[начало статьи]

 

В условиях безграничного наращивания эмиссии мировых валют, позволяющей связанным с их эмитентами банкам и корпорациям привлекать неограниченные ресурсы для приобретения любых активов, необходимы специальные меры по защите стратегически значимых и жизнеобеспечивающих предприятий от поглощения иностранным капиталом. Не должно допускаться установление зарубежного контроля за системообразующими и критически важными для страны предприятиями любым способом (путём приобретения контрольных пакетов их акций, конверсией их долгов в собственность, переводом прав собственности на них в офшорные зоны и др.).

 

 

СЦЕНАРИИ

 

Понятно, что реализация НОРМО для России не будет проходить в «тепличных условиях» — скорее наоборот. Возможны различные сценарии противодействия выходу России на траекторию опережающего развития — не только со стороны Запада во главе с США, но и со стороны КНР, также претендующей на глобальное доминирование в XXI веке.

Самый жёсткий сценарий — это новое, расширенное и дополненное, издание «холодной войны» с попытками максимальной изоляции нашей страны. При всей сложности его реализации в условиях глобализации, для выживания в этих условиях потребуется введение элементов мобилизационной экономики, направленных, прежде всего, на решение вопросов обеспечения критического импорта (лекарств, продовольствия и др.).

 

Второй вариант — более мягкий: с частичной изоляцией РФ при сохранении экспортных прибылей от экспорта энергоносителей, однако с полным отсутствием западных кредитов и технологий, что потребует перехода к новой модели экономики по указанному выше сценарию.

 

Наконец, согласно третьему, весьма маловероятному сценарию, Запад отказывается от большей части санкций, возвращаясь к «домайданному» статус-кво, но внутренние проблемы развития РФ всё равно потребуют реализации НОРМО.

 

В рамках моделирования жёсткого (мобилизационного) сценария должно быть проведено стресс-тестирование и разработка оперативных и опережающих мер реагирования с тем, чтобы при реализации НОРМО не произошло скатывания в неуправляемый режим адаптации (вместо развития — деградация экономики и социально-политического устройства, с последующим восстановлением внешнего управления).

 

Описание «ставок в глобальной игре за мироустройство», которые может делать Россия, требует формирования системы стратегического планирования и опережающего реагирования — ниже приведены примеры ответов на внешние шоки (изменения правил игры):

 

Шок «перезагрузки» валютной системы: разовой девальвации доллара на 20-30% и одновременного падения цен на сырьё (до 60-80 долл. за баррель нефти). Оптимальная реакция России — разовая девальвация рубля на 20-30% к бивалютной корзине с защитой величины и структуры резервов. Цель — сохранить ресурсы для финансирования критического импорта и защита производителей.

 

Шок сброса периферии системы: дефолт стран-соседей (начиная с Украины), ведущий к снижению цен и объемов экспорта, в свою очередь ослабляющему рейтинги РФ, наших компаний и банков до уровня «спекулятивных» (неинвестиционных). Оптимальная реакция России — своевременный отзыв (добровольный отказ эмитента) от рейтингов иностранных агентств, использование «паники инвесторов» на скупку обязательств РФ, её крупнейших компаний и банков. Цель — недопущение риска дефолтирования нашей страны и её крупных компаний, размещение резервов во внутренних валютных обязательствах системообразующих банков и компаний.

 

Шок торговых войн с основными партнёрами: включая газовую войну с ЕС, возможный долгосрочный сбой транзита через Украину, перебои с поставками продовольствия и медикаментов. Оптимальная реакция РФ — создание внутренних стратегических резервов основных сырьевых товаров, продовольствия и лекарств (в размере до 6 месяцев потребления), диверсификация поставок. Цель — сохранить устойчивость производства (иначе — разовое падение выпуска на 1/3 и больше, как в Украине), обеспечение критического импорта.

 

Шок развала мировых рынков труда, товаров и услуг (например, как следствие глобальной пандемии или крупной региональной войны). Развал международного товарооборота приведёт к тому, что выиграют страны (сообщества стран), которые имеют сбалансированный набор базовых отраслей (АПК, лёгкая промышленность, машиностроение, энергетика и др.) — Европа, Китай, отчасти США, НАФТА. Россия в этой ситуации будет вынуждена провести быстрое импортозамещение по продовольствию, по рынкам технологий, капитала и труда.

