В колонках играет - ghost love scoreНастроение сейчас - хорошееНазвание: Брэдли, мне скучно.
Автор: Adrill
Бета: Schuldig
Фандом: Weiss Kreuz
Жанр: ну, сюжета там особо не много, но все же, это не PWP, наверное, все же Vignette. POV Кроуфорда, яой, шенен-ай.
Пейринг: Брэд/Шульдих
Рейтинг: PG
Краткое содержание: Брэд и Шу идут в кино. Все остальное прочтете в тексте.
Предупреждение: нет, разве что наличие очень слабого сюжета.
От автора: я старалась. Честно. Написала за два часа под бубнеж бабушки.
Дисклаймер: Брэд и Шульдих придуманы не мной, на звание их создателя не претендую.
С тобой трудно. Ты слишком эмоционален. Иногда от твоих радостных или, наоборот, недовольных воплей начинает звенеть в ушах. Ты труднопредсказуем. Когда ты рядом, меня начинает подташнивать от мельтешения множества вариантов будущего, мелькающих перед глазами. Ты сам не знаешь, что сделаешь в следующую минуту, поэтому твое будущее меняется со скоростью света, и мое тоже, потому что теперь мы связаны. Мы в одной команде.
Впрочем, ты и сам можешь мельтешить не хуже моих видений – ты двигаешься настолько быстро, что я, бывает, не успеваю уловить твое движение. Наверное, из-за этого у тебя другое ощущение времени, и то, что может занимать любого из нас целый день, надоедает тебе уже через пару часов. Тебе постоянно скучно. И ты постоянно пытаешься себя чем-то развлечь. Чтение чужих мыслей увлекает тебя не более чем на несколько минут – что интересного могут подумать окружающие тебя люди, всю жизнь прожившие в рамках своего общества? Конечно, иногда у них бывают любопытные фантазии, но это не может занимать тебя слишком долго. Потому что в отличие от этих людей, у тебя путь от фантазии до ее реализации короток, как горение спички. Если тебе чего-то хочется, ты не считаешь нужным себе отказывать. Алкоголь, никотин, адреналин и секс – вот краткий список твоих увлечений. Причем чем больше адреналина, тем лучше. Перебежать дорогу перед летящим со скоростью 160 километров в час автомобилем, чисто для того, чтобы проверить кто быстрее – обычный для тебя поступок.
- Брэдли…
У тебя требовательный голос. Он может быть любым, в зависимости от твоего настроения: въедливым, капризным, или ненавязчивым, чарующим. Чарующим, да… Таким тоном ты говоришь только с двумя категориями людей: твоими игрушками – нашими жертвами, клиентами, или просто случайно встреченными людьми, чем-то привлекшими тебя на свою беду; и начальством. Наши Старейшины раз за разом не устают делать мне официальный выговор за то, что я распустил своих сотрудников. Из этих выговоров вполне можно уже составить средней длины занавеску, но останавливаться ты не собираешься. Ты прекрасно знаешь, что все члены боевой группы в присутствии Старейшин должны стоять молча, опустив глаза в пол, только лидеру позволено разговаривать с Ними. Таковы правила. Но разве тебя волнуют правила? Раз за разом ты встреваешь в мою с ними беседу, не потому что тебе есть что сказать, а просто чтобы позлить их, и проверить убьют или не убьют. Для тебя это еще один способ получить дозу адреналина – ничто не щекочет нервы так, как ощущение смерти, дышащей тебе в спину.
Услышав твой голос Они Оба недовольно хмурятся, а Она невидимо улыбается уголками губ. Ты ей нравишься. Она считает, что прирожденный телепат должен быть именно таким – рыжим и наглым. Удивительно, что она не забрала тебя себе. Может, ей не позволили ее Соправители, а может, Она еще попытается это сделать… Я не знаю. Увидеть что-то, связанное со Старейшинами невозможно, они просто не позволят этому случиться.
- Брэ-эдли? – чуть больше въедливости в голосе, пара щелчков пальцами у меня перед носом. – Ты меня слышишь?
