы табулы раса
Будут по смерти рыскать

Искренни только боли
Ибо ясны и часты
Истинны только боги
Ибо они опасны

Смотрит тревожный робот
В лупу табулы дырок
В пулю летят микробы
Боги как бляди дышат

В воздухе духи газа
Секты хотят зарина
Смерть это табула раса
Но только наполовину

Народы ничтожно трусьте!
Закрывается пасть пространства
Ваши глупые злые страсти
Эстетичный дракон откусит

Опасны ориентиры
Неясны пунктиры карты
Внутри озоновых дырок
Резиновые солдаты

Тотальное дезертирство
Зеркальное королевство
И только одно убийство
Мне истинно интересно

Дороги ведут из мира
Война которую надо
Прилежно рождает мины
И нежные автоматы

Резиновые солдаты
Их даты узнает плесень
Их души и автоматы
Не соблазняют бесов

Бесстрастен усталый дьявол
Ловитель мух поднебесных
И только убогой яви
Резиновые невесты

Разинутыми тортами
Утробы глядят куда-то
И преданно ждут годами
Резинового солдата

Ползуче передвигаясь
Горячим вспотев бульоном
Выпучивая слизи глазок
Хотящих как будто выпасть
Из головы огромной
Похожей так безобразно
На красный воздушный шарик
Готовящийся лопнуть
И выплюнуть злую гнилость
В унылый и скучный воздух

Резиновая невеста
Весенних презервативов
Развёрстая пасти честность
Восторженной песни лживость

Казалось она носила
Под некрасивой маской
Лица целлулоид или
Гусеницу концентраций
Метафизической яви
Конечной идеи мяса
Физической кульминации

Наци-анально-кресто-
свасты психофашизма
Резиновая невеста
Как семечки мир погрызла


* * *
Я отродье безверья. Я трезвенник правд.
Дармовым атеизмом я издавна сыт.
Я бесстыдно сомнительно чувствую явь.
И она мне в ответ также честно молчит.

1995 год


* * *
Мебель тела, дыблясь под полом, торчит из матраса.
Буфет и когти покрываются слоем пыли.
Заоконное солнце, соблюдая условности, выглядит красным.
А под ним ползут зелёные и остальные автомобили.

Механический Келовеч ты, или Растягивающаяся Живучка?
На восьмой день недели случилась засмерть.
Кто над тобой проплачет? - Вахтер и Жучка.
Вот уже и не плохо тебе, а только НЕОБЯЗАТЕЛЬНО.

"Здравствуй, детка!" - скажут тебе в Раюаде,
и со всей старательностью не успокоют, не запугают.
Бог говорит с тобой, вежливый, как радио,
цитируя попугая.

1992 год


* * *
Я окончательное онемение,
незвучательное Ничто батарейки.
Требуйте свою личную окончательную немую смерть
по адресу - Берлин, весна, начало Третьего Рейха.
Ведь...

1995 год

ТЕЛО

Как динозавренно моё большое тело,
где мшистые чернеют волоски.
Внутри него, болтаясь неумело,
немею костяной рукой тоски.

Когда моя "душа" уходит в пятки,
мне кажется, я самости лишён.
Моя "душа" со мной играет в прятки,
Стою в углу, слеп, честен и смешон.

Стою в углу, где дует в щели смерти,
где мне до ста назначено считать.
Мой бог смешной приказывал: "не верьте!"
И я тогда не смел ему внимать.

Я всех святынь своих лишился сразу.
И в ад попав, смотрю в дверной глазок,
и вижу надпись "Я УШЁЛ НА БАЗУ.
И НЕ ВЕРНУСЬ". И подпись: "Ваш Не Бог".

Никто так быть не может беспощаден.
А если может, то не может быть.
Но может бить. И от того из ссадин,
из ран я ТЁК, чтоб ТАК его любить.

Так НАДО как ДАНО. ДАНО как НАДО.
И хорошо, что некого винить,
и после смерти не бояться ада
мне, обречённому родиться в нём и жить,

Внутри себя я ощущаю мебель,
хромающий двуногий табурет.
И если есть Не Бог на базе неба,
то, слава богу, что на небе Бога нет.