 

Шок утраты доверия к действиям ФРС и американского Минфина — развал мировых рынков капитала. Этот отказ «последнего двигателя» лайнера мировой финансовой системы, почти наверняка предопределяющий «сваливание» в штопор «жёсткого сценария» (быстрого сноса системы), предполагает «аварийные» действия всех игроков: бегство капитала из «ядра системы» в попытках спастись в тех или иных реальных активах. Оптимальная стратегия РФ в этой экстремальной ситуации — стать «тихой гаванью» для собственных и чужих капиталов, что предполагает ревальвацию рубля, защиту отечественного (весьма «малого» по мировым меркам) фондового рынка. Цель — минимизация потерь реструктуризации американских обязательств, формирование имиджа и реальной практики РФ «как новой Швейцарии» (в которой вместо банков — недра).

 

Шок развала мировой информационной системы (прежде всего Интернета). Если под влиянием какой-либо «пандемии компьютерных вирусов» Интернет развалится на несколько зон либо будет во всемирном и страновом масштабе взят «под колпак» (по образцу Китая), при этом глобальные масс-медиа (типа CNN, Bloomberg и др.) потеряют выход на те 2 млрд человек, которые сегодня имеют доступ в глобальное информационное поле, Россия может сделать ставку на формирование собственного кластера (Рунета) для стран СНГ, ЦВЕ, Израиля.

 

Шок отключения России от мировой финансовой системы (в части долларов и евро) — как «плата за попытку бегства» из старого миропорядка. Реакция России — формирование собственной расчётной и платёжной системы, переход на валютные свопы с торговыми партнёрами, формирование в рамках БРИКС и G20 предложений по реформе МВФ с переходом к справедливой глобальной валютно-финансовой системе.

 

КАДРЫ

 

В задачи этого доклада не входит детальный анализ назревшей «кадровой революции» (это требует отдельного обстоятельного доклада), здесь требуется сформулировать основные условия и критерии успеха чрезвычайно сложного и жёсткого (т.к. касается десятков миллионов человеческих судеб) процесса исторической смены элит, который неизбежен при любом развитии событий, кроме варианта системного обрушения и деградации страны.

 

Опыт Украины показывает, что не существует простого способа превращения политического класса, состоящего из ставленников олигархии («офшорной аристократии») и агентов влияния Запада, в субъект национального развития. Более того, этот опыт указывает на ожидаемый исторический момент «сдачи страны» в прямое внешнее управление: когда проедено практически всё «советское наследство», вывезена вся «текущая ликвидность», а остатки экономики перезаложены как «мёртвые души» Чичикова в западную опеку[3].

 

Для России это время сдачи страны по «объективным причинам» также приближается: всё, что можно было присвоить без риска техногенных катастроф, приватизировано, износ основных фондов в базовых отраслях превышает 60-65%, недоинвестирование (проеденные за четверть века фонды амортизации) оценивается в 25-35 трлн руб. или порядка половины объёма годового ВВП, офшоризация экономики достигла максимально возможного уровня, приток иностранных инвестиций нивелируется вывозом доходов от них за рубеж. «Затрудняющими обстоятельствами» для сдачи экономики России в прямое внешнее управление являются как минимум три особенности:

 

1) Наличие самостоятельного (геополитического по образу мыслей и действий) субъекта в лице президента России, подкреплённого мощным ракетно-ядерным потенциалом и поддержкой большинства населения;

 

2) Наличие значительного, а в ряде отраслей контрольного (энергетика, финансы, транспорт и др.) пакета в руках государства, которое в значительно меньшей степени замкнуто на офшорные схемы и юрисдикции;[4]

 

3) Геоэкономически Россия слишком велика для протектората одной из мировых сил (даже для США), а её раздел на несколько частей, который был возможен, вероятно, век назад, теперь уже предполагает предварительное решение «проблемы Китая», к чему пока Запад не готов.