- Слышу, Шульдих. Как я могу тебя не слышать, если ты стоишь менее чем в метре от меня?
- Хорошо, тогда повтори, что я только что сказал.
- Слышать и слушать – это не одно и то же, Шульдих.
- Ты зануда, Брэдли! Но, впрочем, я могу для тебя и повторить: я не знаю чем себя занять.
- А я что могу сделать? Я же зануда, ты сам это только что сказал.
- Ну, не знаю. Что-нибудь! Мне скучно!
- Шульдих, я не клоун.
- Знаю, - ты морщишься. – Пошли в кино.
- Зачем?
- Мне скучно.
Шикарная причина, чтобы внезапно сорваться из дому вечером. Впрочем, тебе в этом отношении много не надо. Ты легок на подъем.
- А Наги? Он еще слишком маленький, чтобы сидеть дома в одиночестве.
- Возьмем его с собой. Сейчас в кинотеатрах идет какой-то остросюжетный хоррор, все говорят, что хороший.
Остросюжетный. Ты всегда выбираешь все острое. Острые словечки, острую еду, острые ощущения, остросюжетные фильмы… Все остальное кажется тебе пресным и непомерно скучным. Тебя никаким калачом не заманишь в кино на романтику. Боевик, триллер… Будто и без того в нашей жизни не достаточно крови.
- Нет, Шульдих. Наое для этого слишком мал. Никакой кровищи на экране, забудь о хоррорах.
- Ни фига себе мал! То есть смотреть на то, как мы убиваем неугодных Эсцетам, на то, как Фарфи вскрывает и освежевывает свежеубитое тело, и самому принимать в этом участие ему можно, а посмотреть на то же самое – нет? Не он ли вчера самолично размазал по стенке того мерзавца в синем костюме, как бишь его…
- Шульдих, это – наша работа, и Наги прекрасно это знает. Именно поэтому я не хочу, чтобы он смотрел на эти прелести на экране. В этом случае ребенок просто свихнется, и мы получим психа покруче, чем Фарфарелло, потому что Наое так просто не упрячешь в смирительную рубашку. Пусть он сам выберет фильм.
* * *
- Господи, какой ужас! – Шульдих скомкал яркую рекламную листовку с аннотацией фильма и отбросил комок в сторону. – Я умру от скуки за полтора часа!
Наги надулся и отвернулся от немца. В отличие от телепата, он был приверженцем тихого спокойного образа жизни и любил семейные комедии.
- Не умрешь, Шу. За полтора часа от скуки еще никто не умирал.
- Значит, я буду первым, - Шульдих тоже надулся и отправился изучать ассортимент местного бара.
Впрочем, увидев билеты в последний ряд, мой любитель острых ощущений оживился и окинул меня заинтересованным взглядом.
- Можешь не строить глазки, Шульдих. Осталось 15 минут до сеанса и других мест просто не было, - Наги сунул немцу его билет и вошел в зал.
Шульдих даже не стал спорить и кочевряжиться. Подозрительно. Перед внутренним взором промелькнула пара неясных видений, но так бывает всегда, когда рядом ты, Шульдих, кошмарный сон любого оракула.
В последнем ряду вместо кресел оказались небольшие диванчики на двоих. Мое место оказалось рядом с Шульдихом, а вот Наое повезло больше – на его диванчик больше никто не сел, посему телекинетик смог устроиться со всеми удобствами.
В голове снова мелькнули мутные картинки. Шульдих спокойно сел рядом со мной, забыв даже гундосить о том, что терпеть не может фильмы про рождество и прочие праздники. Рыжий Хитрюга явно уже был в этом кинотеатре, и теперь что-то задумал. Что-то не очень хорошее, и уж точно не приличное.
От начала фильма не прошло и пяти минут, как в моей голове раздался ментальный голос немца. Вкрадчивый, чарующий. Ну все, держись, Брэдли. Началось…
«Брэдли, давай развлечемся».
«Как? Шульдих, помни о том, что ты в людном месте и рядом ребенок».