Как насеком я, как доисторичен.
Как погремушки кости на соплях.
Как тень пиджак отбросил наземь личность.
И притворилась галстуком петля.

1993 год

В БУДУЩЕМ

Против Любого Будущего -
щуплого помпезного космополитичного
семейного телевизионного
компьютерного
бескомпьютерного

Однозначно.

Против всякого нового
старого хорошо забытого
всего
навеянного
выменем молочным коровьим
выменем коровьим молочным,
криком революционным

(...революция как отсутствие
некоторых зубов
из тридцати двух
или трёх
(неважно)
обязательных)

Против
всяких там мальчиков девочек
с благами
бомбочками запредельными

Против
борцов за
справедливость
(правильность вафельность)
(этому дала этому дала)
борцов против
справедливости
(что за глупость
правильная бабья?)

Против
словечек типа
"постмодернизм"
всяческих
заключений ума

Против всяких дамских сумасхождений
сумасшедших учёных
гадких костюмных американских
президентов со своими ковбойчиками
с образом жизни
здоровым нездоровым

Одинаково скудные
белозубые и вдохновенные полутрупчики,
дети курочки
бляди мао дзедуны

Всяческое проявление позорненько
человеческое
недочеловеческое
сверхчеловеческое
(особенно божественное)

Всякая особенность заурядна до гениальности

Всё
достижимо
мышкой большой
сверх-головастиком

Памятничек себе воздвигнули
назидательно указующий
маятничек с кукушкой
пустующей
внутренности свои выхлебавшей
самоненавистной до выпученной очевидности
обладающей как всегда необходимой
толерантностью
чтоб не умереть сразу так,
а потихоньку

Против всякого против
.....................

БОЙТЕСЬ БУДУЩЕГО!

БУДУЩЕЕ ХУЖЕ ПРОШЛОГО,
ПОТОМУ ЧТО ОНО НАСТУПИТ,
ЕСЛИ ЕМУ ДАТЬ,
И ЕСЛИ НЕ ДАТЬ - ТОЖЕ.

1992 г.

ЧЁРНЫЙ СПИСОК - КРАСНАЯ КНИГА МЁРТВЫХ

"Если б я была царица!" - сказала кассирша,
зелёная королева моргов.
"Дура что ли?" - спросила угрюмая очередь.
Среднестатическое одиночество.
Тщательная старательность некрасивых.
Ворона Крылова пришла на почту:
"Пошлите богу кусочек сыра!"
С неба пришла телеграмма:
"БОГ ОБСЛУЖИВАЕТСЯ ВНЕ ОЧЕРЕДИ".

Привилегированные Инвалиды Мира.
Больные живописно Бубонной Чумой.
Пошлите богу кусочек сыра
и бутерброд с колбасой.
Бог умер от голода.

Инвалиды Мира, Больные Бубонной Чумой.
Голубоглазые бляди в глазах Сальвадора Дали.
Бодлер нецензурного дьявола.
Чёрный список. Красная Книга Мёртвых.

Инвалиды Мира, Больные Бубонной Чумой.
Счастливые вдовы Ультрамариновой Бороды.
Дети, Умершие До Четырёх Лет От Кори
Награждаются Орденами Дыр.

Чёрный список. Красная Книга. Чёрные дыры.
Бермудская геометрия. Смерть по прямой.
Агония треугольника.
Пошлите богу кусочек сыра
и бутерброд с колбасой.
БОГ УМЕР
ОТ ГОЛОДА

ГОЛОД УМЕР ОТ БОГА
БОГ УМЕР ОТ ГОЛОДА.

Лечебное голодание метафизических существ.
Ботулизм как форма тотального бунта.
Голодовка спин, требующих казни живота.

Принимайте жизнь, как пустую посуду,
Оправданье бесцельных средств.
Хуже, чем хуже уже не будет.
Есть не хуже, чем есть.

Улитки из человека сделали деликатес.
Устрицы заказали салат из пальцев.
Чёрный список.

Красная Книга Мёртвых.

***

© Алина Витухновская