 

Вместе с тем никакого автоматического бесконфликтного способа «самоочищения элит» не существует, т.к. появившиеся на волне приватизации госсобственности олигархи в 1990-е годы успели принести своеобразную «клятву дарения» в пользу Запада[5], имея там не только либо основное, либо второе место жительства, но и прочно завязавшись с западными партнёрами в «клубок однокорытников». Кроме того, заклад основных активов и экспортной выручки под кредиты западных банков и офшорных (часто собственных) компаний делает многих владельцев крупного бизнеса по сути номинальными владельцами, доверившими свои активы управлению зарубежных банков и трастов. То же относится ко многим членам политического класса, активы (карьеры) которых «перезаложены» в западном кадровом ломбарде.

 

Сети контроля плелись четверть века, они достаточно прочны.

 

Не имея времени терпеливо «распутывать» упомянутые выше сети (клубки взаимозависимостей), постепенно «выкупать» активы и карьеры у иностранных залогодержателей, заказчик «кадровой революции» (высший политический субъект — народ и его законные представитель (ли) во власти) вынужден исходить из трёх простых предварительных условий:

 

1) «Просветка» всех, кто готов расторгнуть «клятву дарения» на деле, а не на словах на предмет полного избавления от активов, закладных и иных производных на Западе. Тот, кто не деофшоризовался сам и не вывел из офшоров все свои российские активы, может остаться портфельным инвестором, но не должен претендовать на управление;

 

2) Рекрутирование управляющих крупными компаниями из уже «национализированной элиты» с закрытием для вновь набранных всех возможных способов «скрытой приватизации» активов управляемых компаний — принесение своего рода «клятвы служения» с распространением на управляющих стратегическими предприятиями правил для госслужащих высшей категории;

 

3) Для обеспечения должной компетентности и недопущения деградации управления экономикой (ситуации, когда после «серых приходят чёрные») допускается использование «буржуазных специалистов» (нынешних менеджеров этих компаний), но под контролем уполномоченных членов «национализированной элиты».

 

Миф о незаменимости нынешних собственников и «капитанов» основан на саморекламе финансистов и юристов, с одной стороны, и на фетишизме «прав собственности», оторванных от «обязанностей развивать предприятия». Поэтому на микроуровне должна быть выстроена гораздо более устойчивая и проверенная в мире модель управления предприятием с включением в его органы управления специалистов, представителей трудового коллектива, потребителей и иных заинтересованных сторон развития бизнеса.

 

ВЫВОДЫ.

 

Существует согласие экономистов, предпринимателей и политиков по вопросу исчерпанности существующей модели экономической динамики как для всего мира, так и (в особенности) для России. Глобальная валютно-финансовая система вошла в стадию неуправляемого расширения, в которой долговые пузыри и пузыри активов (акций, недвижимости и т.д.) ведут к разорению основной массы населения, ухудшению состояния бюджетных систем большинства стран. Россия, хотя и получив значительные выгоды от устойчиво высоких цен на энергоносители, занимает в пирамиде глобальной валютно-финансовой системы весьма скромное и подчинённое место. Россия не контролирует свое экономическое пространство, доходы от нефтегазовой трубы вылетают в «капитальную трубу», а основные активы национальной экономики вывезены в офшорные зоны и заложены под внешние кредиты и инвестиции (около 750 млрд долл., что в 1,5 раза превышает размеры ЗВР страны).

 

Наряду с охарактеризованными выше мерами по обретению собственной стратегии развития России необходима и собственная среда обитания, которая должна быть восстановлена после развала СССР. Последняя задача особенно актуальна в условиях формирования крупных региональных объединений в различных регионах мира. Состояние платёжного баланса рассматривается как важный фактор устойчивости экономики в условиях глобализации. С учётом очень высокой квоты экспорта в ВВП (в том числе экспорта капитала), а также нашего беспрецедентно выигрышного и одновременно крайне уязвимого геополитического и геоэкономического положения Россия должна рассматривать проект евразийской интеграции как стержень внутреннего развития. Расчёты показывают, что реализация этого проекта повышает «потолок» экономического роста в расчёте на 2030 год на 3%, тогда как возможно и требуется выйти на траекторию 5-7% роста. Поэтому противодействие данному проекту со стороны «комплексов торможения» внутри и вне страны нарастает. Делаются попытки доказать, что «надо работать с тем, что есть», «по одежке протягивать ножки», а расширение «нам не по карману», «Сибирь бы и Дальний Восток не потерять».