«Не беспокойся, Брэдли, я не предложу ничего плохого. Давай просто поспорим. Я буду в течение всего сеанса к тебе приставать, а ты должен будешь это вытерпеть раз, и так, чтобы никто ничего не услышал – два. Идет?»
Ничего плохого не предложишь? Да?
«А что будет, если я проиграю?»
«Ты сам объяснишь Наги что произошло».
Тяга к развлечениям зашла у Шульдиха слишком далеко. Или это я раньше не замечал всего ее размаха?
«А если я выиграю?»
«Я дам тебе себя трахнуть».
Совсем далеко. Раз уж Шульдих решился в случае проигрыша лечь под меня, значит, ему совсем скучно. Или он уверен в собственной победе на все 100%. Глупый. Даже я не могу быть уверен в чем-то настолько.
Новое видение посетило меня. Что ж, неплохая перспектива. Ради это стоит и постараться… Меня действительно достали Шульдиховские блядки и поздние приходы домой в нетрезвом виде. А если я соглашусь на условия телепата, у меня появятся права ему все это запретить.
«Ну так?..»
Какой нетерпеливый…
«Идет».
Шульдих издал тихий ехидный смешок.
- Зря ты согласился, Брэ-эдли… - тихий шепот Шульдиха раздался у меня прямо над ухом.
Теплое дыхание пощекотало шею, мягкие губы коснулись мочки уха, кончики пальцев пробежались от плеча к пуговицам на рубашке, затем Шульдих нашел языком бьющийся у меня на шее пульс…
Да, Шульдих, ты умеешь доводить… Чувствуется огромный опыт – уже через пару минут у меня сбилось дыхание. Еще через пару минут пересохло во рту, затем я серьезно усомнился в своей победе и начал потихоньку подбирать слова для того, чтобы объяснить Наги все происходящее. Впрочем, никто и не обещал, что будет легко.
- Только не стони слишком громко, Брэдли. Я сомневаюсь, что тебе захочется объяснять это всему кинозалу… - судя по голосу, Шульдиху удалось разогнать свою скуку, немец был очень доволен. В следующую секунду он пустил в ход руки.
Негромко дышать стало еще сложнее. В конце концов, рядом со мной сидит одиннадцатилетний ребенок, которому еще рано лицезреть подобные вещи. Хотя… Нужно же когда-то начинать…
Медленно-медленно утекают минуты.
Взять бы эту рыжую сволочь за шкирку, выволочь из зала, прижать к стене в ближайшем углу и показать, кто в доме хозяин!
Я уже не вижу, что происходит на экране. Зрение уступило место осязанию, словно бы призывая не отвлекаться на мелочи, типа мелькания лиц актеров на белом экране…
- Режиссер Такаши Такехито, звукорежиссер…
В зале вспыхнул свет, ознаменовав мою победу. За весь сеанс единственным звуком, донесшимся с нашего диванчика, был злобный рык Шульдиха, осознавшего, ЧТО он теперь мне должен.
О да, Шу, ты даже не подозреваешь, что теперь измениться в твоей жизни. И в моей, кстати, тоже. Хотя, наверное, это и к лучшему.
На улице ты протягиваешь Наги деньги. За что я тебя люблю, так это за то, что ты никогда не пытаешься увильнуть от уплаты долга.
- Держи, чибик, сходи в кафе, поешь мороженного. У меня к Брэдли есть дельце, не требующее твоего присутствия. И нечего на нас дуться, бери бабки, пользуйся моей добротой и чапай развлекаться. Только не задерживайся позже одиннадцати, а то Брэдли будет волноваться. Мы как раз закончим к тому времени.
Смотришь на меня. Закончим, закончим, я не собираюсь заездить тебя до полусмерти.
- Что ж, по крайней мере, сегодня вечером мне не будет скучно, - говоришь ты, глядя в спину уходящему вниз по улице Наое.
Во всем ищешь положительные стороны. Это здорово, особенно при нашей-то работе… Но ты прав – скучно тебе сегодня точно не будет. Но если ты думаешь, что все ограничиться одним разом, то ты жестоко ошибаешься…