Стоя на коленях перед сотней свеч,
Он представлял себе милый дом.
Легки были латы для сильных плеч,
Но тяжел для ушей гладиаторский звон.

Всем улыбается смерть и всегда,
Но не каждый сможет ответить взаимно.
Последняя битва, притворится мечта,
Император поверит в победу наивно.

Его помнят глаза, его знают солдаты.
Он всегда впереди армий идущий.
Тот, кто предан стране, служил когда-то,
получил нарекание - Всемогущий.

И не нужно ни славы, ни денег, ни мира.
Стоя на коленях перед сотней свеч,
Он желал одного, как святого эфира,
Когда коснется его деревянный меч.