 

Обоснование направлений реализации проекта евразийской интеграции требует инвентаризации уже осуществляемых энергетических, транспортных и иных крупных международных проектов с участием России, среди которых можно назвать: Голубой, Северный и Южный потоки (газопроводы, реализуемые совместно со странами и компаниями Европы), ВСТО и другие нефте- и газопроводы к тихоокеанскому побережью; глубоководные порты и Севморпуть; освоение шельфа; строительство заводов сжиженного природного газа; проекты Росатома по строительству новых энергоблоков в Европе и Азии; проекты РЖД и Роскосмоса и мн. др.

 

Итак, с точки зрения требуемой размерности Евразийского проекта речь идёт об объединении, сравнимом с СЭВ: уже сейчас есть инициативы по зонам свободной торговли с Индией, Турцией, Вьетнамом и другими государствами мира. В этом отношении создаваемый Евразийский экономический союз следует рассматривать лишь как первый шаг на пути исторического проекта интеграции Большой Евразии.

 

---

[1] Вместе с тем о том, что не всё потеряно и процесс может начаться в любой момент, говорит очередная истерика, которую в данном случае исполнил М. Касьянов: Путин наконец-то представил программу спасения экономики [(оригинал)]: «Сегодня в Санкт-Петербурге на экономическом форуме Путин наконец-то представил мировому сообществу план спасения российской экономики. Программа оказалась насыщенной рецептами гениального академика Глазьева — международные глобальные инвесторы просто в восторге. Итак: 

- Центральный банк Российской Федерации будет финансировать инвестиции в Российскую экономику; 

- государственные банки будут капитализированы за счёт налогоплательщиков; 

- на инвестиции будут задействованы деньги из будущих бюджетов под видом государственных гарантий, которые будут обильно предоставляться (быстро и без особых сложностей); 

- будет обеспечен расцвет импортозамещения, при этом президент удивительным образом гарантировал не нарушать правила ВТО; 

- также обещаны рост экологических стандартов, ликвидация «грязных технологий», «архаичных производств», аттестация рабочих мест; 

- запущены «стройки века» — БАМ и Транссиб ($16,5 млрд) и ЦКАД («десяточка») – не знаю как экономика, а подрядчики точно спасутся. 

Все меры будут обеспечены финансово. Из плана спасения следует чёткий вывод – приближает коллапс». 

Если уж "Миша 2 процента" заговорил о коллапсе и признаётся, что план спасения имеет автора и это не Я. Кузьминов или В. Мау — значит, дело будет!

 

[2] Указом президента определены следующие целевые показатели социально-экономического развития: создание и модернизация 25 млн высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году; увеличение объёма инвестиций не менее чем до 25 процентов внутреннего валового продукта к 2015 году и до 27 процентов – к 2018 году; увеличение доли продукции высокотехнологичных и наукоёмких отраслей экономики в валовом внутреннем продукте к 2018 году в 1,3 раза относительно уровня 2011 года; увеличение производительности труда к 2018 году в 1,5 раза относительно уровня 2011 года; повышение позиции Российской Федерации в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса со 120-й в 2011 году до 50-й – в 2015 году и до 20-й – в 2018 году.

 

[3] Так, в Украине к началу 2013 года износ основных фондов оценивался почти в 75%, тогда как 20 лет назад он был менее 50%. При этом международная инвестиционная позиция Украины (средства, вывезенные олигархами в Белиз и иные «райские места») оценивалась в 160 млрд (данные НБУ). Интересно, что именно в эту сумму специалисты Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития оценивают накопленное недоинвестирование основных фондов в экономике Украины.

 

[4] В этом отношении забавно, если не провокационно, выглядят предложения некоторых чиновников (например, министра по делам Крыма О. Савельева) ввести в Крыму офшорную зону, основанную на англосаксонском праве, как будто лондонский Высокий суд способен стать арбитром для инвесторов на «временно оккупированной территории», как считают на Западе и в Украине).

 

[5] Формально так называемую "клятву дарения" крупнейших западных предпринимателей (Гейтс, Баффет и др.) в России подписал В. Потанин, по крайней мере он заявил об этом публично (и даже исключил подаренную долю – 30% в «Норильском никеле» — из тяжбы с бывшей супругой), однако реально в таких же отношениях находятся почти все члены первой двадцатки российской «золотой сотни» Форбса.

 

 

ИСТОЧНИК