Отец-Леопольд II (император Священной Римской империи)

Мать-Портрет Марии Луизы Испанской (1745-1792), супруги императора Леопольда II.

Павлу I пришлось воочию убедиться, что цель австрийцев — отвоевать у французов захваченные ими земли в Италии, но не возвратить их законным правителям, а присоединить к Австрии. Причем сделать это с помощью российских солдат.

В итоге Россия разорвала союз с Австрией, а русские войска были отозваны из Европы. В такой ситуации жизнь русской великой княжны в атмосфере венского двора на вряд ли могла стать счастливой. 

Портрет великой княжны Александры Павловны

Поверьте мне, что не к добру затеяли укреплять союз с австрийским двором узами крови. … Из всех сестёр своих она будет выдана наименее удачно. Ей нечего будет ждать, а детям её и подавно.

Самборский Андрей Афанасьевич (В.Л. Боровиковский

Александра всем сердцем полюбила Венгрию, прекрасный голубой Дунай, лесистые зелёные холмы в окрестностях Буды (Офена во времена Александры). Конечно, и Буда, и Пешт не могли сравниться ни с Петербургом, ни с Веной — средневековые домики тесно лепились друг к другу, ни театров, ни музеев, ни дворцов — ведь вельможи предпочитают жить в столице, лишь изредка взлетают ввысь шпили великолепных готических соборов. Но ведь можно всё изменить, построить, сделать столицу Венгрии поистине прекрасной! Об этом вместе с мужем мечтала юная венгерская палатина.

Alois von Saar - Ofen mit Blocksberg

Александра Павловна сама с удовольствием надевала венгерский костюм, и не на карнавал, а на торжественные приёмы, да ещё и мужа уговорила надеть, ведь они — правящая чета Венгерского королевства. Она изучала обычаи и нравы венгров и всё больше привязывалась к своей новой родине. Венгры утверждают, что Александра подала Иосифу идею создания венгерского национального флага — красный, белый и зелёный цвета до сих пор составляют цвета флага современной Венгерской республики.

Венгры были счастливы видеть великую княгиню в своей стране. Молва о её красоте и доброте разнеслась повсюду, а известие, что палатина ждёт ребёнка, вызвало у патриотов Венгрии надежды на независимость страны от власти Австрии, даже были планы возвести на престол наследника, которого родит Александра Павловна. Август Коцебу писал, что по всей Венгрии раздавались карточки, на которых были изображены колыбель ожидаемого принца и розовый куст, окружённый терновником. На кусте были две распустившиеся розы — палатина и будущий наследник, а терновник олицетворял преследующие её страдания, проистекающие из Вены. 

Портрет великой княжны Александры Павловны 

Обо всём этом немедленно узнали в Вене и очень опасались, что, когда палатина родит наследника, в Венгрии действительно начнётся восстание, и она отделится от Австрии, создав в стране собственную династию. Мария-Терезия немедленно приняла меры — супругов вернули в столицу. 

 

Поселили наместников Венгрии не в Шенбруннском дворце, а в сыром промозглом доме, и Иосифа немедленно отправили в действующую армию.

Около Александры Павловны из близких людей оставался только священник Андрей Самборский, благодаря запискам которого стало известно о последних днях её жизни: «Императрица австрийская явно показывала своё нерасположение венгерской палатине, ибо почти ежедневно проезжая мимо жилища её высочества, ни единожды не осведомилась о состоянии здоровья, несмотря на то, что великая княгиня в беременности своей была подвержена частым припадкам. Доктор, определённый к ней, был противен её природному характеру, давал лекарства неприятные, ибо он более искусен был в интригах, нежели в медицине, а притом в обхождении груб».

Питание Великой княгини было отвратительно. Она почти не могла есть то, что по приказанию императрицы готовили ей повара (есть подозрение, что в пищу княгини добавляли яд). Отец Андрей тайком приносил ей еду, пряча под рясой. Как-то княгине захотелось свежей рыбы, и он купил её на базаре в Вене, а его дочь рыбу приготовила, «великая княгиня покушала в охотку. Я имел счастье исполнять должность верного комиссара, а моя дочь — преусердной поварихи».

София Андреевна Малиновская, дочь А. А. Самборского.

Несладкое житьё было у венгерской правительницы. Она даже хотела пожаловаться на дурное обращение отцу, императору Павлу, но мудрый Самборский её отговорил, справедливо полагая, что при вспыльчивом характере Павла это могло окончиться военными действиями

Если в первые месяцы в Буде беременность Александры Павловны протекала легко, то в Вене наступил перелом. Александру начали мучить судороги в ногах, обмороки, тошнота. Из Буды по распоряжению императора Павла прибыл штаб-лекарь Эбелинг, но помочь ничем не смог. Так прошли трудные три месяца в Вене.