Эпилог

...и жили они долго и счастливо до конца дней своих.

Я её, понимаешь, сразу тогда полюбил. Не увлёкся, не влюбился даже - полюбил раз и навсегда. У нас в роду так. Гуляем, пока молодые - камеристочки там, служаночки, фрейлинки, а как королева будущая появится перед нами - так и всё. Дед мой так бабушку встретил - увидел спящей и полюбил навеки. И она его - тоже, как глаза открыла. И с отцом моим так же было - в роду это у нас... Да ты, конечно, и сам всё это знаешь, что я тебе рассказываю?

 

А тут, представляешь себе - музыка, светильники, фейерверк - и она. Королева моя. Милая, тихая, кроткая, но сила внутри! Такая, что ничем не согнёшь, не пересилишь - сразу видно. Королева. И никого, кроме неё, мне не надо. Заглянул ей в глаза - и понял, что ей никого, кроме меня - тоже не нужно. Королева моя.

 

Когда она исчезла, я с ног сбился. Как будто руку оторвали, больно, страшно - не могу без неё. Умереть думал - шпагой заколоться, на дуэль вызвать кого-нибудь - нельзя, никак нельзя, потому что как же я теперь её одну оставлю? И понимаю, всем нутром чувствую, что она тоже где-то тоскует по мне, мучается - но нет её, не приходит почему-то...

Тогда я и придумал эту дурацкую совершенно идею - которая бы мне позволила всё-таки её разыскать. И, что удивительно - или, наверное, что неудивительно, нашёл! И в тот же вечер женился на ней.

 

На второй день заметил я что-то странное. Стоило её назвать королевой, принцессой, красавицей или госпожой - съёжится вся, замкнётся сама в себя - и чуть не плачет. Начал расспрашивать - заплакала. Плачет она, а мне каждая её слеза - как железо раскалённое...

На четвёртое утро я её просто не нашёл, представляешь? Просыпаюсь, а рядом - никого. И, главное, платья её все на месте. Я чуть с ума не сошёл... весь дворец обыскал, чуть не с собаками. Знаешь, где я её обнаружил? На кухне! В каких-то лохмотьях - подметальщики у нас в замке куда лучше одеваются - и моет посуду! Я к ней - а она отшатнулась, и говорит, что всё это одна огромная ошибка, и что место судомойки в замке - это лучшее, чего она достойна, и большое мне спасибо за всё, что я для неё сделал. А потом рухнула мне в объятия и разрыдалась - я её на руках унёс оттуда. Знаешь, в чём дело оказалось? Я чуть весь дворец не разнёс, когда мне рассказали. Оказывается, она - дочка лесоруба, а дома у неё мачеха и сводные сёстры, от которых она света не видела - держали её хуже чем прислугу, и даже по имени не звали - какое-то отвратительно прозвище дали, Сажинка или Пеплинка... И из-за этого она думает, что недостойна быть моей женой и будущей королевой! А я даже не заметил тогда, что вёз свою невесту из лачуги лесоруба - до такой степени не мог ничего видеть, кроме её глаз...

 

А вот теперь она сидит в моих покоях и плачет, рыдает так, будто глаза свои прекрасные выплакивает... Что мне делать с ней!? Скажи мне, а, старик! Ты же всё знаешь, тебе по должности полагается! Что мне делать? Что нам делать?!

- Терпение, крестник, терпение. И любовь. Это тебе любой мало-мальски знающий волшебник посоветует.